Пятница, 09.12.2016, 16:29
Высшее образование
Приветствую Вас Гость | RSS
Поиск по сайту


Главная » Статьи » Гражданское право

Постановление ЕСПЧ от 16.07.2014 "Дело "Алишич и другие против Боснии и Герцеговины, Хорватии, Сербии, Словении и Македонии" (Часть 9)

4. Нарушение позитивных обязательств

 

В контексте правопреемства государств позитивные обязательства государств-ответчиков по статье 1 Протокола N 1 к Конвенции имеют два измерения. В вертикальном измерении государства-ответчики обязаны компенсировать понесенные заявителями убытки и незамедлительно устранить вредные последствия нарушений. В горизонтальном измерении эти государства должны вести между собой переговоры с целью добиться надлежащего распределения задолженности, образовавшейся в рамках системы, к созданию которой все они имели отношение. Первая из этих обязанностей, следующая непосредственно из статьи 1 Протокола N 1 к Конвенции, тесно связана со второй обязанностью, вытекающей из положений общего международного права, а также из Соглашения по вопросам правопреемства. Европейский Суд много раз повторял, что права, гарантированные Конвенцией, являются не теоретическими и иллюзорными, а практически осуществимыми и эффективными. Право на получение компенсации является эффективным только в том случае, когда ясно, кто эту компенсацию должен выплачивать. В связи с этим у всех государств-ответчиков было позитивное обязательство вести переговоры по вопросу о "прежних" вкладах в иностранной валюте.

На мой взгляд, Хорватия нарушила это обязательство, отказавшись в 2002 году продолжать переговоры (см. § 63 настоящего Постановления), в то время как все остальные государства готовы были их возобновить.

По поводу позитивного обязательства компенсировать понесенные заявителями убытки я согласна с большинством судей в том, что Словения и Сербия не выполнили своих позитивных обязательств по статье 1 Протокола N 1 к Конвенции. Проведя реорганизацию старого "Люблянского банка (г. Любляна)" и передав большую часть его активов новому "Люблянскому банку" Словении в 1994 году, то есть уже после того, как Конвенция вступила в силу, власти Словении фактически исключили всякую возможность выплат, не приняв при этом каких-либо мер компенсационного характера (см. § 49 настоящего Постановления). Это справедливо и в отношении властей Сербии, которые не предотвратили банкротства "Инвестбанка" (см. § 47 настоящего Постановления).

Однако я не согласна с большинством судей в том, что Босния и Герцеговина не несут в связи с этим вообще никакой ответственности. Они умышленно отказались гарантировать сохранность и компенсировать стоимость "прежних" вкладов в иностранной валюте, размещенных в зарубежных отделениях банков Боснии (см. §§ 24 настоящего Постановления и далее), что привело к дальнейшим нарушениям прав человека. Пример Македонии (см. § 52 настоящего Постановления), а также решение, найденное применительно к "Почтовому сберегательному банку", когда каждое из государств взяло на себя гарантии применительно к отделениям этого банка, находившимся на его территории (см. § 64 настоящего Постановления), указывает на отсутствие консенсуса по поводу исключения ответственности государства, где были открыты вклады. Категорический отказ от выплат тем более необоснован, что по делу не оспаривается факт перечисления части денег обратно в Боснию и Герцеговину в рамках системы повторного депонирования иностранной валюты.

Таким образом, большинство судей Большой Палаты Европейского Суда не провело тщательного анализа позитивных обязательств всех государств-ответчиков, против которых заявителями была подана жалоба.

 

C. Механизм выплаты компенсации

 

1. Выплата компенсации на основании механизмов, разработанных до вступления в силу Конвенции

 

Большинство судей Большой Палаты Европейского Суда решило, что "власти Словении... обязаны принять все необходимые меры... для того, чтобы Алишич, Саджак и все, кто находится в таком же положении, смогли получить свои "прежние" валютные сбережения на тех же условиях, что и вкладчики, хранившие свои "прежние" валютные сбережения в словенских отделениях банков Словении", то есть выплатить компенсацию по первоначально открытым вкладам с учетом начисленных процентов (см. §§ 146 и 48 настоящего Постановления) <1>. Сербия должна вернуть "прежние" валютные сбережения "на тех же условиях, что и гражданам Сербии, хранившим свои сбережения в сербских отделениях банков Сербии", то есть частично деньгами, частично государственными облигациями (см. §§ 146 и 45 настоящего Постановления).

--------------------------------

<1> При исполнении настоящего Постановления могут возникнуть проблемы. Поскольку законодательство, на которое ссылается Большая Палата Европейского Суда, было принято в 1993 году и регламентирует процентные ставки только до принятия соответствующих законов, сложно сказать, какие нормы применяются к процентам, начисленным после 1993 г.

 

Такое решение проблемы могло бы быть оправданным в том случае, если бы Европейский Суд установил в деле нарушение статьи 1 Протокола N 1 к Конвенции во взаимосвязи со статьей 14 Конвенции, поскольку оно обеспечило бы полноценную компенсацию за дискриминирующее обращение. Кроме того, оно могло бы быть оправданным и с точки зрения "неосновательного обогащения", если бы удалось доказать, что внесенные заявителями денежные средства все еще находятся в Словении и Сербии и что в 1990 - 2014 годах эти государства получали на них проценты.

Однако в настоящем деле не выполнено ни одно из этих условий.

Европейский Суд прямо указал, что в настоящем деле он не усмотрел нарушений статьи 1 Протокола N 1 к Конвенции во взаимосвязи со статьей 14 Конвенции.

Относительно "неосновательного обогащения" нужно принять во внимание следующие моменты.

Во-первых, по делу не оспаривается, что не все деньги "в итоге оказались" в Словении и Сербии (см. § 116 настоящего Постановления). Поэтому неправильно требовать, чтобы полную компенсацию по "прежним" вкладам в иностранной валюте выплатили только Словения и Сербия. Во времена социализма ассоциированные банки в Словении и Сербии перевели часть полученных ими средств обратно для удовлетворения потребности в ликвидности основных банков (см. §§ 18 и 19 настоящего Постановления). Кредиты в динарах (на первых порах беспроцентные) выдавались НБЮ югославским компаниям из повторно депонированных валютных средств и, таким образом, работали на благо экономики страны. Следовательно, по-видимому, нельзя утверждать, что международно-правовая норма о местных долгах (статья 29 Резолюции Института международного права "О правопреемстве государств в отношении собственности и долгов" 2001 года - см. § 60 настоящего Постановления) была "явно" неприменима, как решило большинство судей Большой Палаты Европейского Суда (см. § 121 настоящего Постановления). Во-вторых, по делу не оспаривается, что в рамках системы повторного депонирования иностранной валюты средства перечислялись "Народному банку Югославии" в г. Белграде. В-третьих, поскольку СФРЮ прибегла к чрезвычайным мерам, сочтя их необходимыми (см. § 22 настоящего Постановления), очень может быть, что большая часть денег исчезла еще "во времена Югославии".

Так, в упомянутом выше деле "Сульягич против Боснии и Герцеговины" (§ 51) Европейский Суд, сославшись на Резолюцию Парламентской ассамблеи Совета Европы от 23 ноября 2004 г. N 1410 (2004) "О выплате компенсаций по вкладам в иностранной валюте, размещенных в отделениях "Люблянского банка" за пределами территории Словении в 1977 - 1991 годах" и на пояснительную записку, подготовленную докладчиком Юргенсом, заявил:

"Парламентская ассамблея Совета Европы установила, что вследствие этого большая часть первоначально открытых вкладов прекратила свое существование до распада СФРЮ...".

 

2. Вопрос о выплате компенсации в случаях, касающихся изменений в политической системе

 

Позиция, занятая Большой Палатой Европейского Суда, не соответствует ее прецедентной практике по аналогичным делам. В целом Европейский Суд очень неохотно осуждает государства за нарушения имущественных прав, совершенные до вступления Конвенции в силу (см. Постановление Большой Палаты Европейского Суда по делу "Копецкий против Словакии" ( v. Slovakia), жалоба N 44912/98, §§ 53 - 61, ECHR 2004-IX, Решение Большой Палаты Европейского Суда по делу "Фон Мальтцан и другие против Германии" (Von Maltzan and Others v. Germany), жалобы N 71916/01, 71917/01 и 10260/02, § 110 - 114, ECHR 2005-V, а также Постановление Большой Палаты Европейского Суда по делу "Ян и другие против Германии" (Jahn and Others v. Germany), жалобы N 46720/99, 72203/01 и 72552/01, §§ 99 - 117, ECHR 2005-VI). Исключения из этого правила допускаются в связи с длящимися нарушениями (см. Постановление Европейского Суда по делу "Лоизиду против Турции" (Loizidou v. Turkey) (по существу дела) от 18 декабря 1996 г., §§ 63 - 64, Reports of Judgments and Decisions 1996-VI) и с правомерным ожиданием, касающимся имущественных интересов (см. Решение Большой Палаты Европейского Суда по делу "Брониовский против Польши" (Broniowski v. Poland), жалоба N 31443/96, §§ 97 - 102, ECHR 2002-X). Однако каждый раз, когда нарушения статьи 1 Протокола N 1 к Конвенции имеют отношение к событиям, которые произошли до вступления в силу Конвенции и затронули большое количество людей, Европейский Суд довольствуется положениями, обеспечивающими выплату компенсации не в полном объеме (см. Постановление Большой Палаты Европейского Суда по делу "Брониовский против Польши" (Broniowski v. Poland) (о заключении мирового соглашения), жалоба N 31443/96, §§ 31 и 43, ECHR 2005-IX, Постановление Большой Палаты Европейского Суда по делу "Хуттен-Чапска против Польши" (Hutten-Czapska v. Poland) (о заключении мирового соглашения) от 28 апреля 2008 г., жалоба N 35014/97, § 27, а также Постановление Большой Палаты Европейского Суда по делу "Вистиньш и Перепелкин против Латвии" ( and Perepjolkins v. Latvia) от 25 октября 2012 г., жалоба N 71243/01, §§ 115 и 118 - 131).

Так, в деле "Вистиньш и Перепелкин против Латвии" (там же, § 113) Европейский Суд заявил:

"Этот принцип приобретает еще большую силу, когда речь идет о законах, принимающихся при смене политического и экономического режима, особенно в начале переходного периода, которое неизбежно отмечено потрясениями и неопределенностью. В этом случае государство пользуется особенно широкой свободой усмотрения (см. в числе прочих примеров Постановление Большой Палаты Европейского Суда по делу "Копецкий против Словакии", жалоба N 44912/98, § 35, ECHR 2004-IX, упоминавшееся выше Постановление Большой Палаты Европейского Суда по делу "Ян и другие против Германии", § 116 (a), а также Постановление Большой Палаты Европейского Суда по делу "Сульягич против Боснии и Герцеговины" от 3 ноября 2009 г., жалоба N 27912/02, § 42). Так, например, Европейский Суд приходил к выводу, что выплата компенсации не в полном объеме может быть необходима a fortiori <1> и тогда, когда конфискация имущества производится в целях осуществления "таких коренных изменений конституционной системы страны, как переход от монархии к республике" (см. упоминавшееся выше Постановление Большой Палаты Европейского Суда по делу "Бывший король Греции и другие против Греции" (по существу дела), § 87). Европейский Суд вновь подтвердил этот принцип в упоминавшемся выше Постановлении Большой Палаты Европейского Суда по делу "Брониовский против Польши" (§ 182), в котором применительно к практике возвращения имущества и выплаты компенсации ущерба указывалось, что механизм регламентации имущественных вопросов, будучи "крупномасштабным, но противоречивым... влекущим за собой значительные экономические последствия для страны в целом", мог быть связан с принятием решений по ограничению размера компенсации за ранее изъятое имущество или возмещению имущества по стоимости ниже рыночной. Кроме того, Европейский Суд напомнил эти принципы, когда речь шла о принятии законов в "исключительном контексте объединения Германии" (см. Решение Большой Палаты Европейского Суда по делу "Мальтцан и другие против Германии", жалобы N 71916/01, 71917/01 и 10260/02), §§ 77 и 111 - 112, ECHR 2005-V, а также упоминавшееся выше Постановление Большой Палаты Европейского Суда по делу "Ян и другие против Германии")".

--------------------------------

<1> A fortiori (лат.) - тем более, с тем большими основаниями (примеч. редактора).

 

Действительно, в этих делах речь шла об изъятии недвижимого имущества. Однако нет убедительных оснований применять к потере рискованных капиталовложений значительно более благоприятный режим, чем к потере недвижимого имущества, и ожидать выплаты полной компенсации не только за утерянные средства, но и за начисленные на них проценты.

Стоит отметить, что в других делах, касающихся компенсаций по исчезнувшим "прежним" вкладам в иностранной валюте, Европейский Суд допускал значительное уменьшение размера выплат и предоставлял государствам-ответчикам широкую свободу усмотрения (см. Решение Европейского Суда по делу "Трайковский против Македонии" (Trajkovski v. the former Yugoslav Republic of Macedonia) от 7 марта 2002 г., жалоба N 53320/99, упоминавшееся выше Постановление Европейского Суда по делу "Сульягич против Боснии и Герцеговины", §§ 27 - 30 и 52 - 54, и упоминавшееся выше Постановление Европейского Суда по делу "Молнар Габор против Сербии", §§ 21, 23 - 25 и 50).

Если говорить более конкретно об изначальных процентных ставках, действовавших в 1980-х годах, можно утверждать, что к тому моменту, когда Конвенция вступила в силу в отношении Словении в 1994 году и в отношении Сербии в 2004 году, каких-либо правомерных ожиданий уже не было. С другой стороны, при определении размера полноценной компенсации необходимо принимать во внимание обесценивание вкладов, первоначально открытых в немецких марках, в результате инфляции (см. упоминавшееся выше Постановление Большой Палаты Европейского Суда по делу "Вистиньш и Перепелкин против Латвии" (о присуждении справедливой компенсации), §§ 38 - 44).

 

3. Принцип субсидиарности и свобода собственного усмотрения государств

 

До настоящего времени Европейский Суд, применяя процедуру вынесения пилотного постановления, всегда предоставлял государствам-участникам широкую свободу усмотрения в поисках удовлетворительного решения системных проблем. В первых двух делах (см. упоминавшиеся выше постановления по делу "Брониовский против Польши" и "Хуттен-Чапска против Польши") Большая Палата Европейского Суда утвердила достигнутые сторонами мировые соглашения в том, что касается мер и общего, и индивидуального характера, согласившись, таким образом, с положениями, обеспечивающими выплату компенсации ущерба остальным потерпевшим не в полном объеме. В недавно вынесенном Постановлении Большой Палаты Суда по делу "Курич и другие против Словении" ( and Others v. Slovenia) (о справедливой компенсации), жалоба N 26828/06, ECHR (2014), где стороны не смогли достичь мирового соглашения, Европейский Суд должным образом принял во внимание, что по истечении сроков, указанных в основном Постановлении по делу, в течение которых требовалось обеспечить надлежащее возмещение ущерба "удаленным" из реестра лицам на внутригосударственном уровне, власти Словении предусмотрели собственный ad hoc механизм выплаты компенсаций (там же, §§ 138 - 140). В связи с этим Большая Палата Европейского Суда отметила, что согласно принципу субсидиарности и свободе собственного усмотрения государств, которая с ним связана, размер компенсаций, которые присуждаются на внутригосударственном уровне другим потерпевшим в рамках мер общего характера, принятых согласно статье 46 Конвенции, определяется по усмотрению властей государства-ответчика, если только он соответствует постановлению, в котором Европейский Суд указал на эти меры (там же, § 141, см. также, mutatis mutandis, Постановление Большой Палаты Европейского Суда по делу "Швейцарская ассоциация против промышленного разведения животных против Швейцарии (N 2)" (Verein gegen Tierfabriken Schweiz (VgT) v. Switzerland) (N 2), жалоба N 32772/02, § 88, ECHR 2009).

 

4. Необходимость сотрудничать в поисках

адекватных решений проблемы

 

Как пояснялось выше, при определении того, кто несет ответственность за нарушение прав человека в настоящем деле, нельзя упускать из виду контекст правопреемства государств. Это относится и к введению механизма выплаты компенсаций. Крайне важно, чтобы при введении этого механизма и при проверке обоснованности заявленных требований все государства-правопреемники сотрудничали между собой. В этом контексте Европейский Суд уже столкнулся с прискорбными злоупотреблениями. Так, например, два заявителя по делу "Ковачич и другие против Словении" (см. упомянутое выше Постановление Большой Палаты Европейского Суда по этому делу, § 260) не сообщили Европейскому Суду о том, что по решению Осиекского муниципального суда от 7 июля 2005 г. они получили компенсации по своим вкладам в иностранной валюте в полном объеме.

В упомянутом выше Постановлении по делу "Сульягич против Боснии и Герцеговины" (§ 19) Европейский Суд заявил:

"Положения законодательства, предусматривающие использование "прежних" валютных сбережений в процессе приватизации, являются не такими уж привлекательными и, кроме того, привели к злоупотреблениям: возник черный рынок, на котором такие сбережения порой продавались не более чем за 3% от их номинальной стоимости".

На мой взгляд, в Постановлении по настоящему делу Большая Палата Европейского Суда уделила недостаточно внимания этому важному аспекту сотрудничества государств-ответчиков при проверке обоснованности заявленных требований.

 

D. Альтернативное решение проблемы

 

Если подводить итоги, то за нарушение прав Алишич и Саджака, предусмотренных статьей 1 Протокола N 1 к Конвенции и статьей 13 Конвенции, несут ответственность, на мой взгляд, власти Словении, Боснии и Герцеговины и Хорватии, а за нарушение прав Шахдановича, предусмотренных статьей 1 Протокола N 1 к Конвенции и статьей 13 Конвенции, - власти Сербии, Боснии и Герцеговины и Хорватии. Хорватия, которая несет ответственность только за длительность нарушения, должна выплатить присужденную Европейским Судом сумму в части, касающейся компенсации морального вреда. Главная ответственность лежит на властях Словении и Сербии, которые должны выплатить основную часть присужденной Европейским Судом суммы в том, что касается возмещения материального ущерба. Власти Боснии и Герцеговины должны выплатить лишь небольшую часть присужденной Европейским Судом суммы в качестве компенсации морального вреда и возмещения материального ущерба.

Поскольку все власти государств-ответчиков несут солидарную ответственность за систему, созданную в СФРЮ, они должны сотрудничать между собой при выработке удовлетворительного механизма выплаты компенсаций.

Выполнение всех этих условий должно позволить полноценно компенсировать ущерб тем, кто был незаконно лишен своего имущества, и обеспечить, чтобы настоящее Постановление было исполнено в короткие сроки.

Часть1  Часть 2   Часть 3   Часть 4   Часть 5   Часть 6   Часть 7   Часть 8   Часть 9

Категория: Гражданское право | Добавил: x5443x (30.11.2015)
Просмотров: 224 | Теги: ЕСПЧ, европейский суд, права человека | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]
...




Copyright MyCorp © 2016