Суббота, 03.12.2016, 01:19
Высшее образование
Приветствую Вас Гость | RSS
Поиск по сайту


Главная » Статьи » Гражданское право

Постановление ЕСПЧ от 23.10.2012 "Дело "Григорьев (Grigoryev) против Российской Федерации" (жалоба N 22663/06) Часть 2

Предыдущая страница

ПРАВО

 

I. Предполагаемое нарушение статьи 3 Конвенции

 

59. Заявитель жаловался на то, что в ночь с 6 на 7 февраля 2002 г. он был избит сотрудниками органов внутренних дел и что расследование его жалобы в этой связи было неэффективным. Он ссылался на статью 3 Конвенции, которая гласит следующее:

"Никто не должен подвергаться ни пыткам, ни бесчеловечному или унижающему достоинство обращению или наказанию".

 

A. Приемлемость жалобы

 

60. Европейский Суд отмечает, что жалобы заявителя не являются явно необоснованными по смыслу подпункта "a" пункта 3 статьи 35 Конвенции. Европейский Суд также отмечает, что они не являются неприемлемыми по каким-либо другим основаниям. Следовательно, они должны быть объявлены приемлемыми для рассмотрения по существу.

 

B. Существо жалобы

 

1. Доводы сторон

 

61. Заявитель настаивал на своей жалобе.

62. Власти Российской Федерации ссылались на результаты расследования жалоб заявителя на жестокое обращение и утверждали, что физическая сила была применена к заявителю правомерно, так как он отказался выполнять законные требования сотрудников органов внутренних дел.

 

2. Мнение Европейского Суда

 

(a) Предполагаемая неэффективность расследования

(i) Общие принципы

63. Европейский Суд напоминает, что статья 3 Конвенции в совокупности с общим обязательством государства, предусмотренным статьей 1 Конвенции, "обеспечить каждому, находящемуся в его юрисдикции, права и свободы, определенные в... Конвенции", подразумевает требование проведения эффективного официального расследования (см. Постановление Европейского Суда по делу "Ассенов и другие против Болгарии" (Assenov and Others v. Bulgaria) от 28 октября 1998 г., Reports of Judgments and Decisions 1998-VIII, § 102).

64. Обязанность провести расследование "является не обязанностью достижения определенной цели, а обязанностью использования определенных средств": не каждое расследование обязательно должно быть успешным или привести к результатам, подтверждающим изложение фактов заявителем, однако оно должно в принципе вести к выяснению обстоятельств дела и, если жалобы оказались обоснованными, к установлению и наказанию виновных лиц (см. Постановление Европейского Суда по делу "Пол и Одри Эдвардс против Соединенного Королевства" (Paul and Audrey Edwards v. United Kingdom), жалоба N 46477/99, ECHR 2002-II, § 71, Постановление Европейского Суда по делу "Махмут Кайа против Турции" (Mahmut Kaya v. Turkey), жалоба N 22535/93, ECHR 2000-III, § 124, и Постановление Европейского Суда по делу "Михеев против Российской Федерации" (Mikheyev v. Russia) от 26 января 2006 г., жалоба N 77617/01 <1>, § 107).

--------------------------------

<1> Опубликовано в "Бюллетене Европейского Суда по правам человека" N 6/2006.

 

65. Расследование по подлежащим доказыванию жалобам о жестоком обращении должно быть тщательным. Это означает, что власти всегда должны надлежащим образом пытаться установить, что произошло, и не должны полагаться на поспешные или необоснованные выводы с целью прекращения расследования или для обоснования своих решений. Власти должны предпринять все разумные доступные им меры для получения доказательств, касающихся происшествия, включая, в частности, показания потерпевших, очевидцев, судебно-медицинские заключения и, в соответствующих случаях, дополнительные медицинские заключения для получения более полного и тщательного описания полученных телесных повреждений, а также объективный анализ медицинских выводов относительно происхождения телесных повреждений. Любое отступление от надлежащего процесса расследования, которое лишает возможности установить происхождение телесных повреждений или личность виновных лиц, рискует считаться не соответствующим упомянутому стандарту (см. упоминавшееся выше Постановление Европейского Суда по делу "Михеев против Российской Федерации", § 108, и Постановление Европейского Суда по делу "Надросов против Российской Федерации" (Nadrosov v. Russia) от 31 июля 2008 г., жалоба N 9297/02 <2>, § 38).

--------------------------------

<2> Там же. N 7/2009.

 

66. Расследование предполагаемого жестокого обращения должно быть безотлагательным. Общественный надзор за следствием или его результатами должен осуществляться в достаточной степени, в частности, во всех делах заявителю должен быть предоставлен эффективный доступ к процедуре следствия (см. упоминавшееся выше Постановление Европейского Суда по делу "Михеев против Российской Федерации", § 109, Постановление Европейского Суда по делу "Максимов против Российской Федерации" (Maksimov v. Russia) от 18 марта 2010 г., жалоба N 43233/02 <1>, § 83, и Постановление Европейского Суда по делу "Лопата против Российской Федерации" (Lopata v. Russia) от 13 июля 2010 г., жалоба N 72250/01 <2>, § 110).

--------------------------------

<1> Опубликовано в "Бюллетене Европейского Суда по правам человека" N 8/2010.

<2> Там же. N 2/2011.

 

67. В заключение расследование по жалобам о предположительно жестоком обращении, проводимое органами государственной власти, должно быть независимым (см. Постановление Большой Палаты Европейского Суда по делу "Еур против Турции" (v. Turkey), жалоба N 21954/93, ECHR 1999-III, §§ 91 - 92, Постановление Европейского Суда по делу "Мехмет Эмин Юксель против Турции" (Mehmet Emin v. Turkey) от 20 июля 2004 г., жалоба N 59261/00, § 67, Постановление Европейского Суда по делу "Олег Никитин против Российской Федерации" (Oleg Nikitin v. Russia) от 9 октября 2008 г., жалоба N 36410/02 <3>, § 35).

--------------------------------

<3> Опубликовано в специальном выпуске "Российская хроника Европейского Суда" N 3/2009.

 

(ii) Применение вышеизложенных принципов в настоящем деле

68. Рассматривая обстоятельства настоящего дела, Европейский Суд отмечает, что 7 февраля 2002 г. заявитель направил начальнику Следственного изолятора N ИЗ-50/1 г. Москвы жалобу на то, что во время его задержания в ночь с 6 на 7 февраля 2002 г. он подвергся жестокому обращению со стороны сотрудников органов внутренних дел и ему были нанесены телесные повреждения (см. § 28 настоящего Постановления). Вследствие этого дело было передано компетентным органам государственной власти.

69. Наличие у заявителя телесных повреждений было подтверждено в тот же день врачами "скорой помощи", которые установили, что у заявителя имелись травмы в области ребер (см. § 25 настоящего Постановления), и позднее врачами травматологического пункта, которые диагностировали у заявителя переломы 8 и 9-го ребер с правой стороны (см. § 26 настоящего Постановления). Следовательно, жалоба заявителя была "обоснованной", и внутригосударственные власти были обязаны провести эффективное расследование, удовлетворявшее требованиям статьи 3 Конвенции.

70. В этой связи Европейский Суд отмечает, что следственные органы были проинформированы о факте жестокого обращения с заявителем и провели предварительное расследование, которое не привело к уголовному преследованию. Жалобы заявителя на жестокое обращение также являлись предметом рассмотрения внутригосударственными судами. Таким образом, вопрос заключается не столько в том, было ли проведено расследование, поскольку стороны не оспаривали тот факт, что оно было проведено, а в том, было ли оно проведено с надлежащим усердием, намеревались ли власти установить и привлечь виновных к ответственности, и, значит, данное расследование было эффективным.

71. Прежде всего Европейский Суд отмечает, что уголовное дело по жалобам заявителя на жестокое обращение было возбуждено через три месяца после событий, в связи с которыми была подана жалоба, 15 мая 2002 г. (см. § 32 настоящего Постановления). В результате лица, участвовавшие в инциденте, были допрошены первый раз только в июле - августе 2002 года, то есть через шесть месяцев после предполагаемого избиения. Судебно-медицинский эксперт изучил медицинскую карту заявителя только в августе 2002 года и по причине давности рассматриваемых событий не смог установить время, когда заявителю могли быть нанесены телесные повреждения (см. § 38 настоящего Постановления). В связи с задержкой в возбуждении уголовного дела было невозможно позднее установить личности врачей "скорой помощи", которые осматривали заявителя в отделе внутренних дел, и провести судебно-медицинское обследование с целью определить, получил ли заявитель телесные повреждения в результате падения на пол (см. § 51 настоящего Постановления). Ранее Европейский Суд устанавливал, что неоправданная задержка в возбуждении уголовного дела и сборе существенных доказательств представляет собой серьезное упущение, и перспектива исправления причиненного вреда дальнейшим расследованием представляется крайне сомнительной (см. mutatis mutandis <4> Постановление Европейского Суда по делу "Нечто против Российской Федерации" (Nechto v. Russia) от 24 января 2012 г., жалоба N 24893/05 <5>, § 87).

--------------------------------

<4> Mutatis mutandis (лат.) - с соответствующими изменениями (примеч. переводчика).

<5> Опубликовано в специальном выпуске "Российская хроника Европейского Суда" N 3/2013.

 

72. Европейский Суд также отмечает, что в период с 15 августа 2002 г. по 16 июля 2006 г. производство по жалобе прекращалось и возобновлялось четыре раза, поскольку было установлено, что расследование было неполным и ненадлежащим. Европейский Суд напоминает, что неоднократное направление дела для дополнительного расследования может свидетельствовать о серьезных недостатках во внутригосударственной системе уголовного преследования (см. Постановление Европейского Суда по делу "Филатов против Российской Федерации" (Filatov v. Russia) от 8 ноября 2011 г., жалоба N 22485/05 <1>, § 50, Постановление Европейского Суда по делу "Гладышев против Российской Федерации" (Gladyshev v. Russia) от 30 июля 2009 г., жалоба N 2807/04 <2>, § 62, и Постановление Европейского Суда по делу "Алибеков против Российской Федерации" (Alibekov v. Russia) от 14 мая 2009 г., жалоба N 8413/02, § 61).

--------------------------------

<1> Опубликовано в "Бюллетене Европейского Суда по правам человека" N 7/2013.

<2> Опубликовано в специальном выпуске "Российская хроника Европейского Суда" N 2/2010.

 

73. Европейскому Суду сложно понять, почему ни одно из постановлений о прекращении производства по делу не упоминало заключение судебно-медицинского эксперта о возможной причине телесных повреждений заявителя - последствиях ударов, нанесенных тяжелыми тупыми предметами, такими как кулак или нога в ботинке, - которое полностью подтверждало версию событий в изложении заявителя и показания его жены и дочери, которые обе присутствовали при его задержании.

74. Европейский Суд также удивлен тем фактом, что одно из постановлений о прекращении производства по делу было основано на результатах очной ставки между заявителем и одним из сотрудников отряда милиции особого назначения, несмотря на то, что такая очная ставка была проведена спустя две недели после вынесения рассматриваемого постановления (см. §§ 43, 44 и 46 настоящего Постановления).

75. Кроме того, выводы, к которым пришел следователь, представляются неубедительными и плохо согласующимися с имеющимися доказательствами. В окончательном постановлении о прекращении производства по делу следователь пришел к выводу о том, что сотрудники отряда милиции особого назначения Ц. и А. применили к заявителю физическую силу, поскольку последний не выполнял их законные приказы (см. § 37 настоящего Постановления). Вместе с тем не было предпринято ни одной попытки установить, была ли гематома, обнаруженная у заявителя в июне 2002 года, результатом применения к нему физической силы со стороны сотрудников отряда милиции особого назначения Ц. и А. или оценить соразмерность физической силы, примененной указанными сотрудниками к заявителю, которому на тот момент было 63 года.

76. Принимая во внимание выявленные выше недостатки, Европейский Суд заключает, что расследование по факту предполагаемого жестокого обращения было неэффективным и внутригосударственные власти не предприняли значимых попыток, чтобы привлечь к ответственности лиц, виновных в жестоком обращении.

77. Следовательно, имело место нарушение статьи 3 Конвенции.

(b) Предполагаемое жестокое обращение с заявителем

(i) Общие принципы

78. Европейский Суд напоминает, что лица, содержащиеся под стражей, находятся в уязвимом положении и власти обязаны защитить их физическое благополучие (см. упоминавшееся выше Постановление Европейского Суда по делу "Гладышев против Российской Федерации", § 51, Постановление Европейского Суда по делу "Сарбан против Молдавии" (Sarban v. Moldova) от 4 октября 2005 г., жалоба N 3456/05, § 77, и Постановление Европейского Суда по делу "Муизель против Франции" (Mouisel v. France), жалоба N 67263/01, ECHR 2002-IX, § 40). В отношении лица, лишенного свободы, любое применение физического насилия, которое не обусловлено исключительно поведением самого заключенного, унижает человеческое достоинство и в принципе является нарушением права, гарантированного статьей 3 Конвенции (см. Постановление Европейского Суда по делу "Шейдаев против Российской Федерации" (Sheydayev v. Russia) от 7 декабря 2006 г., жалоба N 65859/01 <3>, § 59, Постановление Европейского Суда по делу "Рибич против Австрии" (Ribitsch v. Austria) от 4 декабря 1995 г., Series A, N 336, § 38, и Постановление Европейского Суда по делу "Крастанов против Болгарии" (Krastanov v. Bulgaria) от 30 сентября 2004 г., жалоба N 50222/99, § 53).

--------------------------------

<3> Опубликовано в "Бюллетене Европейского Суда по правам человека" N 7/2007.

 

79. Европейский Суд также напоминает, чтобы подпадать в сферу действия статьи 3 Конвенции, жестокое обращение должно достичь минимального уровня жестокости. Европейский Суд руководствуется стандартом доказывания "вне всяких разумных сомнений" (см. Постановление Европейского Суда по делу "Авшар против Турции" ( v. Turkey), жалоба N 25657/94, ECHR 2001-VII, § 282). Подобное доказательство может следовать из сосуществования достаточно сильных, ясных и согласованных выводов или из аналогичных неопровержимых презумпций фактов. Если рассматриваемые события в целом или большей степени относятся к сфере исключительной компетенции органов государственной власти, как в случае содержания лиц под стражей под контролем властей, явная презумпция фактов возникает в отношении телесных повреждений, полученных во время такого содержания под стражей. Действительно, можно считать, что бремя доказывания лежит на властях с целью предоставления удовлетворительного и убедительного объяснения (см. упоминавшееся выше Постановление Европейского Суда по делу "Гладышев против Российской Федерации", § 52, упоминавшееся выше Постановление Европейского Суда по делу "Олег Никитин против Российской Федерации", § 45, Постановление Большой Палаты Европейского Суда по делу "Салман против Турции" (Salman v. Turkey), жалоба N 21986/93, ECHR 2000-VII, § 100).

80. Если имели место процедуры на внутригосударственном уровне, то в задачу Европейского Суда не входит подменять выводы внутригосударственных судов своими оценками, и, как правило, именно внутригосударственные суды должны оценивать представленные им доказательства (см. Постановление Европейского Суда по делу "Клаас против Германии" (Klaas v. Germany) от 22 сентября 1993 г., Series A, N 269, § 29). Хотя Европейский Суд не связан выводами внутригосударственных судов, в обычных обстоятельствах требуются убедительные причины, чтобы вынудить Европейский Суд отступить от сделанных внутригосударственными судами выводов о фактических обстоятельствах дела (см. Постановление Европейского Суда по делу "Матко против Словении" (Matko v. Slovenia) от 2 ноября 2006 г., жалоба N 43393/98, § 100). Однако если заявитель подает подлежащую доказыванию жалобу на нарушение статьи 3 Конвенции, Европейский Суд должен подходить к делу с особой тщательностью (см. упоминавшееся выше Постановление Европейского Суда по делу "Рибич против Австрии", § 32, и упоминавшееся выше Постановление Европейского Суда по делу "Авшар против Турции", § 283).

(ii) Применение вышеизложенных принципов в настоящем деле

81. Рассматривая обстоятельства настоящего дела, Европейский Суд отмечает, что сразу после предполагаемых избиений, 7 февраля 2002 г., врачи "скорой помощи" зафиксировали у заявителя перелом ребер (см. § 25 настоящего Постановления) и что позже в тот же день заявителю была сделана рентгенограмма и диагностированы переломы 8 и 9-го ребер с правой стороны (см. § 26 настоящего Постановления). Впоследствии судебно-медицинский эксперт диагностировал у заявителя закрытую травму грудной клетки, сопровождавшуюся переломами 8 и 9-го ребер с правой стороны без внутренних повреждений. Обнаруженные телесные повреждения были причинены тупыми тяжелыми предметами (кулаком или ногой в ботинке). Они нанесли серьезный вред здоровью заявителя (см. § 38 настоящего Постановления). Следовательно, на властях лежит бремя доказывания по предоставлению надлежащего объяснения относительно причины появления телесных повреждений.

82. Европейский Суд отмечает, что внутригосударственные власти не отрицали, что телесные повреждения заявителю были причинены сотрудниками Ц. и А., когда они проникли в квартиру заявителя через окно. Они при этом утверждали, что физическая сила была применена в связи с тем, что заявитель отказался выполнять их законные требования (см. §§ 52 и 62 настоящего Постановления). Европейский Суд подчеркивает, что внутригосударственные власти не провели оценку того, было ли применение физической силы сотрудниками Ц. и А. строго необходимо в связи с поведением заявителя (см. § 75 настоящего Постановления). Таким образом, Европейский Суд вынужден провести такую оценку на основании доказательств, находящихся в его распоряжении.

83. Европейский Суд отмечает, что сотрудники отряда милиции особого назначения Ц. и А., которые имели специальную военную подготовку, были одеты в форму, бронежилеты и шлемы, были вооружены, применили силу в отношении заявителя, которому на момент задержания было 63 года, на котором не было ничего из одежды, кроме нижнего белья, поскольку рассматриваемые события происходили в ночное время, заявитель не был вооружен, не оказывал активного сопротивления, когда ему приказали лечь лицом на пол, и он не пытался убежать. Очевидно, что сотрудники Ц. и А., эффективно контролируя ситуацию, имели значительное превосходство над заявителем, который не обладал особой силой или навыками или даже физическим состоянием для оказания им сопротивления.

84. Принимая во внимание вышеуказанные обстоятельства и тяжесть вреда, причиненного заявителю в результате применения физической силы сотрудниками Ц. и А., Европейский Суд считает, что власти не смогли доказать, что рассматриваемые телесные повреждения были получены в результате применения силы, которая была целесообразной в данных обстоятельствах. Следовательно, Европейский Суд постановляет, что примененная сила была явно несоразмерной и представляла собой бесчеловечное и унижающее достоинство обращение с заявителем.

85. Отсюда следует, что заявитель подвергся жестокому обращению в нарушение статьи 3 Конвенции.

 

II. Предполагаемое нарушение статьи 6 Конвенции

 

86. Заявитель жаловался на то, что длительность рассмотрения его уголовного дела не соответствовала требованию "разумного срока", предусмотренного пунктом 1 статьи 6 Конвенции, в соответствующей части которого говорится следующее:

"Каждый... при предъявлении ему любого уголовного обвинения имеет право на справедливое... разбирательство дела в разумный срок... судом".

 

A. Приемлемость жалобы

 

87. Европейский Суд полагает, что данная жалоба не является явно необоснованной по смыслу подпункта "a" пункта 3 статьи 35 Конвенции, а также не является неприемлемой и по каким-либо другим основаниям. Следовательно, она должна быть объявлена приемлемой для рассмотрения по существу.

 

B. Существо жалобы

 

1. Доводы сторон

 

88. Заявитель настаивал на своей жалобе. Он утверждал, что внутригосударственный суд не рассматривал дело надлежащим образом и намеренно приостанавливал производство по нему. Заявитель упоминал в этой связи множество задержек в ходе разбирательства, многократные произвольные замены председательствующих судей, каждый из которых требовал рассмотрения сначала (de novo), и планирование проведения его судебно-психиатрического обследования.

89. Власти Российской Федерации объясняли длительность разбирательства его сложностью, количеством свидетельских показаний по делу, что требовало проведения допросов большого количества свидетелей и потерпевших, а также изучения значительного объема доказательного материала. Они отмечали, что длительность производства по делу объяснялась отчасти частыми болезнями подсудимых. Власти Российской Федерации также утверждали, что суд принял все необходимые меры для сокращения длительности производства по делу, и пришли к выводу, что, принимая во внимание особые обстоятельства дела, длительность производства по уголовному делу в отношении заявителя соответствовала требованиям пункта 1 статьи 6 Конвенции.

 

2. Мнение Европейского Суда

 

(a) Период времени, который необходимо принять во внимание

90. Европейский Суд напоминает, что в уголовных делах "разумный срок", упоминавшийся в пункте 1 статьи 6 Конвенции, начинает течь с момента предъявления лицу официального обвинения. Он может отсчитываться с даты, предшествовавшей передаче дела в суд (см. Постановление Европейского Суда по делу "Девеер против Бельгии" (Deweer v. Belgium) от 27 февраля 1980 г., Series A, N 35, § 42), а также даты задержания, даты, когда лицо было официально уведомлено о выдвижении в отношении него обвинений или даты, когда было начато предварительное расследование (см. Постановление Европейского Суда по делу "Вемхофф против Германии" (Wemhoff v. Germany) от 27 июня 1968 г., Series A, N 7, § 19, Постановление Европейского Суда по делу "Ноймайстер против Австрии" (Neumeister v. Austria) от 27 июня 1968 г., Series A, N 8, § 18, и Постановление Европейского Суда по делу "Рингайзен против Австрии" (Ringeisen v. Austria) от 16 июля 1971 г., Series A, N 13, § 110). "Обвинение" в целях пункта 1 статьи 6 Конвенции может быть определено как "официальное уведомление лица компетентными органами об утверждении о том, что лицо совершило уголовно наказуемое правонарушение", определение, которое также соответствует критерию того, была ли "ситуация [подозреваемого] затронута в значительной степени" (см. упоминавшееся выше Постановление Европейского Суда по делу "Девеер против Бельгии", § 46).

91. Применяя изложенные принципы при рассмотрении представленных фактов, Европейский Суд считает, что соответствующей датой в настоящем деле являлось 10 января 2000 г., когда было возбуждено уголовное дело в отношении заявителя. Производство по делу завершилось вынесением Московским городским судом, действовавшим в качестве суда кассационной инстанции, определения от 13 февраля 2008 г., оставившего приговор по делу заявителя без изменения. Следовательно, производство по делу длилось более восьми лет и двух месяцев в рамках предварительного следствия и в судах двух уровней юрисдикции.

(b) Обоснованность длительности судебного разбирательства

92. Европейский Суд напоминает, что обоснованность срока рассмотрения дела определяется с учетом конкретных обстоятельств дела, принимая во внимание критерии, определенные прецедентным правом Европейского Суда, в частности, сложность дела, поступки заявителя и действия компетентных должностных лиц. Что касается последнего критерия, также следует учитывать его значение для заявителя (см. среди прочих примеров Постановление Европейского Суда по делу "Рохлина против Российской Федерации" (Rokhlina v. Russia) от 7 апреля 2005 г., жалоба N 54071/00 <1>, § 86, Постановление Европейского Суда по делу "Нахманович против Российской Федерации" (Nakhmanovich v. Russia) от 2 марта 2006 г., жалоба N 55669/00 <2>, § 95, и Постановление Европейского Суда по делу "Губкин против Российской Федерации" (Gubkin v. Russia) от 23 апреля 2009 г., жалоба N 36941/02 <1>, § 165).

--------------------------------

<1> Опубликовано в "Бюллетене Европейского Суда по правам человека" N 6/2006.

<2> Там же. N 9/2006.

<1> Опубликовано в специальном выпуске "Российская хроника Европейского Суда" N 4/2011.

 

93. Европейский Суд отмечает, что ранее рассматривал аналогичную жалобу в деле четырех других подсудимых по делу заявителя во внутригосударственных разбирательствах и установил нарушение пункта 1 статьи 6 Конвенции в отношении первых трех заявителей и не установил нарушения в отношении четвертого заявителя (см. Постановление Европейского Суда по делу "Конашевская и другие против Российской Федерации" (Konashevskaya and Others v. Russia) от 3 июня 2010 г., жалоба N 3009/07 <2>, §§ 44 - 56). Европейский Суд признал, что данное дело являлось достаточно сложным, но решил, что этот довод являлся недостаточным сам по себе, чтобы служить обоснованием длительности данного разбирательства. Европейский Суд также рассмотрел действия внутригосударственных властей и отметил, что власти государства-ответчика не предоставили надлежащего объяснения того факта, что суду первой инстанции потребовался один год и один месяц для назначения первого судебного слушания, не предоставили подробного отчета о судебной деятельности с тем, чтобы Европейский Суд мог узнать, сколько судебных слушаний было запланировано и сколько из них было проведено, и не предоставили аргументов в ответ на утверждение заявителя о том, что дело рассматривали шестеро разных судей. Европейский Суд также отметил несвоевременное выделение дел других подсудимых из дела заявителя в отдельное производство.

--------------------------------

<2> Опубликовано в "Бюллетене Европейского Суда по правам человека" N 2/2011.

 

94. Европейский Суд напоминает свои предыдущие заключения. Он также подчеркивает, что внутригосударственный суд сам признал уже в мае 2004 года, что разбирательство приняло затяжной характер (см. § 14 настоящего Постановления). Европейский Суд также отмечает, что решение о проведении судебно-медицинской экспертизы заявителя было принято в феврале 2006 года, а проведена она была девятью месяцами позже, в ноябре 2006 года, когда заявителю впервые предложили пройти обследование (см. § 15 настоящего Постановления). Власти Российской Федерации не предоставили какого-либо объяснения относительно того, почему внутригосударственные власти сделали это с таким опозданием. Принимая во внимание данные факты, Европейский Суд не может не прийти к выводу о том, что внутригосударственные власти не действовали с надлежащим усердием.

95. Рассматривая поведение самого заявителя, Европейский Суд отмечает, что заявитель дважды не являлся на судебно-психиатрическую экспертизу, 14 ноября и 5 декабря 2006 г., что стало причиной задержки разбирательства на три недели. Кроме того, несколько раз в период с июня по ноябрь 2007 года он не являлся в суд (см. §§ 16 - 17 настоящего Постановления), что явилось причиной задержки разбирательства на пять месяцев. Ничто в предоставленных документах не указывает на то, что были другие задержки, причиной которых было поведение заявителя. Таким образом, Европейский Суд считает, что задержка, связанная с поведением заявителя, была достаточно незначительной в сравнении с общей длительностью производства по делу.

96. Принимая во внимание вышеизложенное, Европейский Суд заключает, что длительность производства в настоящем деле превысила рамки сроков, которые можно считать разумными.

97. Следовательно, имело место нарушение пункта 1 статьи 6 Конвенции.

 

III. Иные предполагаемые нарушения Конвенции

 

98. В заключение заявитель жаловался, ссылаясь на пункт 1 и подпункт "c" пункта 3 статьи 6 Конвенции, что суд первой инстанции предъявил ему обвинение, которое не было выдвинуто в отношении него в ходе предварительного следствия, а также на предполагаемое нарушение его права на защиту.

99. Европейский Суд рассмотрел вышеуказанные жалобы, как их изложил заявитель. Однако, учитывая все предоставленные ему материалы и в той степени, в которой обжалуемые вопросы находятся в его компетенции, Европейский Суд полагает, что доводы заявителя не свидетельствовали о наличии каких-либо проявлений нарушений прав и свобод человека, гарантированных Конвенцией или Протоколами к ней. Отсюда следует, что данная часть жалобы должна быть отклонена как явно необоснованная в соответствии с пунктами 3 и 4 статьи 35 Конвенции.

 

IV. Применение статьи 41 Конвенции

 

100. Статья 41 Конвенции гласит:

"Если Европейский Суд объявляет, что имело место нарушение Конвенции или Протоколов к ней, а внутреннее право Высокой Договаривающейся Стороны допускает возможность лишь частичного устранения последствий этого нарушения, Европейский Суд, в случае необходимости, присуждает справедливую компенсацию потерпевшей стороне".

101. Европейский Суд подчеркивает, что в соответствии с правилом 60 Регламента Суда любое требование о справедливой компенсации должно представляться детально, в письменной форме, с приложением соответствующих подтверждающих документов или квитанций, "в противном случае Палата Европейского Суда вправе отказать в удовлетворении требования полностью или частично".

102. 31 марта 2010 г. Европейский Суд предложил заявителю представить требования о справедливой компенсации до 2 июня 2010 г. Однако он не представил каких-либо требований.

103. При таких обстоятельствах Европейский Суд, как правило, не присуждает какой-либо компенсации. Тем не менее в настоящем деле Европейский Суд установил нарушение права заявителя на то, чтобы не подвергаться бесчеловечному и унижающему достоинство обращению. Поскольку данное право является основополагающим, Европейский Суд в порядке исключения считает возможным присудить заявителю 7 500 евро в качестве компенсации морального вреда (см. Постановление Европейского Суда по делу "Чембер против Российской Федерации" (Chember v. Russia), жалоба N 7188/03 <1>, ECHR 2008, § 77, и Постановление Европейского Суда по делу "Чудун против Российской Федерации" (Chudun v. Russia) от 21 июня 2011 г., жалоба N 20641/04 <2>, § 129 с дальнейшими ссылками) плюс любой налог, который может быть взыскан с заявителя в отношении этой сумме.

--------------------------------

<1> Опубликовано в специальном выпуске "Российская хроника Европейского Суда" N 2/2009.

<2> Опубликовано в "Бюллетене Европейского Суда по правам человека" N 1/2013.

 

104. Европейский Суд полагает, что процентная ставка при просрочке платежей должна определяться исходя из предельной кредитной ставки Европейского центрального банка плюс три процента.

 

НА ОСНОВАНИИ ИЗЛОЖЕННОГО СУД ЕДИНОГЛАСНО

 

1) объявил жалобы на нарушение статьи 3 Конвенции, касающиеся жестокого обращения со стороны сотрудников органов внутренних дел и непроведения эффективного расследования, а также жалобу на нарушение пункта 1 статьи 6 Конвенции, касающуюся чрезмерной длительности производства по делу приемлемыми для рассмотрения по существу, а остальную часть жалобы - неприемлемой;

2) постановил, что имело место нарушение статьи 3 Конвенции в связи с непроведением властями эффективного расследования по жалобам заявителя на жестокое обращение;

3) постановил, что имело место нарушение статьи 3 Конвенции в связи с избиениями заявителя сотрудниками органов внутренних дел в ходе его задержания;

4) постановил, что имело место нарушение статьи 6 Конвенции в связи с длительностью производства по уголовному делу в отношении заявителя;

5) постановил, что:

(a) государство-ответчик обязано в течение трех месяцев со дня вступления настоящего Постановления в силу в соответствии с пунктом 2 статьи 44 Конвенции выплатить заявителю 7 500 евро (семь тысяч пятьсот евро) в качестве компенсации морального вреда плюс любой налог, которой может быть взыскан с данной суммы, подлежащие переводу в рубли по курсу, установленному на день оплаты:

(b) с даты истечения указанного трехмесячного срока и до момента выплаты на эту сумму должны начисляться простые проценты, размер которых определяется предельной кредитной ставкой Европейского центрального банка, действующей в период неуплаты, плюс три процента.

 

Совершено на английском языке, уведомление о Постановлении направлено в письменном виде 23 октября 2012 г. в соответствии с пунктами 2 и 3 правила 77 Регламента Суда.

 

Председатель Палаты Суда

Нина ВАИЧ

 

Секретарь Секции Суда

Серен НИЛЬСЕН

Категория: Гражданское право | Добавил: x5443x (28.10.2015)
Просмотров: 176 | Теги: ЕСПЧ, европейский суд, права человека | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]
...




Copyright MyCorp © 2016