Суббота, 04.07.2020, 04:26
Высшее образование
Приветствую Вас Гость | RSS
Поиск по сайту




Главная » Статьи » Образование. Научная деятельность

Проблема противодействия деятельности надгосударственных структур Запада посредством применения компетентностного подхода в образовательной среде росс

Л.В.Шабанов, доктор философских наук
Д.М.Сотниченко

Проблема противодействия деятельности надгосударственных структур Запада посредством применения компетентностного подхода в образовательной среде российского военного вуза

Современная молодёжь открыта любым влияниям модных западных течений. Благодаря процессам стирания различий, в неолиберальном обществе была активирована система безличного управления, что деформировало и социальные структуры, и идентификационные паттерны личности. Не различая факторов давления среды (война, геноцид, экономическое закабаление, деидеологизация, футуроцид, изменение мировоззрения), национальные государства оказались под угрозой поглощения глобализованными наднациональными объединениями типа «роевые» структуры.

Ключевые слова: глобализация, сетевые и роевые структуры, обобщённые средства управления, средовое воздействие.

 
Системные сдвиги современного мира, связанные с переформатированием понимания глобальных проблем и общецивилизационных вызовов, формируют контуры нового будущего, декларируя слоган «Постправда, пост-Запад, постпорядок» (Мюнхенская конференция по безопасности, 2017). И хотя Университет Пенсильвании назвал конференцию в Мюнхене «лучшим брейнштормингом года», кризис международной либеральной демократии, проблемы европейской безопасности и обороны, джихадистские угрозы и уязвимые места манипулирования информацией, а также безопасность в Тихоокеанском регионе и на Ближнем Востоке были всего лишь обозначены. Панацеи для решения всех этих проблем не выработано, напротив, аналитики ограничились заклинаниями о российской угрозе и «западных ценностях». Мы же можем констатировать, что этот «мозговой центр» совершенно неверно определяет факторы средового воздействия на внешне- и внутриевропейскую ситуацию и мыслит схемами «холодной войны» прошлого века.

Итак, Европа, потеряв субъектность, находится в опасной стадии абъективации, т.е. ещё не объекта, но уже и не субъекта международной политики. Отсюда столь странными выглядят и контуры мирового порядка, которые пытаются навязать мировой цивилизации аналитики «Европейской безопасности».

Сложный и многослойный кризис капитализма распространяется по всему миру, дестабилизируя экономики и социальные системы. Политика «управляемого хаоса», принесшая в Европу мигра- циократию, перестала быть отдельными вкраплениями социаций «Четвёртого мира» и проецирует себя в мир «Первый», разваливая «средний класс» и неся смерть институту «социального государства» (welfare state) [1]. Всё это перестало быть эскизами голливудского «постапокаллиптическо- го» будущего, но стало стилем эпохи постсовременности, фоном которого оказались локальные войны, «цветные» революции и всё более эффектный PR-Армагеддон.

Абсолютной вершиной («мёртвой» точкой столкновения) видится своеобразная кавитация, когда идеи «конца света» превращаются в меру (норму) и дорожную карту для сил хаоса и разрушения. Западная цивилизация проводит через «окно Овертона» нормы и ценности постапокаллиптической антиутопии в стиле Хаксли, Оруэлла, Замятина, Рэнд, Брэдбери и др. (live during for dystopia).

Однако данный паноптикум лишь говорит о том, что очертания кризиса западной цивилизации не только наблюдаются и предсказывались социальными фантастами в течение всего ХХ в. Если присовокупить сюда линии мыслителей неклассической философии, которые смоделировали платформы коммунистической, национал-социалистской, неофашистской и неолиберальной идеологий, то становится очевидна и стратегия противостояния, приведшая к кризису Ялтинской системы. Становится понятным и «Новый мировой порядок», определивший глобальные цели будущего человека и управления человеческими ресурсами (Human Relations, трансгуманизм).

Пределы роста, в которые вошла западная цивилизация, породили не столько проблему реанимации капитализма (1971-1982 - отказ от Брет- тонвудской системы и переход к «рейганомике»), сколько длинные кризисы второй половины ХХ в.: социально-культурный (1969-1996 - молодёжная субкультурная революция от хиппи до хипстеров), кризис цивилизационной идентичности (19672008 - «Римский клуб» и выход к концептам глобализации по англо-саксонской модели), кризис института социализации (1967-2016 - от подписания 3-й Хельсинкской корзины (свобода идей, свобода людей) до Евроскептицизма и кризиса с беженцами), наконец, кризис института государства (19872008 - отчуждение корпорациями у государственных структур их административных функций под эгидой построения «гражданского общества»), которые изменили воздействие паттернов «Я = значимый другой» и «Я = значимый для других». Изменение паттернов «Я» не могло не деформировать паттерн «Мы» (глобализация). Встроенная в западную модель глобализации теория «золотого миллиарда», которая через ценности гедонизма и механику общества потребления не только преобразила образ человека (атомизированный член общества индивидуалистов), но и внесла в саму картину личности вирус деиндивидуализации («Хочу быть непохожим, как все») [2, с. 477-478]. Глобализация через стирание отличий в обществе активировала системы безличного управления, чем де-факто деформировала не только социум, формируя представление о личности, индивидуальности и системе ценностей, но и создала целый контент, рассчитанный уже не на конкретного носителя, а на целевые аудитории (подростки, студенчество, работающая молодёжь, домохозяйки и пр.) со своей системой бесструктурного управления массовыми коммуникациями.

Безличное управление с позиций социальной психологии деконструировало само современное национальное государство, превратив его в территорию для «роевых» структур «транс-корпораций» (status in statu), которые нивелируют качества «человека холистического» за счет актуализации качеств «человека иерархического». Если это определяющее условие для востребованной контемпорарной диви- дуальности (роевой единицы), тогда рой становится фактором дальнейшей эволюции человека как коллективного in-дивида (т.е. трансгуманоида с новой корпоративной моралью и внегосударственной юрисдикцией).

В течение ХХ в. роевые единицы отрабатывали схемы структурного поглощения национальных государств. Эти схемы были определены как 6 приоритетов управления, структурированных в форматы управления конфликтами на основании применения приоритетных средств воздействия на общество или группу соперника [3, с. 9-10].

1. Прямое военное воздействие (нападение с помощью вооружённых сил и оккупация для ассимиляции и уничтожения населения). - Такие стратегии конфликта строятся на принципе быстрого достижения поставленных целей (завоевание) с последующими тактическими действиями по уничтожению непокорного населения и ассимиляции покорного. Однако война имеет высокую степень затратности и по сравнению с ней низкую эффективность результата («Мы» или «Они»). Для национальных государств современные способы ведения войны в большинстве своём не являются оправданными относительно тех выигрышей, которые сулит им образ конфликтной ситуации (большие потери людских и экономических ресурсов, перенапряжение экономики страны, длительные и затратные процессы ассимиляции покорённого населения). Отсюда и переход к методам «холодной войны» в середине ХХ в. Однако наднациональные структуры (сетевые и роевые группы влияния) имеют возможности давления на конкурентов через создание локальных горячих точек от экстремистских организаций, дестабилизирующих район или область, до разворачивания полномасштабных военных конфликтов за счёт привлечения наёмников ЧВК, диффузно проникающих внутрь страны-объекта с сопредельных территорий.

2. Геноцид непрямыми средствами воздействия (алкоголь, табачные и наркоизделия / «энергетики», пищевые добавки, голод или некачественная пища, экологические загрязнители, непроверенные медикаменты, «генная инженерия» / биотехнологии). - Строится на пропаганде широкой линейки потребления через создание имиджа современного, успешного человека с высокой степенью свободы и независимости от традиционной социальности. В рамках затрат опирается на средства самого порабощаемого населения, которое, следуя за созданными для него образцами, потребляет ведущие к падению качества репродуктивности товары. Степень затратности для агрессора низкая, но эффективность результата намного выше, чем при прямом военном столкновении. При этом, если временные рамки для подавления соперника позволяют, то схема воздействия на него выстраивается в расчёте на несколько поколений принцип: «Они» есть «Они», «Нас» - нет.

3. Экономические средства подавления (кредиты, ввод и вывод валют, инвестиции, приватизация, создание коррупционных отношений и введение культа рынка в сферу межличностных коммуникаций). Строятся на принципах «долгой игры»: в макросоциуме происходит постепенная «скупка» ключевых позиций и коммуникационных узлов в экономической инфраструктуре соперника, а на уровне микросоциума проводится стимулирование малограмотного в экономическом плане населения на получение кредитов под высокие проценты. Степень затратности подобной стратегии достаточна низка, временные рамки не превышают двух поколений, результат - устранение конкурента с мирового рынка и превращение его в третьесортную страну с падающей экономикой (fall-state) и высокой эмиграцией молодёжи, что ведёт к демографическому кризису и распаду страны («Мы» не можем конфликтовать с «Ними», «Они» владеют «Нами»).

4. Идеологические средства - разрушение социума через введение плюралистических суждений в идеологические основания существования общества и культурные скрепы (интерпретация истории от вариативной или альтернативной, факто-описательная интерпретация частных научных фактов, внедрение «нового» знания, навязывание всевозможных религиозных культов, псевдонаучных инновационных технологий, политических и социальных блоков, партий, движений и даже запрет на преобладание какой-либо идеологии в стране). Строятся на принципах «долгой игры», при условии наличия в стране- сопернице больших групп интеллектуалов (лидеров мнений), которые сами начнут внутриобщественный конфликт с целью улучшения качества динамики социальных процессов («За всё хорошее, против всего плохого»). Степень затратности высока только на первом этапе, дальше процессы приобретают качества самоорганизационных и взаимоконфликтных. Временные рамки - около двух поколений. Ввиду разрыва преемственности между научными школами, искажением политических идеологий, неравномерной представленностью возрастных групп в управленческой среде общество деградирует и «падает» в донаучный «средневековый» период формирования картины мира, утрачивая конкурентоспособность («Мы» как «не-Мы», потому что «Нам» нужно быть, как «Они»).

5. Хронологические средства управления информационными потоками, футуроцид (интерпретации текстов летописей и документов, «новые» хронологии, новые подходы к отраслям культуры и знания, дискредитация значимых исторических фигур, пересмотр исторических фактов и достижений, девальвация исторической памяти и подмена образа будущего). - Система, основанная на внедрении «обратных образов» через технологии «окна Овертона», с целью создания разрыва между поколениями, когда старшее поколение отказывается передавать свой опыт, а младшее - презирает старших, имея перед собой более интересные альтернативные образы «новых героев» (психоисторическая война). Степень затратности средняя, так как хаотизация исторических и культурных блоков приводит к разрушению исторической памяти, потере идентичности и созданию привлекательного антиобраза для самой активной части населения - молодёжи. Работа по футороци- ду имеет достаточно широкие горизонты внедрения и может продолжаться от нескольких поколений до нескольких сот лет («Мы» - это «не-Они», «Они» - Свои, «Мы» - Чужие).

6. Средства внедрения новой методологии для перехвата управления, создание информационного вируса мировоззренческого характера (индивидуальные и общественные изменения паттернов, «стандартных автоматизмов» поведения, основы культуры мышления и управленческой деятельности, «Хочешь победить врага - воспитай его детей»). - Система внедрения в картину мира частичных видоизменений мировоззрения в массовой статистике фактов, чтобы общество само защищало интересы своего врага, считая, что это не просто часть нормы жизни, но и личная обязанность каждого прогрессивно настроенного человека. Подобные проекты строятся на принципах длительного целеполагания, но могут «ускоряться» до линии одного поколения через совершенствование средств массовой коммуникации («Мы» - либо «Они», либо Ничто, т.к. «Они» должны быть всегда, даже за счёт «Нас»).

Все эти 6 приоритетов обобщённых средств управления породили системные сдвиги, вызвавшие псевдоморфоз больших социальных аутосубъектов, которых С. Хантингтон называл «столкнувшимися цивилизациями». До конца ХХ в. всегда в качестве «значимого другого» выступали государства разного режима правления, однако с 1975 г. появляются иные (неожиданные с точки зрения классического международного конфликта) оппоненты - глобализован- ные наднациональные объединения и несистемные «роевые структуры».

На международную сцену выходят собрания, созданные по роевому принципу, где замена любого элемента никак не сказывается на качестве системы. Эти транснациональные роевые структуры [4, с. 59-62]. Пока шла «холодная война» национальных государств с их идеологиями (коммунизм, национал-социализм, неолиберализм), транснациональные корпоративные рои захватили сферы глобальной экономики и международного права, сняв актуальность с понимания и востребованности таких концептов человеческого, как цивилизация, государство, культурная и национальная идентичность. Именно этот вызов и не замечают современные строители «Европейской безопасности», а значит, и не видят становящиеся всё более и более ясными контуры будущего пространства «дивного нового мира».

Список литературы

1. Фурсов, А. И. Государство, оно же корпорация. [Электронный ресурс] // Сайт «RussiaPost глобальная политика» - 2013. - 4 июля // Режим доступа: http://www.russiapost.su/archives/1812 (дата обращения: 03.12.2017).
2. Шабанов, Л. В. Плавильный котел глобализации: новое рабство, фриланс или дауншифтинг? // Лихачевские чтения XVI Международные Лихачевские научные чтения, 19-21 мая 2016 г. / науч. ред. А.С. Запесоцкий. - СПб.: СПбГУП, 2016. - С. 477-478.
3. Провидение - не «алгебра». / О работах А. Т. Фоменко и Г. В. Носовского по формированию модели реальной хронологии Истории на основе математической обработки повествований хроник. - М.: ГАИШ МГУ, 2002. - С. 9-10.
4. Шабанов, Л. В. Конфликт «Nemo»: обезличивание как проблема социализации личности в поликультурном обществе // Вестник Кемеровского государственного университета. - 2015. - № 3 (63). - Вып. 3. - С. 59-62.

Источник: Научно-теоретический журнал «Вестник Санкт-Петербургского университета МВД России» № 3 (79) 2018 г.


Категория: Образование. Научная деятельность | Добавил: x5443 (31.05.2020)
Просмотров: 24 | Теги: глобализация | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]
...
Copyright MyCorp © 2020 Обратная связь