Вторник, 06.12.2016, 20:52
Высшее образование
Приветствую Вас Гость | RSS
Поиск по сайту


Главная » Статьи » Гражданское право

Постановление от 16.06.2015 N 15-П "По делу о проверке конституционности положений ст. 139 Семейного кодекса РФ и ст. 47 Федерального закона

Постановление от 16.06.2015 N 15-П "По делу о проверке конституционности положений ст. 139 Семейного кодекса РФ и ст. 47 Федерального закона "Об актах гражданского состояния"

 

Правовые категории в Постановлении: право на получение информации; тайна усыновления; неприкосновенность частной жизни; личная и семейная тайна; право знать свое происхождение.

Заявители: граждане Г.Ф. Грубич и Т.Г. Гущина (в порядке части 4 статьи 125 Конституции РФ).

Предмет рассмотрения: положения статьи 139 Семейного кодекса РФ и статьи 47 Федерального закона "Об актах гражданского состояния" в той мере, в какой они служат основанием для решения вопроса о возможности получения потомками усыновленного сведений об усыновлении после смерти усыновленного и усыновителей.

Позиция заявителей: оспариваемые положения противоречат статье 29 (часть 4) Конституции РФ, закрепляющей право на свободный поиск и получение информации, а также ее статьям 2, 17 (часть 1), 18, 19 (часть 1), 24 (часть 2) и 55 (часть 3), поскольку допускают получение сведений об усыновлении только при условии согласия на это усыновителей и не предусматривают возможность получения таких сведений наследниками усыновленного в случае, когда сам факт усыновления стал им известен после его смерти и смерти усыновителей.

Итоговый вывод решения: Конституционный Суд РФ признал положения статьи 139 Семейного кодекса РФ и статьи 47 Федерального закона "Об актах гражданского состояния" не противоречащими Конституции РФ, поскольку по своему конституционно-правовому смыслу они не препятствуют предоставлению по решению суда потомкам усыновленного после смерти усыновленного и усыновителей сведений об усыновлении в объеме, необходимом для реализации ими своих конституционных прав и обеспечивающем поддержание баланса конституционно защищаемых ценностей, а также прав и законных интересов участников соответствующих правоотношений.

Мотивы решения. Ограничение прав, в том числе в целях защиты прав других лиц, в силу статей 17 (часть 3) и 55 (часть 3) Конституции РФ может иметь место только на основании федерального закона. Предполагается, что реализация конституционного права на информацию, затрагивающую частную жизнь других лиц, возможна только в порядке, установленном законом, и что федеральный законодатель правомочен определить законные способы получения такой информации. При этом Конституция РФ предполагает возможность установления в отношении той или иной информации специального правового режима, в том числе режима ограничения свободного доступа к ней со стороны граждан (см.: Постановление от 18 февраля 2000 года N 3-П; Определения от 12 мая 2003 года N 173-О, от 29 января 2009 года N 3-О-О, от 29 сентября 2011 года N 1063-О-О и др.).

Конституционный Суд РФ неоднократно отмечал, что право на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну означает предоставленную человеку и гарантированную государством возможность контролировать информацию о самом себе, препятствовать разглашению сведений личного, интимного характера (см.: Определения от 9 июня 2005 года N 248-О, от 26 января 2010 года N 158-О-О и др.).

Одним из принципов регулирования семейных отношений является приоритет семейного воспитания детей; его реализация предполагает не только заключение брака, но и закрепление правовой связи между родителем (лицом, его заменяющим) и ребенком; одним из средств обеспечения этой связи применительно к детям, оставшимся без попечения родителей, служит возможность их передачи в семью на воспитание (усыновление (удочерение), передача под опеку или попечительство, в приемную семью либо в случаях, предусмотренных законами субъектов Российской Федерации, в патронатную семью); наиболее предпочтительной формой устройства детей, оставшихся без попечения родителей, является усыновление (удочерение) (см.: Постановление от 31 января 2014 года N 1-П).

Правовой режим тайны усыновления, установленный действующим правовым регулированием, направлен на создание полноценных семейных, подлинно родственных отношений между усыновителем и усыновленным, обеспечение стабильности усыновления, защиту прав и интересов всех членов семьи, важная роль которой в развитии личности, удовлетворении ее духовных потребностей и обусловленная ею конституционная ценность института семьи требуют со стороны государства уважения и защиты отношений, которые возникают посредством установления усыновления, а потому закрепляющие этот режим положения пункта 1 статьи 139 Семейного кодекса РФ и пункта 1 статьи 47 Федерального закона "Об актах гражданского состояния" не могут рассматриваться как противоречащие Конституции РФ.

Вместе с тем тайна усыновления не является обязательным условием любого усыновления. Если к моменту усыновления ребенок в силу возраста или по другим причинам не мог знать о факте усыновления, дальнейшее сохранение тайны усыновления законодатель связывает исключительно с волей усыновителей, о чем специально упоминается в пункте 2 статьи 139 Семейного кодекса РФ и пункте 2 статьи 47 Федерального закона "Об актах гражданского состояния".

Положения статьи 139 Семейного кодекса РФ и статьи 47 Федерального закона "Об актах гражданского состояния", как препятствующие получению сведений об усыновлении без согласия усыновителей на раскрытие тайны усыновления, применяются на практике не только для обеспечения и защиты соответствующих прав взрослого и ребенка (усыновителя и усыновленного), но и при разрешении вопроса о возможности реализации взрослыми детьми усыновленного права узнать о его происхождении после его смерти и смерти лиц, усыновивших его (бабушки и дедушки).

В силу предписаний статей 23 (часть 1) и 24 (часть 1) Конституции РФ конфиденциальным характером обладает любая информация о частной жизни лица, а потому она во всяком случае относится к сведениям ограниченного доступа. При этом в понятие "частная жизнь" включается та область жизнедеятельности человека, которая относится к отдельному лицу, касается только его и не подлежит контролю со стороны общества и государства, если носит не противоправный характер (см.: Определения от 9 июня 2005 года N 248-О, от 26 января 2010 года N 158-О-О и от 27 мая 2010 года N 644-О-О).

Соответственно, лишь само лицо вправе определить, какие именно сведения, имеющие отношение к его частной жизни, должны оставаться в тайне; собирание или распространение информации о частной жизни лица допускается лишь в предусмотренном законом порядке и лишь в отношении тех сведений, которые уже официально кому-либо доверены самим лицом и в законном порядке собраны, хранятся, используются и могут распространяться. Иное приводило бы к произвольному, не основанному на законе вторжению в сферу частной жизни лица, право на неприкосновенность которой гарантируется Конституцией РФ, сужало бы понятие частной жизни и объем гарантий ее защиты (см.: Определение от 28 июня 2012 года N 1253-0).

Между тем из Конституции РФ не вытекает, что право каждого получать информацию, непосредственно затрагивающую его права и свободы и позволяющую, в свою очередь, реализовать право знать свое происхождение (в данном случае - происхождение своих родителей), не подлежит осуществлению. Напротив, его ограничения не должны приводить к исключению самой возможности осуществления данного права. Во всех случаях, в том числе при реализации корреспондирующей этому праву обязанности органов государственной власти и их должностных лиц предоставлять соответствующие сведения, необходимо соблюдение установленных пределов его ограничения, обусловленных целью обеспечения защиты прав граждан в соответствии с семейным и иным законодательством при их нарушении.

В ситуациях усыновления сведения о происхождении ребенка, хотя они и имеют конфиденциальный характер, могут оказаться незаменимыми для раскрытия генетической истории семьи и выявления биологических связей, составляющих важную часть идентичности каждого человека, включая тайну имени, места рождения и иных обстоятельств усыновления, в частности при необходимости выявления (диагностики) наследственных заболеваний, предотвращения браков с близкими кровными родственниками и т.д. В таких случаях речь идет об удовлетворении лицом определенного информационного интереса, который состоит в том, чтобы знать о происхождении своих родителей, о своих предках.

Соответственно, юридическая возможность предоставления потомкам усыновленного лица информации, касающейся его усыновления, после его смерти - при отсутствии высказанной его усыновителями при жизни воли на раскрытие тайны усыновления - не может рассматриваться как не имеющая необходимого конституционного обоснования.

В то же время семейная тайна, в частности тайна усыновления, это тайна семейной общности, то есть основанного на браке или родстве объединения лиц, связанных между собой личными и имущественными отношениями, правами и обязанностями, воспитанием детей, заботой о родителях, ведением общего хозяйства. При отсутствии высказанной усыновителями при жизни воли на раскрытие тайны усыновления, с которой законодатель связывает возможность раскрытия такой информации (пункт 2 статьи 139 Семейного кодекса РФ и пункт 2 статьи 47 Федерального закона "Об актах гражданского состояния"), смерть усыновителей как юридический факт сама по себе не прекращает действие режима тайны усыновления и не свидетельствует об изменении или отмене правовых последствий усыновления (статья 137 Семейного кодекса РФ).

Раскрытие тайны усыновления для потомков усыновленного после его смерти и смерти усыновителей само по себе не влечет изменения объема прав и обязанностей лиц, являющихся биологическими родственниками усыновленного, или объема прав и обязанностей членов семьи усыновленного.

Исходя из этого применение положений статьи 139 Семейного кодекса РФ и статьи 47 Федерального закона "Об актах гражданского состояния" не только для обеспечения соответствующих прав взрослого и ребенка (усыновителя и усыновленного), но и при разрешении вопросов о возможности реализации права взрослых детей (потомков) усыновленного лица после его смерти и смерти усыновителей узнать о его происхождении и при их истолковании в таких случаях как не предполагающих ни при каких обстоятельствах раскрытия тайны усыновления без согласия усыновителей объективно затрудняло бы реализацию права потомков усыновленного знать о его происхождении, поскольку после смерти усыновленного (родителя) и усыновителей (бабушки и дедушки) согласие на раскрытие тайны усыновления уже не может быть получено.

Акты международного права, использованные в Постановлении: преамбула, пункт 2 статьи 3, статья 4 и пункт 1 статьи 27 Конвенции о правах ребенка (одобрена Генеральной Ассамблеей ООН 20 ноября 1989 года), Декларация прав ребенка (принята Резолюцией Генеральной Ассамблеей ООН 1386 (XIV) от 20 ноября 1959 года), Декларация о социальных и правовых принципах, касающихся защиты и благополучия детей, особенно при передаче детей на воспитание и их усыновлении на национальном и международном уровнях (принята Резолюцией 41/85 Генеральной Ассамблеи от 3 декабря 1986 года), статьи 8 и 10 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, Постановление Европейского суда по правам человека от 8 февраля 1993 года по делу "G. против Нидерландов", Постановление Европейского суда по правам человека от 21 декабря 2010 года по делу "Анайо (Anayo) против Германии", Постановление Европейского суда по правам человека от 13 февраля 2003 года по делу "Одиевр (Odievre) против Франции", Постановление Европейского суда по правам человека от 25 сентября 2012 года по делу "Годелли (Godelli) против Италии".

(Официальный интернет-портал правовой информации (http://www.pravo.gov.ru); номер опубликования: 0001201506180001; дата опубликования: 18.06.2015)

Категория: Гражданское право | Добавил: x5443x (09.11.2015)
Просмотров: 149 | Теги: неприкосновенность частной жизни, усыновление, тайна | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]
...




Copyright MyCorp © 2016