Вторник, 22.01.2019, 09:44
Высшее образование
Приветствую Вас Гость | RSS
Поиск по сайту



Главная » Статьи » Культура. Общество. Психология

ОБЩЕСТВЕННОЕ СОЗНАНИЕ НАЧАЛА ХХ ВЕКА: ИНТЕЛЛИГЕНЦИЯ И МЕЩАНСТВО

Я.Ю Гилев

ОБЩЕСТВЕННОЕ СОЗНАНИЕ НАЧАЛА ХХ ВЕКА: ИНТЕЛЛИГЕНЦИЯ И МЕЩАНСТВО

XX вв. является критика сформировавшихся к этому времени буржуазных идеалов. Жесточайшей критике подвергается мещанское сознание, принадлежащее представителю мелкой буржуазии. Целью его является обогащение, а главнейшими личностными чертами — умеренность, конформизм и своеобразная буржуазная трудовая этика, в которой труд напрямую связан с заработком денег. Он стремится быть разумным, понимая разумное как стремление к полезному. Ни в коем случае нельзя ограничиваться только этими личностными характеристиками, однако следует признать, что подобный идеал являлся одним из столпов буржуазного общества того времени. Как известно, буржуазное общество с его идеалами свободного рынка и либеральной демократии было объявлено «царством разума» просветителями, предвосхитившими революционные изменения в европейских странах, однако возникновение взглядов, прямо противоречащих подобному основанию, свидетельствовало о кризисе буржуазного общественного идеала. Вместо обещанного просветителями «царства разума» общество пришло к положению, в котором мещанский идеал оказался разрушен экономическими и политическими потрясениями.

Анализу подвергается сознание мещанина — представителя мелкой буржуазии — и интеллигента. Автор сопоставляет различные точки зрения на общественное сознание изучаемых социальных групп и на этом основании делает выводы. Особенность анализа заключается в том, что в его основе лежат исторические обстоятельства, оказавшие влияние на сознание мещанства и интеллигенции, а также взаимосвязь, которая существует между ними.

Ключевые слова: общественное сознание, интеллигенция, мещанство.

 

Отличительной чертой взглядов многих представителей интеллигенции на рубеже XIX и
Интеллигенция всегда играла важную роль в формировании социального идеала, и на рубеже веков многие ее представители обрушиваются с критикой на существующее положение вещей.

Весьма своеобразный и оттого не менее интересный взгляд на человека на рубеже XIX и XX вв. предложил испанский философ Хосе Ортега-и-Гассет. Во-первых, он разделил человеческое общество на две составляющие: массы и меньшинство. В «Восстании Масс» он уделяет пристальное внимание массам, новому человеческому типу, по его мнению, сформированному XIX в. Определение массе Ортега-и-Гассет дает через противопоставление ее меньшинству: «Меньшинство — совокупность лиц, выделенных особо; масса — не выделенных ничем» [1]. Другими словами, по его мнению, «масса — это средний человек», человек, ничем не выделяющийся и довольный существующим положением дел. Как уже отмечено, подобный человеческий тип был рожден благодаря достижениям XIX в. Все, что было достигнуто в это время, оказало неизмеримое воздействие на сознание общества, на его чаяния и установки.

Ортега-и-Гассет пишет: «Тот мир, что окружает нового человека с колыбели, не только не понуждает его к самообузданию, не только не ставит перед ним никаких запретов и ограничений, но, напротив, непрестанно бередит его аппетиты, которые в принципе могут расти бесконечно» [Там же]. Можно сказать, что одной из главных особенностей массового человека является его стремление к потреблению в самом широком смысле. Следовательно, для мещанского сознания одной из главных целей является обогащение, и эти две психологические особенности, господствующие в обществе: желание накоплять и желание потреблять — идут рука об руку, составляя фундамент того, что можно назвать буржуазным сознанием. Ортега-и-Гассет говорит о трех началах, благодаря которым сформировалось сознание массового человека. Он пишет: «Три начала сделали возможным этот новый мир: либеральная демократия, экспериментальная наука и промышленность. Два последних фактора можно объединить в одно понятие — техника» [Там же]. Либеральная демократия изменила положение человека, уничтожила существовавшие до этого касты и сословия, внушила уверенность в идее о том, что все люди равны. Наука и промышленность сделали жизнь удобнее и безопаснее, подняли уровень жизни среднего человека до таких высот, о которых не могли помыслить высшие сословия прошлого.

Рассуждая о причинах, сформировавших сознание человека массы, испанский философ говорит: «Мне думается, сама искусность, с какой XIX век обустроил определенные сферы жизни, побуждает облагодетельствованную массу считать их устройство не искусным, а естественным» [1]. Таким образом, он подмечает еще одну черту, характерную для массового человека, заключающуюся в представлении о незыблемости существующего порядка. Несложно догадаться, что подобное представление, соединенное с неуемным потреблением, способно привести к катастрофическим результатам. Именно в этом и заключается точка зрения Ортеги-и-Гассета. Масса — враг прогресса по причине своей неуемности, но также и враг свободы и индивидуальности. Одним из главнейших противников массы, по мнению философа, является меньшинство: «Повсюду аморфная масса давит на государственную власть и подминает, топчет малейшие оппозиционные ростки. Масса — кто бы подумал при виде ее однородной скученности! — не желает уживаться ни с кем, кроме себя. Все, что не масса, она ненавидит смертно» [Там же].

Однако не менее интересны взгляды самого испанского философа. Являясь представителем интеллигенции, он отразил в своих трудах позиции многих других представителей социальной группы, к которой принадлежал. Жесткое разделение общества на «массы» и «меньшинства» является прекрасным выражением отношения интеллигенции к другим социальным группам. Как уже говорилось выше, Ортега-и-Гассет негативно относится к государству, подчиненному массе. В этой связи философ предупреждает о нависшей над Европой опасностью тоталитаризма. Однако причиной возникновения тоталитаризма он считает то, что человек массы подчинил себе государство, ставшее в его руках оружием подавления. Ортега-и-Гассет точно подмечает общественные тенденции, однако разделение на «массы» и «меньшинства» взято им не из объективного исследования действительности, а является отражением точки зрения социальной группы, к которой он принадлежит.

Подобное мироощущение не было ограничено рамками государства или национальной принадлежности. В одной из глав своей книги «Человек и Время» советская писательница Мариэтта Шагинян описывает мировоззрение семьи поэтов и писателей Мережковских — Зинаиды Николаевны Гиппиус, Дмитрия Сергеевича Мережковского и их близких друзей. Шагинян обнаруживает у Мережковских то, что можно обнаружить у Ортеги-и-Гассета. Она рассказывает о том, что в доме Мережковских было организовано что-то наподобие тайного общества, допуск к которому имели лишь люди, в которых организаторы обнаружили нечто особенное. Шагинян пишет: «От этой разношерстной и, кстати сказать, почти не прибавляющейся числом публики, а скорее убывающей после "прощупывания", требовалась, в сущности, одна, чуть ли не самая существенная для "допуска" черта: быть чем-то схожими со сказочными Лелями, то есть черта нездешности, того, чего не было, — странной, новой романтики» [2. С. 348]. В одном из рассказов Зинаиды Гиппиус есть персонаж, похожий на героя сказок Леля. Это послушник монастыря, крайняя вера которого в церковные идеалы делала его «нездешним». Здесь обнаруживается уникальность взглядов русской интеллигенции — извечное богоискательство и крайне индивидуализированное обращение к религии (у Ортеги-и-Гассета — общие моральные установления, которые не ограничиваются религией). Тем не менее сходство с испанским философом очевидно: интеллигенция всех стран находится в сильнейшем разрыве с остальным обществом и ищет то самое меньшинство, которое могло бы стать основой для общества будущего. Другим примером сходства является отношение к государству. Касаясь этого вопроса, Шагинян пишет: «Уже с первых месяцев мне стало ясно (хотя я смущалась признаться в этом самой себе), что непонятная конспирация, чувство сугубой политической значительности, некая таинственность, которыми окружали свою деятельность Мережковские, были преувеличены, были похожи на что-то театральное и даже смахивающее на самозванство» [Там же. С. 343].

Итак, оппозиция к государству — это не пустые слова, а неотъемлемая составляющая мироощущения интеллигенции. Также и Ортега-и-Гассет, пишущий об опасности государства, в полной мере убежден в своих словах. Государство, по их мнению, есть инструмент управления обществом, однако либо оно должно находиться в руках меньшинства, либо его следует заменить на нечто иное, на другое основание, способное объединить общество и двинуть его дальше. При этом представители интеллигенции далеко не всегда были способны оценить историческую перспективу и изменить конкретное государственное устройство конкретного общества, но это не влияло на их представление о важности собственного положения в обществе и их роли в общественном развитии. Рассуждая о судьбе Зинаиды Гиппиус, Мариэтта Шагинян приходит к неутешительному выводу: «Зинаида Гиппиус была одной из самых умных и талантливых женщин, каких я знала в моей долгой жизни. Но ей не хватало широты понимания исторической действительности, не хватало простой человеческой любви к народу. И узость ее классового самоощущения (немецко- балтийское дворянство) в решительную минуту выбора привела ее к позорному концу» [Там же. С. 344]. Эта характеристика отражает особенности не только конкретной исторической личности Гиппиус. Она отражает особенности всей социальной группы интеллигенции. Однако важно понимать, что принадлежность к интеллигенции еще не означает того или иного исторического выбора. Шагинян делает акцент на «решительной минуте выбора» и на том факте, что сильнейшее влияние на выбор Гиппиус оказало ее классовое самоощущение.

Подводя итог, следует сказать, что формирование особенностей общественного сознания интеллигенции и мещанства взаимосвязаны. Поскольку интеллигенция и мещанство — это далеко не единственные социальные группы, существующие в обществе, содержание общественного сознания нельзя ограничивать только ими. Однако взаимоотношения интеллигенции и мещанства носят уникальный характер: интеллигенция как социальная группа, чьей задачей является создание социального идеала, формирует свои взгляды в противовес мещанским. Мещанин XIX—XX вв. в глазах интеллигента являлся человеком массы, что говорило о доминирующем положении мещанских идей, представлений и чаяний. И, поскольку противоречия в общественном сознании отражают противоречия в жизни общества, критика мещанского сознания свидетельствовала о сильнейших противоречиях, существующих в самом обществе. Однако далеко не всегда интеллигенция могла уловить суть этих противоречий и на этом основании сформировать позитивный взгляд на то, куда должно двигаться общество.

Социальные корни, идеологический, теоретический вопрос и, вероятно, самое важное — включенность в жизнь общества, связь с ним — все это оказало огромное влияние на содержание сознания интеллигенции.

Список литературы

1. Ортега-и-Гассет, Х. Восстание масс [Электронный ресурс] / Х. Ортега-и-Гассет // Библиотека Максима Мошкова. — URL: http://lib.ru/FILOSOF/ORTEGA/ortega15.txt_with-big-pictures.html (дата обращения 17.02.2017).
2. Шагинян, М. Человек и время. История человеческого становления. — М. Шагинян. — М. : Художеств. лит., 1986. — 720 с.

Вестник Челябинского государственного университета. 2017. № 4 (400). Философские науки. Вып. 44. С. 47—50.

Категория: Культура. Общество. Психология | Добавил: x5443 (04.01.2019)
Просмотров: 17 | Теги: мещанство, интеллигенция | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]
...




Copyright MyCorp © 2019 Обратная связь