Понедельник, 20.02.2017, 18:29
Высшее образование
Приветствую Вас Гость | RSS
Поиск по сайту


Главная » Статьи » Правоохранительная деятельность

УГОЛОВНО-ПРАВОВЫЕ И КРИМИНОЛОГИЧЕСКИЕ АСПЕКТЫ ЭВТАНАЗИИ

РЫБАЛЬНИК М.М.,
помощник прокурора Правдинского района Калининградской
области, соискатель Балтийского федерального университета имени И. Канта


УГОЛОВНО-ПРАВОВЫЕ И КРИМИНОЛОГИЧЕСКИЕ АСПЕКТЫ ЭВТАНАЗИИ


На  протяжении  целого  ряда  столетий
эвтаназия  остается  одной  из  самых  трудно
разрешимых категорий для правовой доктри-
ны, прежде всего, с точки зрения ее уголовно-
правовых и криминологических аспектов.
Термин  «эвтаназия»  был  введен  в  19
веке  Ф.  Бэконом,  согласно  которому  «долг
врача состоит не только в том, чтобы восста-
навливать  здоровье,  но  и  в  том,  чтобы  об-
легчать страдания и мучения, причиняемые
болезнями... даже и в том случае, когда уже
нет никакой надежды на спасение и можно
лишь сделать смерть более легкой и спокой-
ной, потому что эта евтанасия... уже сама по
себе является немалым счастьем» [1].
В  мировой  практике  накоплен  доста-
точный  опыт  правового  регулирования  эв-
таназии,  определения  ее  понятия  и  ответ-
ственности  за  принудительную  эвтаназию,
в то же время отсутствуют и не разработа-
ны  критерии  разграничения  эвтаназии  от
убийства. Несомненно, большое значение в
связи с этим имеют всестороннее изучение,
глубокая научная проработка и объективная
оценка имеющихся источников такого регу-
лирования.
К  числу  международных  правовых
актов, регулирующих право на жизнь и тем
самым  имеющим  отношение  к  эвтаназии,
прежде  всего,  следует  отнести  такие  нор-
мативные  документы,  как  «Всеобщая  де-
кларация  прав  человека»  от  10.12.1948  г.,
«Международный пакт о гражданских и по-
литических правах» от 16.12.1966 г., «Евро-
пейская конвенция по защите прав человека
и основных свобод» от 04.11.1950 г., а также
другие нормативные правовые акты.
В настоящее время пассивная эвтана-
зия законодательно разрешена более чем в
40 государствах мира. Во многих странах за-
конопроекты о праве на смерть рассматри-
ваются  периодически  (парламент  Велико-
британии отвергал его более двадцати раз).
В данный период в парламенте Израиля идет
обсуждение вопроса о разрешении принуди-
тельной  эвтаназии  безнадежным  больным
после 70 лет.
Противоречивая  оценка  эвтаназии  в
уголовном  законодательстве  зарубежных
стран обусловливает большое разнообразие
существующих конструкций диспозиций норм
об  ответственности  за  убийство  по  просьбе
потерпевшего. Анализ составов убийства по
просьбе  потерпевшего,  предусмотренных  в
зарубежном  уголовном  законодательстве,
свидетельствует о том, что основные разли-
чия в их юридической конструкции обуслов-
лены  степенью  конкретизации  признаков,
присущих  этому  деянию.  Речь  идет,  прежде
всего,  об  указании  на  мотивы,  цели  (специ-
фика  описания  субъективной  стороны  дея-
ния)  и  объективные  обстоятельства  данного
преступления  (объект,  объективная  сторона
состава преступления) [2].
В СССР, затем в России до определен-
ного  времени  проблема  правового  регули-
рования  эвтаназии  остро  не  возникала.  Но
сейчас  противостояние  сторонников  и  про-
тивников права на смерть приобрело все бо-
лее  значительный  характер.  Прежде  всего,
следует исходить из того, что само явление
эвтаназии за последний период обусловле-
но следующими факторами:
а)  социально-экономической  пробле-
мой. При отсутствии малозатратных эффек-
тивных методов лечения и наличия дорогих
методик лечения, с одной стороны, и тяже-
лым  материальным  положением  основной
части населения, с другой стороны, эвтана-
зия как бы «разрубает» эту проблему (хотя
данная  точка  зрения  также  вызывает  оже-
сточенные споры в обществе);
б) моральной проблемой, которая вклю-
чает в себя оценку действий врачей, близких
родственников,  иных  лиц,  принимающих  ре-
шение и участвующих в осуществлении эвта-
назии, а также их дальнейшую репутацию;
в) правовой оценкой. В случае насту-
пления потребности в эвтаназии основание
для реализации конституционного права на
охрану здоровья оказывается как бы исчер-
панным, поскольку благородная цель (охра-
на здоровья) уже не может быть достигнута.
Дальнейшее оказание медицинской помощи
только  усугубляет  страдания  человека  [3].
Поэтому  в  данном  случае  не  срабатывает
конституционная норма статьи 20 «Каждый
имеет право на жизнь», закрепляющая пра-
во на жизнь [4];
г) с квалификацией эвтаназии с юри-
дической  точки  зрения.  Проблема  заклю-
чается, с одной стороны в правовой оценке
проводимых  мероприятий,  причем  особен-
но  важно  оценить  правомерность  решения
врача  о  необходимости  (или  ненужности)
этих вмешательств, определить границы его
полномочий,  а  также  критерий  ответствен-
ности; с другой стороны, на последнем этапе
их жизни.
Уголовно-правовая  квалификация  эв-
таназии неразрывно связана с проблемами
медицинского  заключения,  в  первую  оче-
редь  -  с  определением  момента  возникно-
вения  и  утраты  права  на  жизнь.  Критерии
установления  момента  наступления  смерти
неоднократно  менялись,  что  было  связано,
прежде всего, с достижениями медицинской
науки. Тем более, далеко не все обществен-
ные отношения, так или иначе связанные с
реализацией  права  на  жизнь,  надлежащим
образом  урегулированы  на  законодатель-
ном уровне. Иными словами, задача состоит
в необходимости разработки правовой про-
цедуры  её  осуществления  в  случае,  если
данный акт будет разрешён законодательно.
Данное  право  предполагает  возможность
человека  самостоятельно  распорядиться
своей  жизнью.  Сегодня  действующее  рос-
сийское  законодательство  устанавливает
определенные рамки, которые имеют целью
и фактически накладывают запрет на само-
убийство и эвтаназию [5].
В современной мировой практике тер-
мин «эвтаназия» трактуется как сознатель-
ное действие или отказ от действий, приво-
дящие  к  скорой  и  безболезненной  смерти
безнадежно  больного  человека,  с  целью
прекращения  боли  и  страданий  [60].  Часто
понятие  эвтаназии  используется  как  сино-
ним понятиям «убийство», «самоубийство»,
«убийство  из  милосердия»  («mercy  killing»)
[7],  что  придает  ему  негативный  фон  с  мо-
ральной  точки  зрения.  Вместе  с  тем  слож-
ный  характер  эвтаназии  как  социально-
правового явления предопределяет наличие
различных форм данного деяния, в совокуп-
ности  которых  проявляются  ее  сущностные
признаки  и  содержание.  В  качестве  перво-
степенного  значения  для  классификации
форм  эвтаназии  следует  учитывать  харак-
тер действий, направленных на умышленное
умерщвление больного. Исходя из этого, эв-
таназия может осуществляться в двух фор-
мах: активной и пассивной.
Под активной эвтаназией следует по-
нимать  применение  лекарственных  средств
либо  другие  действия  в  отношении  без-
надежно  больного,  которые  ускоряют  его
смерть.  К  активной  эвтаназии  можно  отне-
сти и самоубийство посредством врачебного
вмешательства  (например  предоставлению
пациенту по его просьбе лекарств, ускоряю-
щих смерть). В юридической литературе вы-
деляют две типичные ситуации, которые не
относятся к активной эвтаназии, но подраз-
умеваются под ней:
1)  это  так  называемое  «убийство  из
милосердия»,  которое  весьма  распростра-
ненно, когда врач, не руководствуясь прось-
бой безнадежно больного (как правило, это
больные, находящиеся в коме или ином тя-
желом состоянии, при котором они лишены
возможности  выразить  свою  просьбу  или
дать  согласие  на  причинение  им  смерти),
видя  его  мучительные  страдания,  которые
обязательно  в  скором  времени  приведут  к
смерти,  и  будучи  не  в  силах  их  устранить,
например,  вводит  ему  максимальную  дозу
обезболивающего  лекарства,  в  результате
чего наступает смертельный исход. Особен-
ность такой эвтаназии состоит в том, что от-
сутствует  просьба  пациента  о  причинении
ему смерти;
2)  «самоубийство  с  помощью  врача»
часто происходит в случаях, когда врач толь-
ко  содействует  неизлечимо  больному  че-
ловеку  покончить  с  собой.  Например,  дает
препарат,  после  приема  определенного  ко-
личества  которого  наступает  смерть.  При
этом решающие действия по распоряжению
жизнью совершает больной самостоятельно.
В данном случае согласие имеется, но дей-
ствия  врача  ограничиваются  содействием
(помощью) в самоубийстве, так как он лишь
предоставляет средство, позволяющее боль-
ному покончить жизнь самоубийством [8].
Исходя из отечественной теории уголов-
ного права и понятия общественно опасного
деяния, которое в ней выработано и охваты-
вает как действия, так и бездействие, прин-
ципиальных различий между двумя формами
эвтаназии - активной и пассивной - не суще-
ствует  в  силу  того,  что  нет  принципиальной
разницы (если мы говорим об общественной
опасности)  между  убийством,  совершенным
путем  действий  (нанесение  смертельного
ранения,  изъятие  жизненно  важного  органа
и пр.), и убийством, совершенным путем без-
действия  (неоказание  надлежащей  помощи
лицу, находящемуся в опасном для жизни со-
стоянии,  оставление  беспомощных  лиц  без
попечения, пищи, ухода и т.д.) [9].
С  объективной  стороны  осуществле-
ние  эвтаназии  есть  разновидность  причи-
нения  смерти  другому  человеку,  эвтаназия
должна  быть  сконструирована  по  типу  ма-
териального состава. В связи с этим обяза-
тельными признаками объективной стороны
эвтаназии являются:
1) само деяние (действие или бездей-
ствие), направленное на прекращение жиз-
ни безнадежно больного;
2)  преступное  последствие  (причине-
ние смерти);
3)  причинная  связь  между  деянием
(действием или бездействием) и наступлени-
ем  смерти  потерпевшего,  означающая,  что
смерть закономерно должна вытекать из дей-
ствий  (бездействия)  виновного,  т.е.  быть  не-
обходимым, а не случайным их последствием.
Субъективная  сторона  действий  (без-
действия),  составляющих  эвтаназию,  харак-
теризуется  только  прямым  умыслом.  Лицо
предвидит и осознает при этом возможность
или неизбежность (обычно неизбежность) на-
ступления смерти безнадежно больного и же-
лает  ее  наступления.  В  качестве  обязатель-
ного признака субъективной стороны данного
состава  преступления  выступает  мотив  со-
страдания.  Сострадание,  сопереживание
предполагают готовность разделить с другим
человеком его страдания, переживать вместе
с ним его душевное состояние [10].
Вместе с тем возникают ситуации, ког-
да при убийстве безнадежно больного, стра-
дающего от нестерпимой боли, виновный не
только не принимает на себя долю его стра-
даний,  но  и  нередко,  наоборот,  избавляет
себя  от  переживаний,  связанных  с  созерца-
нием мучений больного-потерпевшего (в свя-
зи с этим на практике проблема заключается
не в трудностях установления мотива состра-
дания, а в самом содержании понятия состра-
дания и его применимости к убийству).
Мотив  и  цель  выступают  обязатель-
ными признаками субъективной стороны со-
става  убийства  по  просьбе  потерпевшего  и
соответственно  оказывают  существенное
значение на квалификацию содеянного. Осу-
ществление  эвтаназии  не  может  быть  осно-
вано на иных мотивах. В частности, исключен
корыстный мотив, например, получения воз-
награждения  за  последующую  трансплан-
тацию  органов  жертвы.  Подобные  мотивы,
несомненно, должны расцениваться как отяг-
чающее обстоятельство при убийстве.
Исходя из действующего уголовного за-
кона, осуществление эвтаназии в любой фор-
ме охватывается составом без смягчающих и
отягчающих обстоятельств и рассматривается
практикой  как  разновидность  простого  убий-
ства, квалифицируемого по ч.1 ст.105 УК РФ
[11].  При  этом  наличие  мотива  сострадания,
свидетельствующего об относительно неболь-
шой степени общественной опасности винов-
ного,  движимого  в  момент  совершения  пре-
ступления  заслуживающими  снисхождения
побуждениями, учитывается лишь как обстоя-
тельство, смягчающее наказание (п. «д» ст.61
УК РФ). Cледует отметить, что за последний
период  времени  в  России  отмечается  значи-
тельный рост числа таких преступлений.
Вместе  с  тем  необходимо  обратить
внимание,  что  квалификация  эвтаназии  по
ч.1 ст.105 УК РФ нарушает один из осново-
полагающих  принципов  уголовного  права,
а  именно  принцип  справедливости,  требу-
ющий,  чтобы  наказание  и  иные  меры  уго-
ловно-правового характера, применяемые к
лицу, совершившему преступление, соответ-
ствовали характеру и степени общественной
опасности  преступления,  обстоятельствам
его совершения и личности виновного. Спра-
ведливо ли это по отношению к врачу, облег-
чившему страдания больного?
Также  значимой  проблемой  является
разграничение  самоубийства  и  эвтаназии
как  явлений,  влекущих  за  собой  разные
правовые последствия. В современном уго-
ловном  законодательстве  нигде  не  содер-
жится запрета на самоубийство как таковое.
Поэтому,  несмотря  на  то,  что  это  деяние  в
большинстве стран рассматривается как со-
циально негативное явление и самоубийство
и  покушение  на  него  в  аспекте  изменения
взгляда на юридическую природу самоубий-
ства уже не считаются преступлением.
Что касается склонения больного к эв-
таназии, о котором говорится в статье 45 Ос-
нов [12], ответственность за такие действия
в  УК  РФ  не  предусмотрена.  Под  склонени-
ем  больного  к  эвтаназии  следует  понимать
возбуждение в нем решимости уйти из жиз-
ни и обратиться с просьбой об эвтаназии к
медицинскому  работнику.  Такого  рода  дей-
ствия  нельзя  рассматривать  с  позиций  ин-
ститута  соучастия  или  какого-либо  другого
уголовно-правового  института.  Даже  если
признать  акт  эвтаназии  формой  самоубий-
ства при помощи врача, то и в этом случае
нельзя наказать лицо, склонившее больного
к  эвтаназии.  Склонение  к  самоубийству  по
российскому уголовному праву не образует
преступного деяния [13].
Необходимо констатировать, что эвта-
назия как противоправное деяние влечет за
собой  юридическую  ответственность.  Про-
блема, связанная с квалификацией эвтана-
зии как убийства, остается неразрешенной.
Данный вопрос остается открытым для науч-
ной  дискуссии  и  разрешим,  на  наш  взгляд,
двумя основными путями:
1. выделением рассматриваемого дея-
ния и внесением дополнения в действующий
УК РФ как специального привилегированно-
го состава убийства;
2. либо законодательным разрешени-
ем  эвтаназии,  исходя  из  сострадания  или
сходных мотивов при условии согласия лица
или его родственников.

Библиографический список:
1. Бэкон Ф. Соч. в 2-х т. Т.2. М., 1978. С.269.
2. Капинус О.С. Эвтаназия как социально-правовое явление: Дисс. … доктора юрид. наук. М., 2006. С.111-117.
3. Чернышева Ю.А. Причинение смерти лицу по его просьбе (эвтаназия): Дисс. … канд. юридических наук. М., 2009. С.37-45.
4. Конституция РФ (принята всенародным голосованием 12.12.1993 г.) (с учетом поправок, внесенных Законами РФ о поправках к Конституции РФ от 30.12.2008 г. №6-ФКЗ, от 30.12.2008 г. №7-ФКЗ) // Собрание законодательства РФ. 26.01.2009 г. №4. Ст.445.
5. Миллард Д.У. Проблема эвтаназии // Соц. и клин. психиатрия. 1996. №4.
6. Конюшкина Ю.А. Об эвтаназии // Юрист. 2002. №9. С.59-60.
7. Капинус О.С. Эвтаназия как социально-правовое явление: Дисс. … доктора юрид. наук. М., 2006. С.109-112.
8. Крылова Н.Е. Уголовное право и биоэтика: Дис. … доктора юрид наук. М., 2006. С.63-89.
9. Основы законодательства Российской Федерации об охране здоровья граждан (утв. ВС РФ 22.07.1993 г. №5487-1) (ред. от 18.07.2011 г.) // Российские вести. №174. 09.09.1993 г.
10. Богомягкова Е.С. Эвтаназия как социальная проблема. М., 2006. С.197.
11. Уголовный кодекс Российской Федерации от 13.06.1996 г. №63-ФЗ (принят ГД ФС РФ 24.05.1996 г.) (ред. от 29.12.2010 г.) (с изм. и доп., вступающими в силу с 11.01.2011 г.) // Собрание законодательства РФ. 17.06.1996 г. №25. Ст.2954.
12. Основы законодательства Российской Федерации об охране здоровья граждан (утв. ВС РФ 22.07.1993 г. №5487-1) (ред. от 18.07.2011 г.) // Российские вести. №174. 09.09.1993 г.
13. Капинус О.С. Эвтаназия как социально-правовое явление. М.: Буквоед, 2006. С.153.








 

Категория: Правоохранительная деятельность | Добавил: x5443x (15.12.2012)
Просмотров: 584 | Теги: Убийство, согласие потерпевшего, болезнь, прекращение жизни, самоубийство, эвтаназия | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]
...




Copyright MyCorp © 2017