Воскресенье, 04.12.2016, 04:56
Высшее образование
Приветствую Вас Гость | RSS
Поиск по сайту


Главная » Статьи » Гражданское право

Постановление ЕСПЧ от 23.07.2013 "Дело "Сусо Муса (Suso Musa) против Мальты" (Часть 3)

2. Мнение Европейского Суда

 

(a) Общие принципы

50. В соответствии с пунктом 4 статьи 5 Конвенции каждый задержанный или заключенный вправе обратиться в суд с целью рассмотрения процессуальных и материальных условий, имеющих важное значение с точки зрения "правомерности" заключения его под стражу (см. Постановление Европейского Суда по делу "Ами и другие против Болгарии" (Amie and Others v. Bulgaria) от 12 февраля 2013 г., жалоба N 58149/08, § 80). Понятие "правомерность", употребленное в пункте 4 статьи 5 Конвенции, имеет то же значение, что и понятие "законность" в пункте 1 статьи 5 Конвенции, поэтому задержанный или заключенный имеет право на рассмотрение "правомерности" заключения его под стражу с учетом не только требований внутригосударственного законодательства, но и положений Конвенции, закрепленных в ней общих принципов и целей ограничений, допускающихся согласно пункту 1 статьи 5 Конвенции (см. Постановление Европейского Суда по делу "E. против Норвегии" (E. v. Norway) от 29 августа 1990 г., § 50, Series А, N 181, упоминавшееся выше Постановление Европейского Суда по делу "Лулед Массуд против Мальты", § 39, и Постановление Европейского Суда по делу "Рахмани и Динева против Болгарии" (Rahmani and Dineva v. Bulgaria) от 10 мая 2012 г. жалоба N 20116/08), § 75). Пункт 4 статьи 5 Конвенции не гарантирует права на судебный контроль таким образом, чтобы суд мог подменять позицию органа власти, принявшего решение, своей собственной оценкой по всем аспектам дела, включая вопросы практической целесообразности. Однако этот контроль должен быть достаточно широким и распространяться на условия, имеющие важное значение с точки зрения законности содержания лица под стражей согласно пункту 1 статьи 5 Конвенции (см. Постановление Европейского Суда по делу "S.D. против Греции" (S.D. v. Greece) от 11 июня 2009 г., жалоба N 53541/07, § 72, а также Постановление Европейского Суда по делу "Попов против Франции" (Popov v. France) от 19 января 2012 г., жалобы N 39472/07 и 39474/07, § 94).

51. Согласно прецедентной практике Европейского Суда в пункте 4 статьи 5 Конвенции имеются в виду внутригосударственные средства правовой защиты, являющиеся достаточно определенными. В противном случае не будут выполняться требования доступности и эффективности. Указанные средства правовой защиты должны быть доступны во время содержания лица под стражей, чтобы оно могло добиться безотлагательного рассмотрения судом правомерности заключения его под стражу, и в соответствующих случаях, было освобождено (см. Постановление Европейского Суда по делу "Кадем против Мальты" (Kadem v. Malta) от 9 января 2003 г., жалоба N 55263/00, § 41, Постановление Европейского Суда по делу "Раза против Болгарии" (Raza v. Bulgaria) от 11 февраля 2010 г., жалоба N 31465/08), § 76). Действительно, пункт 4 статьи 5 Конвенции, гарантируя задержанным или заключенным право на обращение в суд с жалобой на неправомерность заключения их под стражу, предусматривает также их право после начала рассмотрения этой жалобы в кратчайшие сроки получить судебное решение по вопросу о правомерности заключения их под стражу (см. Постановление Большой Палаты Европейского Суда по делу "Мусял против Польши" ( v. Poland), жалоба N 24557/94, § 43, ECHR 1999-II).

(b) Применение вышеизложенных принципов в настоящем деле

52. Европейский Суд отмечает, что суды, осуществляющие в правовой системе Мальты конституционную юрисдикцию, были вправе рассмотреть правомерность заключения заявителя под стражу с точки зрения Конвенции. Однако Европейский Суд неоднократно приходил к выводу о том, что процедура рассмотрения конституционных жалоб на Мальте является достаточно трудоемкой для целей пункта 4 статьи 5 Конвенции, а подача конституционной жалобы не обеспечивает безотлагательного рассмотрения правомерности заключения заявителя под стражу (см. Постановление Европейского Суда по делу "Сабер Бен Али против Мальты" (Sabeur Ben Ali v. Malta) от 29 июня 2000 г., жалоба N 35892/97, § 40, упоминавшееся Постановление Европейского Суда по делу "Кадем против Мальты", § 53, Постановление Европейского Суда по делу "Стефенс против Мальты (N 2)" (Stephens v. Malta) (N 2) от 21 апреля 2009 г., жалоба N 33740/06, § 90, а также упоминавшееся выше Постановление Европейского Суда по делу "Лулед Массуд против Мальты", § 45). Что касается личной свободы лица, Европейский Суд очень строго оценивает соблюдение государством требования безотлагательности при рассмотрении правомерности заключения под стражу (см., например, упоминавшееся выше Постановление Европейского Суда по делу "Кадем против Мальты", §§ 44 - 45, Постановление Европейского Суда по делу "Ребок против Словении" (Rehbock v. Slovenia), жалоба N 29462/95, §§ 82 - 86, ECHR 2000-XII, где Европейский Суд признал чрезмерно длительным рассмотрение вопроса о правомерности заключения заявителя под стражу, которое заняло период 17 и 26 дней, а также Постановление Европейского Суда по делу "Мамедова против Российской Федерации" (Mamedova v. Russia) от 1 июня 2006 г., жалоба N 7064/05 <1>, § 96, где продолжительность рассмотрения жалобы в течение 26 дней была признана нарушением требования "безотлагательности").

--------------------------------

<1> Опубликовано в "Бюллетене Европейского Суда по правам человека" N 12/2006.

 

53. Европейский Суд указывает, что первые два дела, на которые ссылаются власти государства-ответчика, касаются конкретных вопросов применения Гаагской конвенции, при рассмотрении которых, как отмечает и заявитель, суды обязаны соблюдать строго установленные законом сроки. Решения по двум другим делам, упомянутым в дополнительных замечаниях властей государства-ответчика, были вынесены позднее. Можно отметить, что одно из них было рассмотрено безотлагательно, хотя и неясно, по какой причине это произошло. В любом случае Европейский Суд учитывает, что вынесенное по тому делу решение не обжаловалось. С другой стороны, по втором деле (касающемся пункта 3 статьи 5 Конвенции) жалоба так и не была рассмотрена через три месяца после ее подачи. Следовательно, единственный пример, приведенный властями государства-ответчика, который может иметь какое-либо отношение к настоящему делу, не удовлетворяет критерию безотлагательности, предусмотренному пунктом 4 статьи 5 Конвенции.

54. Кроме того, ситуацию следует рассматривать принимая во внимание предоставленные заявителем статистические данные. Действительно, они ничего не говорят о том, было ли в каком-то из соответствующих случаев удовлетворено ходатайство о безотлагательном рассмотрении дела, и власти государства-ответчика не прояснили этот вопрос. Аналогичным образом власти государства-ответчика не предоставили подробностей относительно того, как часто удовлетворяются ходатайства о безотлагательном рассмотрении дела, а также не утверждали, что при обсуждении вопроса о правомерности заключения под стражу суды, осуществляющие конституционную юрисдикцию, как правило, удовлетворяют ходатайства о безотлагательности. Не следует упускать из виду тот факт, что в приведенном заявителем примере, касающемся правомерности заключения под стражу мигрантов и условий их содержания под стражей рассмотрение жалобы (как видно из открытых источников) не закончено спустя шесть лет после ее подачи. При таких обстоятельствах ссылки властей государства-ответчика на вспомогательное законодательство, согласно которому конституционные жалобы должны рассматриваться "быстро", не имеют существенного значения.

55. Из вышесказанного очевидно, что власти государства-ответчика не предоставили какой-либо информации или судебных решений, которые могли бы заставить Европейский Суд сомневаться в ранее сделанных выводах о неэффективности данного средства правовой защиты. С учетом этого Европейский Суд продолжает считать, что в правовой системе Мальты обращение с конституционной жалобой не предоставило бы заявителю возможность добиться безотлагательного рассмотрения правомерности его заключения под стражу.

56. Что касается утверждения властей государства-ответчика, согласно которому заявитель мог выйти на свободу, подав ходатайство об освобождении из-под стражи (под залог или поручительство) в соответствии со статьей 25А Закона "Об иммиграции", Европейский Суд полагает следующее.

Власти Мальты ссылались на пункты 6 и 9 указанной статьи Закона, по-видимому, рассматривая их как одно средство правовой защиты, к которому применяются пункты 10 и 11 этой статьи. Рассмотрев данные положения Закона "Об иммиграции", Европейский Суд отмечает, что неясно, являются они независимыми друг от друга или нет: первое из них, пункт 6, касается предварительного освобождения из-под стражи, а второе, пункт 9, - просто освобождения из-под стражи. Представляется, что в пунктах 10 - 13 статьи 25А рассматриваемого Закона предусмотрено освобождение из-под стражи согласно пункту 9, но непонятно, существует ли какая-то связь между этими пунктами и пунктом 6, цель которого при отсутствии соответствующих пояснений властей государства-ответчика и решений судов Мальты остается неопределенной.

В любом случае Европейский Суд подчеркивает, что в обоих указанных пунктах статьи 25А Закона "Об иммиграции" говорится о предварительном освобождении из-под стражи. Так, в пункте 6 об этом сказано прямо, а применительно к пункту 9 данный вывод следует из того, что, как отмечается в пункте 12, решение об освобождении может быть отменено.

Власти государства-ответчика считали, что жалоба заявителя подпадает под действие пункта 10 статьи 25А Закона "Об иммиграции" и что, хотя ее пункт 11 и предусматривает некоторые исключения, нельзя полностью исключать возможность освобождения лица. Европейский Суд полагает, что согласно указанным положениям Закона "Об иммиграции" лицо может быть освобождено только в том случае, если доказано, что его содержание под стражей является неоправданным вследствие своей продолжительности или если отсутствуют основания рассчитывать на его высылку. Следовательно, лицо не может воспользоваться этим средством правовой защиты на начальных этапах содержания под стражей, до вынесения решения по ходатайству о предоставлении убежища, поэтому его нельзя считать средством правовой защиты для тех, кто находится в аналогичном положении.

57. Постольку, поскольку заявитель мог воспользоваться данным средством правовой защиты на более поздних этапах, а именно после того, как было вынесено решение по его ходатайству о предоставлении убежища, Европейский Суд находит, что даже если предположить, что это ходатайство могло привести к временному освобождению его из-под стражи (не будь оно отклонено по основаниям, о которых говорится ниже), оно не обеспечило бы формальной оценки правомерности заключения его под стражу, как того требует пункт 4 статьи 5 Конвенции. Власти Мальты не отрицали приведенного довода, ограничиваясь замечанием об отсутствии различий между временным освобождением из-под стражи и выводом о неправомерности заключения лица под стражу. Европейский Суд не может с этим согласиться. Достаточно указать два основных аргумента: (а) если бы это было так, в уголовно-правовом контексте отсутствовал бы смысл в двух разных положениях Конвенции: пунктах 3 и 4 статьи 5, и (b) заявитель может подать жалобу на нарушение пункта 5 статьи 5 Конвенции в отношении вывода о том, что в течение какого-то периода его содержание под стражей было незаконным, но не относительно решения об освобождении под залог или поручительство при условии, что ходатайство об освобождении из-под стражи было удовлетворено или отклонено вне зависимости от правомерности заключения под стражу.

58. Однако, даже если считать, что решение о предварительном освобождении, зависящее от длительности содержания под стражей и от наличия оснований рассчитывать на высылку, по сути представляет собой неформальную оценку правомерности из-за связи с требованиями второго аспекта подпункта "f" пункта 1 статьи 5 Конвенции, Европейский Суд уже приходил к выводу о неэффективности этого средства правовой защиты. В деле "Лулед Массуд против Мальты" (см. § 44 настоящего Постановления) Европейский Суд установил, что круг вопросов, рассматриваемых в разбирательстве о применении статьи 25 Закона "Об иммиграции", ограничен и что это разбирательство не предоставляет лицам, которые находятся в таком же положении, как и заявитель, каких-либо шансов на успех (в частности, в случаях, когда еще не установлена личность задержанного, в том числе его гражданство). При этом власти государства-ответчика проявляют непоследовательность, утверждая, что, несмотря на исключения, предусмотренные пунктом 11 статьи 25 Закона "Об иммиграции", нельзя исключать освобождения заявителя, если учитывать, что доводы государства-ответчика по поводу пункта 1 статьи 5 Конвенции касаются нежелания заявителя сотрудничать, сознательного введения им в заблуждение властей относительно своего гражданства и угрозы, которую он представляет для национальной безопасности и общественного порядка, то есть всех исключений, предусмотренных данным пунктом. Кроме того, в деле "Лулед Массуд против Мальты" Европейский Суд также пришел к выводу: нельзя считать, что подобное разбирательство позволяет вынести решение по заявленным ходатайствам безотлагательно, как того требует пункт 4 статьи 5 Конвенции. Власти Мальты не привели новых примеров, которые могли бы изменить этот вывод, и ничем не подкрепили свои доводы о том, что такое разбирательство может проходить в ускоренном режиме. В действительности жалоба заявителя на незаконность содержания под стражей (хотя она и была подана не на основании статьи 25А Закона "Об иммиграции", а в соответствии с пунктом 10 статьи 11 ПУ N 81) также была в установленном порядке подана в тот же самый АСМ, которому понадобилось больше года для вынесения по ней решения и определения, что данный пункт на этом этапе уже не применяется и что АСМ не вправе судить о наличии или отсутствии нарушения статьи 5 Конвенции. С учетом изложенного Европейский Суд считает необходимым напомнить, что в рассматриваемых обстоятельствах нельзя считать, что разбирательство в АСМ позволяет вынести решение по заявленным ходатайствам безотлагательно, как того требует пункт 4 статьи 5 Конвенции.

59. Приведенных выше доводов достаточно, чтобы Европейский Суд пришел к выводу о том, что по настоящему делу не было подтверждено, что согласно законодательству Мальты в распоряжении заявителя имелось эффективное и быстрое средство правовой защиты, воспользовавшись которым, он мог бы оспорить правомерность его заключения под стражу.

60. Следовательно, имело место нарушение пункта 4 статьи 5 Конвенции.

61. Европейский Суд считает целесообразным отметить, что, как утверждают заявитель и организация, вступившая в дело в качестве третьей стороны, вопросы доступности, в частности, в контексте конституционного судопроизводства, могли бы возникнуть и в том случае, если бы эти средства правовой защиты были эффективными с точки зрения их быстроты и круга затрагиваемых ими вопросов. Европейский Суд обращает внимание на явное отсутствие надлежащих механизмов, позволяющих задержанным мигрантам воспользоваться эффективной юридической помощью. Действительно, их отсутствие, по-видимому, становится еще более очевидным, поскольку власти государства-ответчика смогли привести только один пример, когда заключенное под стражу лицо в соответствии с положениями Закона "Об иммиграции" воспользовалось услугами адвоката, хотя берегов Мальты достигли тысячи мигрантов, которые после этого в последние 10 лет заключались под стражу и которые, как утверждает государство-ответчик, не имеют средств к существованию. Европейский Суд отмечает, что власти не обязаны обеспечивать оказание бесплатной юридической помощи при рассмотрении вопросов, связанных с заключением под стражу (см. Постановление Европейского Суда по делу "Лебедев против Российской Федерации" (Lebedev v. Russia) от 25 октября 2007 г., жалоба N 4493/04 <1>, § 84), однако ее отсутствие, в особенности когда наличие адвоката требуется во внутригосударственном контексте для целей пункта 4 статьи 5 Конвенции, может породить сомнения в доступности этого средства правовой защиты (см. Постановление Европейского Суда по делу "Абдолхани и Каримниа против Турции" (Abdolkhani and Karimnia v. Turkey) от 22 сентября 2009 г., жалоба N 30471/08, § 141, Постановление Европейского Суда по делу "Амуур против Франции" (Amuur v. France) от 25 июня 1996 г., § 53 (конец абзаца), Reports of Judgments and Decisions 1996-III).

--------------------------------

<1> Опубликовано в специальном выпуске "Российская хроника Европейского Суда" N 2/2008.

 

II. Предполагаемое нарушение пункта 1 статьи 5 Конвенции

 

62. Заявитель утверждал, что содержание его под стражей с 8 апреля 2011 г. (sic) до 16 августа 2011 г. и с 30 января 2012 г. до освобождения не охватывается ситуациями, перечисленными в статье 5 Конвенции. В частности, оно не преследовало целей предотвращения его несанкционированного въезда на Мальту или его высылки из страны, учитывая, что он ожидал решения по своему ходатайству о предоставлении убежища и последующей выдачи разрешения согласно статье 12 ПУ N 243. Без ущерба для вышесказанного он отмечал, что власти Мальты не рассмотрели альтернатив его содержанию под стражей, несмотря на его продолжительность, и что он содержался под стражей в неудовлетворительных условиях. Кроме того, ссылаясь на упоминавшееся выше Постановление Европейского Суда по делу "Лулед Массуд против Мальты", заявитель указывал, что до сих пор нет процессуальных гарантий, позволяющих избежать произвольного содержания под стражей. Заявитель ссылался на пункт 1 статьи 5 Конвенции, который в части, имеющей отношение к настоящему делу, предусматривает следующее:

"1. Каждый имеет право на свободу и личную неприкосновенность. Никто не может быть лишен свободы иначе как в следующих случаях и в порядке, установленном законом:

...f) законное задержание или заключение под стражу лица с целью предотвращения его незаконного въезда в страну или лица, против которого принимаются меры по его высылке или выдаче...".

63. Власти Мальты оспорили этот довод.

 

A. Приемлемость жалобы

 

64. Власти Мальты считали, что заявитель не исчерпал внутригосударственные средства правовой защиты, поскольку он не обращался в АСМ с ходатайством об освобождении под залог или поручительство и не подал жалобу в Конституционный суд.

65. Заявитель повторил свои аргументы, изложенные выше в рамках рассмотрения вопроса о нарушении пункта 4 статьи 5 Конвенции.

66. Европейский Суд уже пришел к выводу, что в распоряжении заявителя не было эффективного и быстрого средства правовой защиты, воспользовавшись которым, он мог бы оспорить правомерность его заключения под стражу (см. § 59 настоящего Постановления). Отсюда следует, что возражение властей государства-ответчика должно быть отклонено.

67. Европейский Суд считает, что жалоба в данной части не является явно необоснованной в значении подпункта "a" пункта 3 статьи 35 Конвенции. Он также отмечает, что она не является неприемлемой по каким-либо другим основаниям. Следовательно, она должна быть объявлена приемлемой.

Часть 1   Часть 2   Часть 3   Часть 4   Часть 5   Часть 6

Категория: Гражданское право | Добавил: x5443x (01.12.2015)
Просмотров: 195 | Теги: ЕСПЧ, европейский суд, права человека | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]
...




Copyright MyCorp © 2016