Воскресенье, 11.12.2016, 16:47
Высшее образование
Приветствую Вас Гость | RSS
Поиск по сайту


Главная » Статьи » Гражданское право

Постановление ЕСПЧ от 03.04.2008 "Дело "Тецен (Tetsen) против Российской Федерации" (жалоба N 11589/04)

ЕВРОПЕЙСКИЙ СУД ПО ПРАВАМ ЧЕЛОВЕКА

ПЕРВАЯ СЕКЦИЯ

ДЕЛО "ТЕЦЕН (TETSEN) ПРОТИВ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ"

(Жалоба N 11589/04)

ПОСТАНОВЛЕНИЕ <**>

(Страсбург, 3 апреля 2008 года)

 

--------------------------------

<*> Перевод с английского Ю.Ю. Берестнева.

<**> Настоящее Постановление вступило в силу 3 июля 2008 г. в соответствии с положениями пункта 2 статьи 44 Конвенции (примеч. редактора).

 

По делу "Тецен против Российской Федерации" Европейский Суд по правам человека (Первая Секция), рассматривая дело Палатой в составе:

Христоса Розакиса, Председателя Палаты,

Анатолия Ковлера,

Элизабет Штейнер,

Дина Шпильманна,

Сверре-Эрика Йебенса,

Джиорджио Малинверни,

Георга Николау, судей,

а также при участии Серена Нильсена, Секретаря Секции Суда,

заседая за закрытыми дверями 13 марта 2008 г.,

вынес в указанный день следующее Постановление:

 

ПРОЦЕДУРА

 

1. Дело было инициировано жалобой N 11589/04, поданной против Российской Федерации в Европейский Суд по правам человека (далее - Европейский Суд) в соответствии со статьей 34 Конвенции о защите прав человека и основных свобод (далее - Конвенция) гражданином Российской Федерации Олегом Юрьевичем Теценом (далее - заявитель) 15 марта 2004 г.

2. Власти Российской Федерации были представлены Уполномоченной Российской Федерации при Европейском Суде по правам человека В.В. Милинчук.

3. Заявитель обжаловал неисполнение внесенного в его пользу судебного решения.

4. 21 июня 2007 г. Европейский Суд коммуницировал жалобу властям Российской Федерации. В соответствии с пунктом 3 статьи 29 Конвенции Европейский Суд решил рассмотреть жалобу по существу одновременно с рассмотрением вопроса о ее приемлемости.

 

ФАКТЫ

 

I. Обстоятельства дела

 

5. Заявитель родился в 1979 году и проживает в селе Визинга Республики Коми.

6. С 14 июня 2001 г. по 31 июля 2003 г. заявитель служил в военной комендатуре в Чеченской Республике. По приказу командира заявитель принимал участие в контртеррористических операциях. За его службу ему выплатили дополнительную компенсацию в размере 55 807,70 рубля за 48 дней.

7. Заявитель обратился в суд, утверждая, что компенсация должна быть выплачена за весь период его службы в военной комендатуре. Он представил оригинал трудового договора и письменные приказы командования военной комендатуры.

8. Военная комендатура не направила представителя для участия в судебном разбирательстве и просила суд рассмотреть дело в ее отсутствие.

9. 25 августа 2003 г. Ростовский-на-Дону гарнизонный военный суд удовлетворил иск заявителя и присудил взыскать в его пользу с военного командования Чеченской Республики 444 965,37 рубля.

10. Судебное решение не было обжаловано и вступило в силу через 10 дней.

11. 6 сентября 2003 г. заявитель получил исполнительный лист и направил его в Министерство финансов Российской Федерации.

12. 23 августа 2005 г. представитель военной комендатуры просил Ростовский-на-Дону гарнизонный военный суд отменить решение от 25 августа 2003 г. в связи со вновь открывшимися обстоятельствами. Ответчик утверждал, что решение было основано на "недостоверных доказательствах".

13. Решением от 20 октября 2005 г. судья Ростовского-на-Дону гарнизонного военного суда отменил решение от 25 августа 2003 г. по вновь открывшимся обстоятельствам. Стороны не предоставили копию этого решения Европейскому Суду. По словам заявителя, в решении не указывалось, почему доказательства по первому решению считались "недостоверными". Власти Российской Федерации указали, что доказательства были недостоверными, поскольку "расчет задолженности, осуществленный заявителем, не (имел) юридической силы".

14. В ходе повторного рассмотрения дела иск заявителя был отклонен полностью. Копии этих судебных решений не были предоставлены Европейскому Суду.

 

ПРАВО

 

I. Предполагаемые нарушения статьи 6 Конвенции и статьи 1 Протокола N 1 к Конвенции

 

15. Заявитель жаловался на неисполнение судебного решения от 25 августа 2003 г. Он ссылался на пункт 1 статьи 6 Конвенции и статью 1 Протокола N 1 к Конвенции, в соответствующих частях которых говорится следующее:

"Пункт 1 статьи 6 Конвенции

В случае спора о его гражданских правах и обязанностях... каждый имеет право... на разбирательство дела в разумный срок... независимым судом...

Статья 1 Протокола N 1 к Конвенции

Каждое физическое или юридическое лицо имеет право на уважение своей собственности. Никто не может быть лишен своего имущества иначе как в интересах общества и на условиях, предусмотренных законом и общими принципами международного права...".

 

A. Приемлемость жалобы

 

16. Власти Российской Федерации, ссылаясь на Постановление Большой Палаты Европейского Суда по делу "Пеллегрен против Франции" (Pellegrin v. France), жалоба N 28541/95, ECHR 1999-VIII), утверждали, что жалоба заявителя на нарушение статьи 6 Конвенции была неприемлемой ratione materiae <*>, поскольку заявитель являлся военнослужащим и присужденная судебным решением денежная сумма касалась задолженности за период военной службы заявителя.

--------------------------------

<*> Ratione materiae (лат.) - ввиду обстоятельств, относящихся к предмету рассмотрения, о котором идет речь (примеч. переводчика).

 

17. Европейский Суд напоминает, что в Постановлении Большой Палаты Европейского Суда по делу "Пеллегрен против Франции" он попытался выработать независимое толкование термина "гражданская служба". В этом отношении Европейский Суд представил функциональный критерий, основанных на характере обязанностей и ответственности служащего. Однако в недавнем Постановлении Большой Палаты Европейского Суда по делу "Вильхо Эскелинен и другие против Финляндии" (Vilho Eskelinen and Others v. Finland) (от 19 апреля 2007 г., жалоба N 63235/00) Европейский Суд установил, что принятый в деле "Пеллегрен против Франции" функциональный критерий не упрощал анализа применимости статьи 6 Конвенции к процедуре, стороной которой являлся гражданский служащий, и не вызывал большую степень уверенности в этой области, как предполагалось (§ 55). По этим причинам Европейский Суд решил развить функциональный критерий, установленный в деле "Пеллегрен против Франции", и выработал следующий подход (см. упоминавшееся выше Постановление Большой Палаты Европейского Суда по делу "Вильхо Эскелинен и другие против Финляндии", § 62):

"...Подводя итог, надо сказать, что государство-ответчик может ссылаться в Европейском Суде на наличие у заявителя статуса государственного служащего как на основание для лишения его защиты, воплощенной в статье 6 Конвенции, при соблюдении двух условий. Во-первых, внутригосударственное право соответствующего государства должно в явной форме лишать доступа к правосудию работников, занимающих должность или принадлежащих к категории работников, о которых идет речь. Во-вторых, лишение доступа к правосудию должно быть оправдано объективными соображениями государственного интереса. Один лишь факт, что заявитель трудится в секторе или отделе, который участвует в реализации публично-правовых полномочий, сам по себе не является решающим. Для того, чтобы оправдать лишение доступа к правосудию, государству недостаточно доказать, что государственный служащий участвует в осуществлении государственной власти или что государственного служащего и государство как его работодателя связывают, как выразился Европейский Суд в Постановлении по делу "Пеллегрен против Франции", "особые узы доверия и лояльности". Государство также должно показать, что предмет спора, о котором идет речь, относится к осуществлению государственной власти или ставит под сомнение существование упомянутых уз. Таким образом, в принципе нет оправдания тому, что гарантии, предусмотренные статьей 6 Конвенции, на основании особого характера отношений между конкретным государственным служащим и государством не применяются к обычным трудовым спорам, относящимся, например, к заработной плате, дополнительным выплатам или сходным правомочиям. Фактически будет существовать презумпция того, что применяется статья 6 Конвенции. Именно государство-ответчик должно будет продемонстрировать, во-первых, что внутригосударственное законодательство не предоставляет государственному служащему, выступающему по делу в качестве заявителя, права на доступ к правосудию и, во-вторых, что лишение этого государственного служащего прав, предусмотренных статьей 6 Конвенции, является оправданным...".

18. Обращаясь к обстоятельствам настоящего дела, Европейский Суд отмечает, что в соответствии с внутригосударственным законодательством заявитель имел доступ к суду. Он воспользовался своим правом и подал иск против своего бывшего работодателя. Ростовский-на-Дону гарнизонный военный суд рассмотрел иск заявителя и удовлетворил его, присудив ему сумму задолженности. Ни внутригосударственные суды, ни власти Российской Федерации не указали, что внутригосударственная система препятствовала бы заявителю обратиться в суд. Следовательно, статья 6 Конвенции применима к делу (см. для сравнения Постановление Европейского Суда по делу "Довгучиц против Российской Федерации" (Dovguchits v. Russia) от 7 июня 2007 г., жалоба N 2999/03 <*>, § 24), и возражение властей Российской Федерации подлежит отклонению.

--------------------------------

<*> Опубликовано в "Бюллетене Европейского Суда по правам человека" N 11/2008.

 

19. Европейский Суд отмечает, что жалоба не является явно необоснованной по смыслу пункта 3 статьи 35 Конвенции. Европейский Суд также отмечает, что жалоба не является неприемлемой и по другим основаниям. Следовательно, она должна быть объявлена приемлемой для рассмотрения по существу.

 

B. Существо жалобы

 

20. Власти Российской Федерации отметили, что судебное решение от 25 августа 2003 г. было отменено в связи с "недостоверными доказательствами", представленными заявителем. Они утверждали, что принцип res judicata <*> не был нарушен, поскольку заявитель не мог законно ожидать стабильности от судебного решения, основанного на "недостоверных доказательствах". Недостатки доказательственной базы не стали известны ответчику в должное время, так как представитель ответчика не принимал участие в судебном заседании 25 августа 2003 г.

--------------------------------

Res judicata (лат.) - вступившее в законную силу решение суда является обязательным для сторон (примеч. переводчика).

 

21. Заявитель утверждал, что судебное решение должно было быть исполнено, как только оно стало подлежать исполнению. Отсутствовали причины, которые бы оправдывали двухлетнее неисполнение судебного решения от 25 августа 2003 г. Что касается повторного рассмотрения дела, заявитель указал, что на представленных им справках имелись подписи и печати военной комендатуры. Все его доказательства были выданы официальными органами государственной власти.

22. Европейский Суд отмечает, что 25 августа 2003 г. в пользу заявителя было вынесено решение, согласно которому командование (военный комендант) Чеченской Республики было обязано выплатить ему некоторую денежную сумму. Это решение не было обжаловано и вступило в силу через 10 дней. С этого момента должник, государственное должностное лицо, должно было выполнить требования решения суда. 20 октября 2005 г. судья Ростовского-на-Дону гарнизонного военного суда отменил решение от 25 августа 2003 г. Следовательно, как минимум с сентября 2003 года по 20 октября 2005 г. судебное решение от 25 августа 2003 г. подлежало исполнению, и государство было обязано выполнить его условия (см. для сравнения упоминавшееся выше Постановление Европейского Суда по делу "Довгучиц против Российской Федерации", § 41, и Постановление Европейского Суда по делу "Вельская против Российской Федерации" (Velskaya v. Russia) от 5 октября 2006 г., жалоба N 21769/03 <*>, § 18).

--------------------------------

<*> Опубликовано в "Бюллетене Европейского Суда по правам человека" N 3/2008.

 

23. Европейский Суд не убежден утверждением властей Российской Федерации о том, что заявитель не мог законно ожидать исполнения судебного решения, поскольку оно было основано на "недостоверных доказательствах". Ростовский-на-Дону гарнизонный военный суд рассмотрел представленные заявителем доказательства и удовлетворил его иск. В судебном решении нет каких-либо указаний на то, что суд посчитал доказательства недостаточными или недостоверными. Также отсутствовали утверждения о мошенничестве. Само по себе судебное решение было действительным и подлежащим исполнению без каких-либо правовых нарушений. Таким образом, отсутствовали оправдания для неисполнения судебного решения органами государственной власти.

24. Что касается отмены решения в связи со вновь открывшимися обстоятельствами, Европейский Суд повторяет свой устоявшийся подход, что "отмена судебного решения, которая не отвечает принципу правовой определенности и праву заявителя "на суд", не может считаться оправданием для неисполнения решения суда" (см. упоминавшееся выше Постановление Европейского Суда по делу "Вельская против Российской Федерации", § 19 - 21, и Постановление Европейского Суда по делу "Сухобоков против Российской Федерации" (Sukhobokov v. Russia) от 13 апреля 2006 г., жалоба N 75470/01 <*>, § 26). Следовательно, Европейский Суд должен определить, был ли в настоящем деле соблюден принцип правовой определенности. Европейский Суд отмечает, что судебное решение от 25 августа 2003 г. было отменено более чем два года спустя по ходатайству военной комендатуры. Удовлетворяя ходатайство, судья установил, что первое решение было основано на "недостоверных доказательствах". По утверждению властей Российской Федерации, недостоверность доказательства являлась вновь открывшимся обстоятельством, поскольку представитель военной комендатуры не присутствовал при вынесении судебного решения от 25 августа 2003 г.

--------------------------------

<*> Там же. N 3/2007.

 

25. Европейский Суд повторяет, что "процедура отмены вступившего в законную силу решения суда предполагает, что существуют доказательства, прежде при должном усердии недоступные, которые могли привести к иному итогу рассмотрения дела. Лицо, ходатайствующее о пересмотре (ввиду вновь открывшихся обстоятельств), должно продемонстрировать, что отсутствовала возможность представить доказательство на завершающем судебном заседании и что доказательство было решающим (см. Постановление Европейского Суда по делу "Праведная против Российской Федерации" (Pravednaya v. Russia) от 18 ноября 2004 г., жалоба N 69529/01 <*>, § 27). Власти Российской Федерации не указали каких-либо исключительных обстоятельств, которые могли бы помешать военной комендатуре оспорить доказательства в суде первой или кассационной инстанции. Наоборот, из дела следует, что военная комендатура прямо отказалась от своего права принимать участие в судебном заседании и впоследствии решила не использовать право на обжалование решения суда первой инстанции. Таким образом, ходатайство возобновить производство по делу ввиду вновь открывшихся обстоятельств было по сути попыткой пересмотреть дело, основываясь на моментах, которые комендатура могла, но не затронула во время первоначального производства по иску. Европейский Суд полагает, что ходатайство комендатуры является "скрытой жалобой", а не сознательной попыткой исправить недостатки правосудия (см. для сравнения упоминавшееся выше Постановление Европейского Суда по делу "Праведная против Российской Федерации", § 32). Кроме того, Европейский Суд отмечает исключительно длительный период, предшествовавший подаче комендатурой ходатайства об отмене решения от 25 августа 2003 г. Власти Российской Федерации не оправдали эту задержку. При таких обстоятельствах Европейский Суд полагает, что отмена судебного решения от 25 августа 2003 г. нарушила принцип правовой определенности и что в любом случае она не может служить оправданием для неисполнения властями действительного и подлежащего исполнению решения суда в предшествовавший период.

--------------------------------

<*> Опубликовано в "Бюллетене Европейского Суда по правам человека" N 5/2005.

 

26. Принимая во внимание свою правоприменительную практику по данному вопросу (см. Постановление Европейского Суда по делу "Бурдов против Российской Федерации (N 1)" (Burdov v. Russia) (N 1), жалоба N 59498/00 <*>, ECHR 2002-III, и из недавних примеров Постановление Европейского Суда по делу "Познахирина против Российской Федерации" (Poznakhirina v. Russia) от 24 февраля 2005 г., жалоба N 25964/02 <**>, Постановление Европейского Суда по делу "Вассерман против Российской Федерации" (Wasserman v. Russia) от 18 ноября 2004 г., жалоба N 15021/02 <***>, и упоминавшееся выше Постановление Европейского Суда по делу "Довгучиц против Российской Федерации", упоминавшееся выше Постановление Европейского Суда по делу "Вельская против Российской Федерации"), Европейский Суд полагает, что, не исполнив вынесенное в пользу заявителя судебное решение от 25 августа 2003 г., власти Российской Федерации нарушили его право на суд и воспрепятствовали ему получить денежные средства, которые он законно ожидал получить.

--------------------------------

<*> Опубликовано в "Путеводителе по прецедентной практике Европейского Суда по правам человека за 2002 год".

<**> Опубликовано в "Бюллетене Европейского Суда по правам человека" N 7/2005.

<***> Там же. N 6/2005.

 

27. Следовательно, имели место нарушения пункта 1 статьи 6 Конвенции и статьи 1 Протокола N 1 к Конвенции в связи с неисполнением судебного решения от 25 августа 2003 г.

 

II. Применение статьи 41 Конвенции

 

28. Статья 41 Конвенции гласит:

"Если Европейский Суд объявляет, что имело место нарушение Конвенции или Протоколов к ней, а внутреннее право Высокой Договаривающейся Стороны допускает возможность лишь частичного устранения последствий этого нарушения, Европейский Суд, в случае необходимости, присуждает справедливую компенсацию потерпевшей стороне".

 

A. Ущерб

 

29. Заявитель требовал 10 000 евро в качестве компенсации морального вреда и денежных средств, присужденных ему судебным решением от 25 августа 2003 г.

30. Власти Российской Федерации посчитали требования "явно чрезмерными и необоснованными".

31. Европейский Суд напоминает, что в данном деле он установил нарушения пункта 1 статьи 6 Конвенции и статьи 1 Протокола N 1 к Конвенции в связи с неисполнением вынесенного в пользу заявителя судебного решения. Европейский Суд отмечает, что самой уместной формой возмещения ущерба в случае установления нарушения статьи 6 Конвенции является помещение заявителя, насколько это возможно, в такое положение, в котором он бы находился при соблюдении требований статьи 6 Конвенции (см. Постановление по делу "Пирсак против Бельгии (статья 50)" (Piersack v. Belgium (Article 50)) от 26 октября 1984 г., Series A, N 85, p. 16, § 12). Европейский Суд считает, что в настоящем деле этот принцип также применим, принимая во внимание установленные нарушения (см. для сравнения упоминавшееся выше Постановление Европейского Суда по делу "Познахирина против Российской Федерации", § 33, и Постановление Европейского Суда по делу "Сухобоков против Российской Федерации", § 34). Заявителю воспрепятствовали получить денежные средства, которые он законно ожидал получить на основании судебного решения от 25 августа 2003 г. Следовательно, Европейский Суд присуждает заявителю 12 600 евро в качестве компенсации материального ущерба плюс любой налог, который может быть взыскан с этой суммы.

32. Европейский Суд также полагает, что заявитель должен был испытывать страдания и разочарование в результате неисполнения властями вынесенного в его пользу судебного решения. Принимая решение на основании принципа справедливости, Европейский Суд присуждает заявителю 1 500 евро в качестве компенсации морального вреда плюс любой налог, который может быть взыскан с этой суммы.

 

B. Судебные расходы и издержки

 

33. Заявитель не представил требований о компенсации судебных расходов и издержек. Следовательно, Европейский Суд не присуждает ему каких-либо сумм по данному пункту.

 

C. Процентная ставка при просрочке платежа

 

34. Европейский Суд полагает, что процентная ставка при просрочке платежей должна определяться исходя из предельной кредитной ставки Европейского центрального банка плюс три процента.

 

НА ОСНОВАНИИ ИЗЛОЖЕННОГО СУД ЕДИНОГЛАСНО:

 

1) объявил жалобу приемлемой для рассмотрения по существу;

2) постановил, что имели место нарушения пункта 1 статьи 6 Конвенции и статьи 1 Протокола N 1 к Конвенции;

3) постановил, что:

(a) государство-ответчик обязано в течение трех месяцев со дня вступления Постановления в законную силу в соответствии с пунктом 2 статьи 44 Конвенции выплатить заявителю следующие суммы, подлежащие переводу в рубли по курсу, применимому на день оплаты:

(i) 12 600 евро (двенадцать тысяч шестьсот евро) в качестве компенсации материального ущерба;

(ii) 1 500 евро (одну тысячу пятьсот евро) в качестве компенсации морального вреда;

(iii) любые налоги, которые могут быть взысканы с указанных сумм;

(b) по истечении указанного трехмесячного срока и до момента выплаты на указанную сумму должен начисляться простой процент в размере предельной годовой кредитной ставки Европейского центрального банка, действующей в период невыплаты, плюс три процента;

4) отклонил оставшуюся часть требований заявителя о справедливой компенсации.

 

Совершено на английском языке, уведомление о Постановлении направлено в письменном виде 3 апреля 2008 г. в соответствии с пунктами 2 и 3 правила 77 Регламента Суда.

 

Председатель

Палаты Суда

Христос РОЗАКИС

 

Секретарь Секции Суда

Серен НИЛЬСЕН

Категория: Гражданское право | Добавил: x5443 (07.10.2015)
Просмотров: 182 | Теги: европейский суд, права человека | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]
...




Copyright MyCorp © 2016