Суббота, 27.05.2017, 18:40
Высшее образование
Приветствую Вас Гость | RSS
Поиск по сайту



Главная » Статьи » Правоохранительная деятельность

Глава 5. ПРАВА, ОДИНАКОВЫЕ ДЛЯ БОЛЬШИНСТВА СУБЪЕКТОВ УГОЛОВНОГО ПРОЦЕССА

Глава 5. ПРАВА, ОДИНАКОВЫЕ ДЛЯ БОЛЬШИНСТВА СУБЪЕКТОВ УГОЛОВНОГО ПРОЦЕССА

§ 1. Право знать свои права, обязанности и ответственность

Каждый субъект уголовного процесса должен знать и свои права, и свои обязанности. В ряде статей, посвященных конкретной разновидности субъектов, говорится об обязанности разъяснения таковым лишь тех прав, которые закреплены в этой отдельно взятой статье. Между тем исходя из правил ч. 1 ст. 11 УПК РФ следователь (дознаватель и др.), суд (судья) должны разъяснять последним и все остальные (закрепленные в других статьях УПК) их уголовно-процессуальные права и обязанности. Здесь, в частности, закреплено следующее требование: "Суд, прокурор, следователь, дознаватель обязаны разъяснять подозреваемому, обвиняемому, потерпевшему, гражданскому истцу, гражданскому ответчику, а также другим участникам уголовного судопроизводства их права, обязанности и ответственность и обеспечивать возможность осуществления этих прав".

Обязанность разъяснения прав и обязанностей возлагается не только на суд, прокурора, следователя, дознавателя, но и на судью, а при определенных обстоятельствах также и на руководителя следственного органа, начальника подразделения дознания, руководителя (члена) следственной группы (группы дознавателей), а равно на следователя-криминалиста.

Права и обязанности разъясняются всем вовлекаемым в сферу уголовного процесса субъектам, за исключением суда, судьи, прокурора, следователя (дознавателя и др.), начальника органа дознания, а равно адвоката.

Несоблюдение изложенного в ч. 1 ст. 11 УПК РФ требования может быть признано нарушением уголовно-процессуального закона, которое будет служить основанием отмены судебного решения по делу <144>.

--------------------------------

<144> См., к примеру: Определение Военной коллегии Верховного Суда РФ от 6 февраля 1997 г. // Бюллетень Верховного Суда РФ. 1997. N 8.

 

§ 2. Права, обусловленные принципом национального языка судопроизводства

2.1. Право делать заявления и др. на своем родном языке или другом языке, которым лицо владеет

Согласно ч. 2 ст. 18 УПК РФ участникам уголовного судопроизводства, не владеющим или недостаточно владеющим языком, на котором ведется производство по уголовному делу, должно быть разъяснено и обеспечено право делать заявления, давать объяснения и показания, заявлять ходатайства, приносить жалобы, знакомиться с материалами уголовного дела, выступать в суде на родном языке или другом языке, которым они владеют.

Это же право продублировано в статьях, посвященных статусу отдельных участников уголовного судопроизводства. Чаще всего там речь идет о праве субъекта "давать показания и объяснения на родном языке или языке, которым он владеет" (п. 5 ч. 4 ст. 44, п. 6 ч. 4 ст. 46, п. 6 ч. 4 ст. 47 УПК РФ). Реже - "давать показания на родном языке или языке, которым он владеет" (п. 6 ч. 2 ст. 42, п. 2 ч. 4 ст. 56 УПК РФ). А в статье, посвященной правовому положению гражданского ответчика, вообще речь идет сразу об объединенном праве - праве "давать показания на родном языке или языке, которым он владеет, и пользоваться помощью переводчика бесплатно" (п. 5 ч. 2 ст. 54 УПК РФ).

Между тем суть анализируемого права участника уголовного судопроизводства заключается в том, что последний на родном языке или языке, которым он владеет, в рамках уголовного процесса может давать не только показания, но и (или) объяснения, делать заявления, заявлять ходатайства, приносить жалобы, знакомиться с материалами уголовного дела, выступать в суде. Согласно правовым положениям, закрепленным в ч. 2 ст. 18 УПК РФ, все это <145> не владеющий или недостаточно владеющий языком, на котором ведется уголовное судопроизводство, субъект вправе осуществить на родном языке или другом языке, которым он владеет.

--------------------------------

<145> В дальнейшем для краткости, если иное специально не оговорено, рассуждая о даче показаний на родном языке или языке, которым субъект уголовного процесса владеет, будем подразумевать дачу на выбранном им языке не только показаний, но и (или) объяснений, заявления участника уголовного судопроизводства, в том числе заявление ходатайств, принесение жалоб, ознакомление с отдельными процессуальными документами и материалами уголовного дела, выступление его в суде.


Но что же представляет собой "язык", на котором участник уголовного процесса дает показания, объяснения и т.п.? И какой из языков "родной"? В данном контексте под понятием "язык" подразумевается членораздельная речь, совокупность слов и форм, с помощью которых человек выражает свои мысли <146>. Или то же самое, но другими словами: язык - это "система звуковых, словарных и грамматических средств, объективирующая работу мышления и являющаяся орудием общения, обмена мыслями и взаимного понимания людей в обществе" <147>.

--------------------------------

<146> Данное определение сформулировано с использованием информации, изложенной на сайте http://encycl.yandex.ru/yandsearch?rpt=encyc&text=%FF%E7%FB%EA.

<147> См.: Ожегов С.И. Указ. соч. С. 794.


Родным языком субъекта уголовного процесса является язык той национальности, к которой он принадлежит, исходя из его собственного заявления. Согласно ч. 1 ст. 26 Конституции РФ каждый вправе определять и указывать свою национальную принадлежность. Никто не может быть принужден к определению и указанию своей национальной принадлежности.

Участник уголовного судопроизводства может давать показания (объяснения и др.) на родном языке или языке, которым он владеет. Размещение в соответствующей законодательной формулировке союза или указывает на то, что, во-первых, у субъекта уголовного процесса есть выбор. Во-вторых, что выбрать он может лишь из двух вариантов: говорить либо на родном языке, либо на другом языке, который не является его родным языком, но которым "он владеет". В-третьих, если он выбрал один из языков общения при даче показаний (объяснений и др.), он должен им пользоваться на протяжении всего хода уголовного процесса.

Исключением из этого правила может быть лишь та ситуация, когда следователь (дознаватель и др.), суд (судья) посчитают, что выбранным языком субъект уголовного процесса явно не владеет, а владеет иным языком. В этом случае, если данное решение не будет противоречить воле участника уголовного процесса, язык, на котором последний дает показания (объяснения и др.), может быть заменен. Но следует помнить, что данная замена будет производиться не по решению участника уголовного судопроизводства, а лишь с его согласия, по решению должностного лица (органа), в производстве которого находится уголовное дело.

Иногда субъект уголовного процесса не знает языка той национальности, к которой он принадлежит. В таком случае ему предоставляется возможность давать показания (объяснения и др.) на языке, которым он владеет. Понятие "владеть языком" применительно к исследуемому праву в УПК РФ употреблено в значении знать язык, твердо помнить, как на этом языке следует говорить. В русском языке глагол "владеть" толкуется как "уметь, иметь возможность пользоваться" чем-нибудь, "действовать при помощи" чего-нибудь <148>.

--------------------------------

<148> См.: Ожегов С.И. Указ. соч. С. 74; Краткий толковый словарь русского языка / Сост. И.Л. Городецкая, Т.Н. Поповцева, М.Н. Судоплатова, Т.А. Фоменко; под ред. В.В. Розановой. 4-е изд., стереотип. М.: Рус. яз., 1985. С. 26.


Неграмотный человек - тот, кто не умеет читать и (или) писать, - также считается владеющим языком в том смысле этого термина, который употреблен в ч. 2 ст. 18 УПК РФ <149>. С другой стороны, человек, страдающий немотой, даже в том случае, когда он обучен грамоте в совершенстве, не может быть признан лицом, владеющим языком, на котором ведется судопроизводство.

--------------------------------

<149> Применительно к деятельности переводчика словосочетание "владеть языком" употреблено в ином (более широком) значении. См. подробнее: Рыжаков А.П. Переводчик в уголовном процессе: понятие, права, обязанности и ответственность. Комментарий к ст. 59 УПК РФ // СПС "КонсультантПлюс".


Итак, второй вариант, которым субъект уголовного процесса может воспользоваться, - это давать показания (объяснения и др.) на языке, которым он владеет. Термин он в анализируемом контексте означает, что владеть языком должен именно этот участник уголовного судопроизводства, а не его представитель. Хорошо, если представитель субъекта уголовного процесса также владеет языком, на котором последний дает показания (объяснения и др.), но это не обязательное условие проведения допроса (иного процессуального действия) с участием самого субъекта уголовного процесса.

 

2.2. Право пользоваться услугами переводчика

Право пользоваться услугами переводчика бесплатно, так же как и выше проанализированная возможность, проистекает из принципа национального языка уголовного процесса, закрепленного в ст. 18 УПК РФ.

Глагол "пользоваться" в данном контексте позволяет участнику уголовного судопроизводства требовать вовлечения в уголовный процесс переводчика во всех тех случаях, когда, по его мнению, он не может правильно выразить на языке, на котором ведется судопроизводство, свою мысль, а также не понимает речи какого-либо совместно с ним участвующего в следственном действии лица и (или) не может реализовать предоставленные ему иные права без помощи переводчика.

Обычно помощь переводчика в том значении, которое подразумевается в формулировке анализируемого права, сводится к оказанию содействия субъекту уголовного процесса в устранении возникающих у него языковых проблем в процессе участия в уголовном судопроизводстве. Несомненно, переводчик одновременно помогает и следователю (дознавателю и др.), суду (судье). Но термин "помощь", который употреблен в п. 7 ч. 2 ст. 42, п. 6 ч. 4 ст. 44 и др. УПК РФ, к данному виду сотрудничества не имеет отношения.

Участник уголовного процесса вправе пользоваться помощью переводчика. Этот термин неоднократно использован законодателем в УПК РФ, и во всех случаях им является тот субъект, которому посвящен § 4 гл. 4 настоящей работы.

Любой субъект уголовного процесса пользуется помощью переводчика бесплатно. Иначе говоря, он не обязан платить за оказываемую ему переводчиком помощь. Помощь участнику уголовного судопроизводства оказывается вне зависимости от того, имеются ли у него деньги. Но даже при наличии таковых следователь (дознаватель и др.), суд (судья) не вправе их взять у лица для оплаты (дополнительной оплаты) работы переводчика. Помощь переводчика оказывается без оплаты ее каким-либо субъектом уголовного процесса, но не вообще без оплаты. С переводчиком за его работу расплачивается государство.

 

§ 3. Право представлять доказательства

Обычно право представлять письменные документы и (или) предметы для приобщения их к уголовному делу в качестве доказательств в УПК РФ формулируется как право "представлять доказательства" (п. 4 ч. 2 ст. 42, п. 2 ч. 4 ст. 44, п. 4 ч. 4 ст. 46, п. 4 ч. 4 ст. 47, п. 2 ч. 1 ст. 53, п. 7 ч. 2 ст. 54 УПК РФ). Представлять таковые вправе по меньшей мере потерпевший, гражданский истец, их представители, подозреваемый, обвиняемый, их защитник, законный представитель (п. 6 ч. 2 ст. 426, п. 3 ч. 2 ст. 437 УПК РФ), гражданский ответчик, его представители, а равно частный обвинитель (ч. 2 ст. 43 УПК РФ) <150>.

--------------------------------

<150> В дальнейшем для краткости, если иное специально не оговорено, все субъекты, на которых распространяется закрепленное в ч. 2 ст. 86 УПК РФ право, будут именоваться "подозреваемый (потерпевший и др.)".


Раньше в соответствии с ч. 2 ст. 70 УПК РСФСР 1960 года представлять доказательства имели право любые граждане, предприятия, учреждения и организации. Сейчас аналогичное положение в УПК РФ отсутствует. Поэтому в настоящее время не имеет под собой правовой основы утверждение, согласно которому "представлять органу расследования, суду сведения, могущие быть доказательствами, вправе любое физическое или юридическое лицо" <151> (любой гражданин, предприятие, учреждение, организация) <152>. Аналогичного мнения придерживаются и другие ученые <153>.

--------------------------------

<151> См.: Горяинов К.К. Глава 11. Доказывание // Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации / Под общ. ред. В.И. Радченко. М.: Юстицинформ, 2003. С. 209.

<152> См.: Лупинская П.А. § 1. Собирание доказательств // Уголовно-процессуальное право Российской Федерации: Учебник / Отв. ред. П.А. Лупинская. М.: Юристъ, 2003. С. 252; Безлепкин Б.Т. Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный). М.: ВИТРЭМ, 2002. С. 121.

<153> См.: Победкин А.В., Яшин В.Н. Указ. соч. С. 122.


Не отражает истинной картины и утверждение П.А. Лупинской, согласно которому "представлять лицам, ведущим производство по делу, вещи с просьбою приобщить их к делу в качестве вещественных доказательств, письменные и иные документы" вправе "участники процесса" <154>. Не любой участник процесса наделен таким правом. Вряд ли найдется ученый, который станет утверждать, что суд не является участником процесса, но он не вправе представлять документы и (или) предметы для приобщения их к уголовному делу в качестве доказательства. Даже если, исходя из структуры старого УПК РСФСР 1960 г., к числу "участников процесса" отнести лишь лиц, перечисленных в гл. 3 УПК РСФСР 1960 г., утверждение П.А. Лупинской остается небезупречным. В указанной главе был закреплен правовой статус защитника и переводчика. Права защитника (ч. 3 ст. 86 УПК РФ) по собиранию сведений, имеющих отношение к уголовному делу, по мнению современного законодателя, отличаются от полномочий субъектов, перечисленных в ч. 2 ст. 86 УПК РФ.

--------------------------------

<154> См.: Лупинская П.А. § 1. Собирание доказательств // Уголовно-процессуальное право Российской Федерации: Учебник / Отв. ред. П.А. Лупинская. М.: Юристъ, 2003. С. 253.


Ну а в том, что переводчик не имеет права представлять документы и (или) предметы для приобщения их к уголовному делу в качестве доказательств, думается, ни у кого не возникнет сомнений.

Итак, в ряде статей УПК РФ исследуемое право обвиняемого (потерпевшего и др.) именуется правом "представлять доказательства". Между тем на момент представления обвиняемым (потерпевшим и др.) предметов и документов уголовно-процессуальными доказательствами они еще не являются. Пока указанные объекты не вовлечены в сферу уголовного процесса (а вовлеченными они будут уже после представления), их вообще нет в уголовном процессе. Уже только поэтому называть их доказательствами не совсем правильно. Именно поэтому в ч. 2 ст. 86 УПК РФ, посвященной институту собирания доказательств, это право подозреваемого, обвиняемого, потерпевшего, гражданского истца, гражданского ответчика и их представителей именуется как право "представлять письменные документы и предметы для приобщения их к уголовному делу в качестве доказательств".

А теперь о том же самом, но более обстоятельно. Значение слова "представлять" такое же, как и у слова "представить" <155>. Представить - значит "доставить, предъявить, сообщить" <156>. В юридической литературе иногда данный термин заменяется на слово "предоставлять" <157> и "предъявлять" <158> доказательства. Предоставить означает "дать право, возможность" что-нибудь "сделать" <159>. Предъявить - "показать в подтверждение" чего-нибудь или же "заявить" (о какой-нибудь "претензии по отношению к" кому-нибудь) <160>. Нетрудно заметить, что это не одинаковые по значению со словом "представлять" понятия. Поэтому, нам думается, замена одного слова другим применительно к разъяснению данной, предоставленной подозреваемому, обвиняемому, потерпевшего, гражданскому истцу, гражданскому ответчику и их представителям, обеспеченной государственным принуждением возможности неоправданна.

--------------------------------

<155> См.: Ожегов С.И. Указ. соч. С. 503.

<156> См.: Ожегов С.И. Указ. соч. С. 502.

<157> См., к примеру: Игнатов С.Д. К вопросу о праве адвоката-защитника собирать и представлять доказательства по уголовно-процессуальному законодательству России // Адвокатская практика. 2004. N 3.

<158> См.: Завидов Б.Д., Курина А.В. Статья 42. Потерпевший // Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (научно-практическое издание) / Под общ. ред. В.В. Мозякова, Г.В. Мальцева, И.Н. Барцица. М.: Книга-Сервис, 2003. С. 183; Завидов Б.Д., Орлова А.А., Попов И.А. Статья 42. Потерпевший // Завидов Б.Д., Орлова А.А., Попов И.А., Сурыгина Н.Е., Шумилин С.Ф. Правовое положение участников уголовного судопроизводства. Комментарий законодательства: основные положения, проблемы и новации // СПС "КонсультантПлюс". Ч. 2 п. 11.

<159> См.: Ожегов С.И. Указ. соч. С. 501.

<160> См.: Ожегов С.И. Указ. соч. С. 503.


Так же как и собирание документов (предметов), представление таковых для приобщения к уголовному делу в качестве доказательства может осуществляться в любых не запрещенных законом формах. Это может быть как передача, так и вручение, пересылка вышеуказанных предметов (документов) следователю (дознавателю и др.). Законодатель не определил, оформляется ли документ, закрепляющий факт получения представленного предмета (документа). Соответственно, если таковой не был составлен, нельзя признать представление осуществленным с нарушением требований УПК РФ. Между тем нами рекомендуется все же составлять процессуальный документ по правилам, аналогичным порядку протоколирования следственного действия, где и фиксировать факт, ход и результаты получения представленного подозреваемым (потерпевшим и др.) предмета (документа).

Некоторые требования к отдельным способам представления документов (предметов) для приобщения их к уголовному делу в качестве доказательства определены ведомственными нормативными актами. Так, согласно § 6 Инструкции о порядке изъятия, учета и хранения и передачи вещественных доказательств по уголовным делам, ценностей и иного имущества органами предварительного следствия, дознания и судами от 18 октября 1989 г. N 34/15 в случае представления потерпевшим, обвиняемым (подозреваемым), другими лицами, а также представителями организаций и учреждений предметов, документов, ценностей или иного имущества, имеющего значение вещественного доказательства либо изъятого из свободного обращения, а равно подлежащего конфискации или аресту для обеспечения возмещения материального ущерба, причиненного преступлением, или исполнения приговора суда о конфискации, составляется протокол в соответствии со ст. ст. 86 и 166 УПК РФ. При этом следователь (дознаватель и др.) обязан допросить лицо, представившее названные объекты, о времени, месте и других обстоятельствах их обнаружения, приобретения и хранения <161>.

--------------------------------

<161> См.: Инструкция о порядке изъятия, учета и хранения и передачи вещественных доказательств по уголовным делам, ценностей и иного имущества органами предварительного следствия, дознания и судами от 18 октября 1989 г. N 34/15.


Наличие у подозреваемого (потерпевшего и др.) права представлять предметы и (или) документы для приобщения их к уголовному делу в качестве доказательства предполагает возложение на следователя (дознавателя и др.) обязанности получать и приобщать к уголовному делу представленные ему объекты. Без обязанности нет права. Именно поэтому мы и утверждаем наличие у следователя (дознавателя и др.) соответствующей обязанности.

Аналогичное, но несколько иное видение данного вопроса приведено в работе И.Б. Михайловской. Она также указывает на наличие у "лица (органа), в чьем производстве находится дело", обязанности, но обязанности не приобщить документ (предмет) к материалам уголовного дела, а "разрешить заявленное ходатайство" <162>. Подразумевается ходатайство о приобщении предмета (документа) к уголовному делу в качестве доказательства.

--------------------------------

<162> См.: Михайловская И.Б. Глава 11. Доказывание // Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации / Под ред. И.Л. Петрухина. М.: Велби, 2002. С. 148.


Почему нам такой подход представляется небезупречным? Потому что п. 2 ст. 86 УПК РФ предоставил подозреваемому (потерпевшему и др.) право представлять письменные документы и (или) предметы для приобщения их к уголовному делу в качестве доказательств, а не ходатайствовать о приобщении таковых. Возложенная на следователя (дознавателя и др.) обязанность разрешения ходатайства обусловлена не правом, предусмотренным ч. 2 ст. 86 УПК РФ, а правом, предусмотренным другой статьей УПК РФ. Так, согласно ч. 1 ст. 119 УПК РФ подозреваемый (потерпевший и др.) вправе заявить ходатайство о производстве процессуальных действий или принятии процессуальных решений для установления обстоятельств, имеющих значение для уголовного дела. Вот это право напрямую связано с обязанностью рассмотрения и разрешения ходатайства. Право же представлять письменные документы и (или) предметы для приобщения их к уголовному делу в качестве доказательств должно, по нашему разумению, влечь за собой обязанность получать таковые именно для приобщения их к уголовному делу в качестве доказательств. Если же у следователя (дознавателя и др.) имеется обязанность получать объект для приобщения его к уголовному делу в качестве доказательства, то последовательно будет заявить, что на него возложена также обязанность осуществить указанную деятельность (приобщить представленный объект к уголовному делу в качестве доказательства).

Частью 2 ст. 86 УПК РФ подозреваемому (потерпевшему и др.) предоставлено право собирать и представлять определенного рода объекты. Законодатель разделил два указанных действия союзом "и". Такую же конструкцию используют большинство авторов <163>.

--------------------------------

<163> См., к примеру: Доля Е.А. Глава 11. Доказывание // Научно-практический комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации / Под общ. ред. В.М. Лебедева; науч. ред. В.П. Божьев. М.: Спарк, 2002. С. 198; Ульянова Л.Т. § 8. Собирание доказательств // Уголовный процесс: Учебник для студентов юридических вузов и факультетов / Под ред. К.Ф. Гуценко. 5-е изд., перераб. и доп. М.: Зерцало, 2004. С. 222; Глушков А.И. Глава 6. Доказательства и доказывание // Уголовный процесс: Учебник для вузов / Отв. ред. А.В. Гриненко. М.: Норма, 2004. С. 123; и др.


Дословно получается, что он предоставил право только последовательного осуществления сразу двух действий. Однако нами рекомендуется несколько иное толкование данного положения. Подозреваемый (потерпевший и др.) вправе как собирать, так и представлять предметы и (или) документы для приобщения их к уголовному делу в качестве доказательства. Вполне можно предвидеть возможность наличия у подозреваемого (потерпевшего и др.) на момент начала уголовного процесса определенных предметов (документов), имеющих отношение к уголовному делу. Их собирать нет необходимости. Они уже есть. В этом случае подозреваемый (потерпевший и др.) вправе представить данные объекты без осуществления предварительного их "собирания".

Возможна и обратная ситуация. У подозреваемого (потерпевшего и др.) есть право, а не обязанность представлять предметы и (или) документы для приобщения их к уголовному делу в качестве доказательства. Соответственно, тот объект, которым он располагал на момент начала уголовного судопроизводства (то есть не собирал), он вправе не представлять для приобщения к уголовному делу в качестве доказательства. Так же он может поступить и с объектом, который у него появился в связи с осуществленным им собиранием предметов (документов), предусмотренным ч. 2 ст. 86 УПК РФ.

Иначе говоря, в анализируемом месте ч. 2 ст. 86 УПК РФ союз "и" должен трактоваться как единство двух союзов: "и - (или)".

Часть 2 ст. 86 УПК РФ разрешает подозреваемому (потерпевшему и др.) собирать и (или) представлять "письменные документы и предметы". Прилагательное "письменные" в данном случае касается лишь документов. По общему правилу предметы не могут быть письменными. Между тем употребление данной характеристики документа может привести к мысли, что подозреваемые (потерпевшие и др.) не наделены полномочиями собирать и (или) представлять иного рода (не письменные) документы. Речь идет об обладающих признаками иных документов и (или) вещественных доказательств фото-, аудио-, кино-, видео- и любых иных носителях информации.

Думается, что использованная здесь законодателем формулировка не закрепляет запрета собирания, а тем более представления уже имеющихся фотографий, аудио-, видеозаписей, кинопленок и т.п. Просто их следует относить к предметам, о которых идет речь в ч. 2 ст. 86 УПК РФ.

Соответственно, под документами в ч. 2 ст. 86 УПК РФ понимается только та часть документов (в общежитейском смысле этого слова) с признаками вещественных доказательств или иных документов, которые составлены в письменной форме. Все остальные предметы (документы), которые обладают признаками иных документов или вещественных доказательств, включаются законодателем в содержание понятия "предмет".

Законодатель не предусмотрел каких-либо различий между собиранием и (или) представлением предметов и осуществлением тех же видов деятельности в отношении письменных документов. Поэтому особой значимости нет в определении содержания того и другого понятия. Следует обратить внимание лишь на то, что термин "предмет" подлежит расширительному толкованию, что позволяет утверждать о наличии у подозреваемого (потерпевшего и др.) права собирать (представлять) не только письменные, но и любые иные имеющие отношение к уголовному делу, полученные без нарушения предусмотренных законодательством запретов объекты. После приобщения их к уголовному делу они могут быть как "иными документами" (ст. 84 УПК РФ), так и вещественными доказательствами (ст. 81 УПК РФ).

В этой связи хотелось бы дать краткую характеристику указанных видов процессуальных источников.

Под "иными документами" <164> подразумеваются не являющиеся вещественными доказательствами "любые письменные или оформленные иным способом акты, удостоверяющие или излагающие факты и обстоятельства, которые имеют значение" для уголовного дела <165>.

--------------------------------

<164> См. об этом подробнее: Рыжаков А.П. Уголовный процесс: Учебник для вузов. 3-е изд., перераб. М.: Норма, 2004. С. 259 - 261.

<165> См.: Фаткуллин Ф.Н. Общие проблемы процессуального доказывания. Казань, 1976. С. 151.


Под вещественными доказательствами понимаются вовлеченные в уголовный процесс орудия преступления, предметы, на которые были направлены преступные действия, имущество, деньги и иные ценности, полученные в результате преступных действий либо нажитые преступным путем, а также все иные предметы и (или) документы, отобразившие на себе вне уголовного процесса информацию (следы) о событии преступления <166>.

--------------------------------

<166> См. об этом подробнее: Рыжаков А.П. Уголовный процесс: Учебник для вузов. 3-е изд., перераб. М.: Норма, 2004. С. 253, 259, 260.


Любой из указанных объектов может быть собран и (или) представлен подозреваемым (потерпевшим и др.). И на данное обстоятельство не должно влиять то, что законодатель (а вслед за ним и некоторые ученые <167>) термины "документ" и "предмет" соединил союзом "и". Собираться (представляться) в порядке ч. 2 ст. 86 УПК РФ могут как письменные документы, так и предметы, каждый в отдельности.

--------------------------------

<167> См., к примеру: Михайловская И.Б. Глава 11. Доказывание // Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации / Под ред. И.Л. Петрухина. М.: Велби, 2002. С. 148; Лупинская П.А. Статья 86. Собирание доказательств // Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации / Отв. ред. Д.Н. Козак, Е.Б. Мизулина. М.: Юристъ, 2002. С. 218; Маркина Е.А. Глава 11. Доказывание // Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации в редакции Федерального закона от 29 мая 2002 года / Под общ. и науч. ред. д.ю.н., проф. А.Я. Сухарева. М.: НОРМА; ИНФРА-М, 2002. С. 170; Смирнов А.В. Глава 11. Доказывание // Смирнов А.В., Калиновский К.Б. Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации. Постатейный / Под общ. ред. А.В. Смирнова. 2-е изд., доп. и перераб. СПб.: Питер, 2004. С. 244; и др.


Согласно правилам, закрепленным в ч. 2 ст. 86 УПК РФ, подозреваемый (потерпевший и др.) собирает (представляет) предметы (документы) "для приобщения их к уголовному делу в качестве доказательств". Приобщение таковых к уголовному делу осуществляется по-разному, в зависимости от того, признаками какой разновидности доказательств представленная вещь обладает. Объекты, обладающие признаками иного документа, приобщаются к уголовному делу в один этап, а вещественного доказательства - в два. Причем первый этап приобщения к уголовному делу предметов (документов) с признаками вещественного доказательства аналогичен порядку приобщения объектов с признаками иных документов.

Сначала производится деятельность по вовлечению в уголовный процесс предмета и (или) документа, отразивших на себе сведения, имеющие отношение к уголовному делу. Она может осуществляться по крайней мере путем получения данного объекта, представленного в порядке ч. 2 ст. 86 УПК РФ, производства следственных действий (выемки, обыска, осмотра и т.п.) и (или) иных указанных в УПК РФ средств собирания доказательств. Соответственно, нам трудно безоговорочно согласиться с мнением И.Б. Михайловской, которая полагает, что "действием, влекущим появление в деле нового доказательства, является постановление (определение) о приобщении к делу документа или предмета" <168>. Во-первых, УПК РФ предусмотрел возможность вынесения такого постановления (определения) только во время судебного следствия. На стадии предварительного расследования иные документы приобщаются к уголовному делу без вынесения специального постановления, а объекты, обладающие признаками вещественного доказательства, появляются в уголовном процессе (к примеру, после изъятия их в процессе обыска) задолго до того, как будет вынесено постановление о признании их вещественным доказательством и приобщении к уголовному делу.

--------------------------------

<168> См.: Михайловская И.Б. Глава 11. Доказывание // Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации / Под ред. И.Л. Петрухина. М.: Велби, 2002. С. 148.


Во-вторых, постановление (определение) И.Б. Михайловской именуется действием, а это никак не действие - это процессуальный документ, в котором фиксируется опять же не действие, а соответствующее процессуальное решение.

Продолжим анализ процесса приобщения к уголовному делу объекта в качестве доказательства. Если носитель имеющих отношение к уголовному делу сведений обладал признаками иного документа, то сам процесс вовлечения является приобщением его к уголовному делу. После этого в уголовном деле появляется доказательство - иной документ. Когда же предмету (документу) были присущи характеристики вещественного доказательства, после вовлечения в уголовный процесс он еще не считается полностью приобщенным к уголовному делу. Для того чтобы он стал вещественным доказательством, должен пройти второй этап приобщения его к уголовному делу. Названный второй этап состоит из двух элементов:

- осмотра и по возможности фотографирования данного носителя доказательственной информации;

- вынесения особого постановления о признании его вещественным доказательством и приобщении к уголовному делу. В данном постановлении решается вопрос об оставлении вещественного доказательства при уголовном деле или о сдаче его на хранение владельцу либо иным лицам или организациям.

Только после процессуального оформления вышеуказанного протокола следственного действия и постановления конкретный объект, к примеру нож или паспорт, будет считаться приобщенным к уголовному делу в качестве вещественного доказательства.

Так как на момент начала указанного "второго этапа" доказательство в уголовном деле уже имеется, рассматриваемый период последовательно вычленять как самостоятельный элемент процесса доказывания. Нами рекомендуется анализируемую часть доказывания именовать закреплением доказательств <169>. Аналогичные предложения исходили и от других процессуалистов <170>. Между тем мы вынуждены признать, что многие процессуалисты действия, составляющие данный этап доказывания, полностью относят к содержанию элемента процесса доказывания, именуемого собиранием доказательств <171>.

--------------------------------

<169> См. также: Рыжаков А.П. Краткий курс уголовного процесса: Учеб. пособие. М.: ПРИОР, 2002. С. 81; Рыжаков А.П. Курс уголовного процесса (структурно-логические схемы): Учебное пособие. М.: Контракт; ИНФРА-М, 2001. С. 150; Рыжаков А.П. Краткий курс уголовного процесса: Учеб. пособие. М.: ПРИОР, 2000. С. 85 - 86; Рыжаков А.П. Уголовный процесс: Учебник для вузов. М.: ПРИОР, 1999. С. 219, 223; Рыжаков А.П. Краткий курс уголовного процесса / Отв. ред. Н.Г. Шурухнов. М.: Филинъ, 1998. С. 128 - 129; Рыжаков А.П. Уголовно-процессуальное доказывание: понятие и средства. М.: Филинъ, 1997. С. 20, 26 - 27.

В последующих учебниках (кратких курсах уголовного процесса) мы не указывали на наличие такого элемента (закрепление доказательств) процесса доказывания (см., к примеру: Рыжаков А.П. Уголовный процесс: Учебник для вузов. 3-е изд., перераб. М.: Норма, 2004. С. 223 - 233). Делалось это умышленно. На наш взгляд, та учебная литература, где мы касались вопроса содержания процесса доказывания, имела целью изложить наиболее часто встречающийся подход к данному процессуальному институту. Что мы и старались сделать. Замалчивание самостоятельного элемента процесса доказывания, коим является закрепление доказательств, имело целью ограждение студентов от возможных дополнительных и притом сложных вопросов преподавателей.

<170> См., к примеру: Безлепкин Б.Т. Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный). М.: ВИТРЭМ, 2002. С. 121; Безлепкин Б.Т. Уголовный процесс России: Учеб. пособие. 2-е изд., перераб. и доп. М.: Велби; Проспект, 2004. С. 141; Глушков А.И. Глава 12. Доказательства и доказывание // Уголовный процесс: Учебник для юридических высших учебных заведений / Под общ. ред. В.И. Радченко. М.: Юстицинформ, 2003. С. 205.

 

<171> К такому выводу приходим из анализа следующих работ. См.: Михайловская И.Б. Глава 11. Доказывание // Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации / Под ред. И.Л. Петрухина. М.: Велби, 2002. С. 148.


Но вернемся к анализу содержания права представлять письменные документы и (или) предметы для приобщения их к уголовному делу в качестве доказательств. Под уголовным делом здесь понимается совокупность процессуальных документов и не являющихся документами доказательств, собранных (подшитых, пронумерованных, упакованных и т.п.) после принятия решения о наличии в распоряжении следователя (дознавателя и др.) достаточных данных, указывающих на признаки объективной стороны состава преступления, и предусмотренного ст. 140 УПК РФ повода для возбуждения уголовного дела, вместе с материалами предварительной проверки заявления (сообщения) о преступлении.

Представляемые подозреваемыми (потерпевшими и др.) предметы (документы) приобщаются к уголовному делу в качестве доказательств. Употребление здесь словосочетания "в качестве доказательств" указывает на то, что до приобщения к материалам уголовного дела собранные и даже представляемые подозреваемым (потерпевшим и др.) предметы (документы) доказательствами еще не являются. Они обладают признаками определенной разновидности доказательств. Но уголовно-процессуальными доказательствами они станут лишь после вовлечения их должным образом в процесс доказывания. Данное вовлечение и осуществляется путем их приобщения к уголовному делу.

__________________

§ 4. Право заявлять ходатайства и отводы

§ 5. Иные наиболее общие права участника уголовного судопроизводства

Содержание

Категория: Правоохранительная деятельность | Добавил: x5443x (11.03.2014)
Просмотров: 1396 | Теги: обязанности, доказательства, права, ответственность | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]
...




Copyright MyCorp © 2017 Обратная связь