Вторник, 20.08.2019, 04:51
Высшее образование
Приветствую Вас Гость | RSS
Поиск по сайту



Главная » Статьи » Культура. Общество. Психология

МЕТАНАРРАЦИИ СОВРЕМЕННОСТИ

Ч. Б. Далецкий, доктор философских наук (философия культуры), профессор кафедры философских и социально-экономических дисциплин Московского государственного юридического университета имени О. Е. Кутафина, Почётный работник высшего профессионального образования Российской Федерации

МЕТАНАРРАЦИИ СОВРЕМЕННОСТИ

В современности визуализируются маркеры, указывающие на необходимость деконструкции прошлого опыта, переоценки реалий, предвосхищения ближайшего будущего и обновления системы управленческой деятельности в многокультурных обществах. В статье рассматривается данный вопрос в рамках кросс-культурного подхода, что позволяет показать универсальные тенденции в протекании социокультурных процессов, релевантных глобализации мира, которая понимается как процесс гомогенизации социокультурного пространства, унификации движущих сил, направлений и приоритетов развития. Показаны тенденции, в соответствии с которыми развивается процесс смены идеологических нарративов.

Ключевые слова: общественные трансформации, гомогенизация социокультурного пространства, мультикультурализм, культурная политика, риторика культуры.
 

 
На современном этапе рефлексии над мультикультуральностью как социокультурной реальностью и мультикуль- турализмом как нарративом философско-культурологического дискурса представляется релевантным изучение, наряду с опытом отечественной истории, эволюции ряда других обществ, имеющих многовековую историю развития, сверяя при этом используемую терминологию.

Современный мир политики называют многополярным; культурологи и философы — мультикультурным, транскультурным, постмодернистским, пост-постмодернистским, трансмодернистским. Речь идёт также о таких понятиях, как трансверсальность сознания, трансмодернизм, используемых для обозначения обновляющихся методологических подходов к объяснению социокультурных процессов. От современной (постметафизической, постмодернистской) теории в этой связи ожидается соответствующая трансформация фундаментальной системы координат философско-культурологического мышления, обобщение багажа теоретических представлений, накопленных за многовековую историю в различных культурах. В частности, в свете достаточно широко принятых утверждений о том, что мы живём во времена, когда множество представлений о метанарративах потеряли свою легитимность, актуализировались вопросы, имеющие отношение к формированию генерирующих идей.

Одним из первых исследователей, кто сформулировал философский аспект данной проблемы, был Ж.-Ф. Лиотар, идеи которого ныне стали классикой философского постмодернизма.

«Век постмодерна», по утверждению данного автора, характеризуется эрозией веры в «великие метаповествова- ния», в «метарассказы», отказом от ме- танарраций, объединяющих представления о современности. Причиной отказа постмодерна от метанарраций он считает появление различных интерпретаций в научных, исторических, культурологических, социологических дискурсах; широкое распространение множества более простых, мелких, локальных «историй-рассказов», смысл которых не узаконить знание, а драматизировать наше понимание кризиса.

Согласно другой точке зрения, как явствует из философской литературы, построить единую систему знаний, как и философии, сейчас невозможно, однако задачей может быть определение основных элементов, тенденций нетривиально понимаемой практической постметафизической философии [3]. Речь может идти об универсальной системе понятий, знаков, символов, метафор, направленной на создание единого типа описания, служащей теоретико-методологическим основанием практик управленческой деятельности, то есть — о теме метанарраций.

Дело в том, что глобализация мира сегодня поставила под вопрос статус национальной философии как теоретического выражения отдельного социокультурного жизненного мира. Ранее это произошло с универсализмом, который был подвергнут критике со стороны последователей идеи культурного релятивизма - как нечувствительный к различиям метанарратив. В России утратили актуальность нарративы интернационализма и дружбы народов, служившие теоретико-методологическим обоснованием советской государственной национальной политики.

Нарратив мультикультурализма, в его западноевропейской трактовке, также отвергнут, так как оказался слабым теоретическим основанием для законотворчества. С середины 1990-х годов в европейских странах термин мультикультурный постепенно замещается понятием транскультурный (transculture). Но не в России, для которой многокультурье эндемично, где сформировался свой нарратив мультикультурализма - «русский мультикультурализм», который является психологически артикулированной методологической константой управленческой стратегии [2]. При этом весь арсенал новых терминов задействован в теоретических целях, анализируется также их прикладной аспект.

Так, понимание мультикультурализма как метанаррации предполагает стратегию достижения толерантного отношения между социокультурными группами в государствах с полиэтничным составом населения, ценностное равенство и самодостаточность разных культур.

Воплощение нарратива транскульту- рализма предполагает регуляцию сферы культурного развития за границами сложившихся национальных, расовых, тендерных и профессиональных культур. В философии транскультура - это не общее и идентичное, присущее всем культурам, но культурное разнообразие и универсальность как достояние одной личности. Транскультуру не отождествляют с глобальной культурой, распространяющей одинаковые модели (преимущественно американские) на всё человечество. По мнению ряда экспертов, она предполагает взаимную вовлечённость культур, «рассеивание» символических значений одной культуры в поле других культур, то есть действие принципа интерференции. Транскультурностью считается состояние виртуальной принадлежности одного индивида многим культурам. Эти лингвокультурологические трансформации отражают сдвиги, происходящие и в научном мышлении, контуры которого обозначены в ряде работ современных авторов (W. Welsch, N. Yuval-Davis, А. С. Колесников и другие). Они утверждают, что в начале XXI века складывается новое общекультурное явление - трансмодернизм, и стратегия мыслительных процедур обретает признаки трансверсальности. В качестве нового нарратива выдвигаются концепты транскультурализма и трансверсального анализа [3].

Если мультикультурализм настаивает на принадлежности индивида к «своей», биологически заданной, «природной» культуре («чёрной», «женской», «молодёжной» и т.д.), то транскульту- рализм предполагает диффузию исходных культурных идентичностей по мере того, как индивиды пересекают границы разных культур и ассимилируются в них. Трансверсальная стратегия работает как бы «поперечно», проходя сквозь разделительные стратегии, которые установлены политикой и мажоритарными моделями типа личное / коллективное, частное / публичное, социальное / политическое и т.д. Говоря о трансверсальных мыслительных навыках, имеют в виду навыки, которые могут быть применены и использованы в большом количестве различных ролей и ситуаций.

В русскоязычной лингвокультуре использование данного термина возможно при характеристике государственной управленческой деятельности. К примеру, трансверсальность государственной политики по обеспечению функционирования домов-интернатов для пожилых людей будет означать финансирование их с учётом ресурсов, предоставляемых и другими социальными учреждениями (на федеральном уровне, на уровне региона). В Мексике, как известно, федеральное правительство уделяет внимание коренным народам через посредничество ряда ведомств, учреждений и частных лиц, занимающихся на трансверсальной основе различными аспектами прав коренных народов. Национальный совет по делам женщин Германии под трансверсальностью понимает оценку и содействие совместной деятельности различных государственных и частных структур, пользующихся влиянием в данной сфере.

Исследование специфики установления индивидуальной самотождественности в многокультурных сообществах показывает, что здесь также действуют универсальные закономерности. Они являются следствием таких разнонаправленных планетарных процессов, как глобализация мира, стирающая культурные различия, и мультикультурализм, способствующий сохранению культурных различий. Психолого-культурными рычагами сохранения различий служат механизмы диалога культур (М. М. Бахтин) и интертекстуальности (Юлия Кристева). По мнению М. М. Бахтина, автор всегда находится в диалоге с современной и предшествующей литературой, текст отражает в себе все иные тексты данной смысловой формы: автор художественного произведения имеет дело не с действительностью вообще, но уже с оцененной и оформленной действительностью. Отдельное слово - это «аббревиатура высказывания ... каждое слово пахнет контекстом и контекстами, в которых оно жило [1, с. 106]». Ю. Кристева развила эту мысль и ввела в современный научный оборот термины «интертекст» и «интертекстуальность». По её мнению, любой текст есть продукт впитывания и трансформации какого-нибудь другого текста, любой текст строится как мозаика цитаций. Тем самым утверждается мульти- культуральность любого текста.

Американский психолог Э. Эриксон говорил, что формирование идентичности как самотождественности сопровождает человека на протяжении всей жизни. Оно формируется как понимание и ощущение неразрывности со своим социальным окружением и единства с нацией через включённость личности в различные общности (историческую, географическую, социокультурную и т.д.). Другими словами, универсальный по своей сути процесс формирования нации требует постоянного мониторинга и разумного сопровождения, и у разных стран в этом аспекте складывается свой специфический опыт.

Такие страны, как Китай, Германия, Россия, традиционно опираются на собственную культурную / этнокультурную почву в установлении самотождественности. Соединённые Штаты Америки ориентируются на абстрактные универсальные ценности, которые не являлись собственно американскими. В результате американцы оторвались и от собственной, и от какой бы то ни было другой культурной почвы. Между тем оказалось, что американский народ обладает весомым запасом культурного багажа своей разноликой нации для того, чтобы в ней искать опору для ориентации при определении самотождественности нации.

Можно предположить, что осознание этого факта пришло к части американской нации в начале XXI века вместе с событиями, сопровождавшими предвыборную кампанию нового тысячелетия. Это же явилось причиной, вызывающей протестные реакции ряда организованных социокультурных групп и индивидов, как показали лозунги манифестантов на инаугурации 45-го американского президента. Приоритетными для организовавшихся в группы народных масс объявляются такие проблемы, как исламофобия, права ЛГБТ-сообществ, борьба с сексуальным насилием, проблемы иммигрантов и окружающей среды, реформа здравоохранения, права человека. И манифесты некоторых кандидатов в президенты оказались созвучны лозунгам улиц и площадей.

Риторика предвыборных программ кандидатов в президенты США, а также финал этих выборов показали всему миру, что существует «нетелевизионный» американский народ. К нему и был обра- щён призыв одного из кандидатов в президенты - вернуться к своим культурным корням, сделать Америку вновь великой. Впервые за многие десятилетия этот призыв относился в первую очередь не к решению экономических или политических задач общества, а социокультурных, обращающих народ к своей культурной истории. В этом есть глубокий смысл, так как культура - это не просто совокупность артефактов, это ещё мир смыслов, которые человек вкладывает в продукты своей деятельности и в саму деятельность. Можно сказать, что прозвучала манифестация нового проекта логической, психологической и поведенческой системы политического управления социумом; система идей, предлагаемая в качестве аксиологического стандарта в рамках государства, или идеология, так как исторически сложившиеся культурные традиции общества, как известно, аккумулируются именно в идеологии. Впервые за многие десятилетия в манифесте избранного 45-го Президента США нация услышала персонифицированное обращение к себе и веру в культурный потенциал нации. Все услышали в речи президента прямую апелляцию к широким слоям населения - впервые к народу, в обход традиционных элит. Возможно, этими причинами был подкреплён энтузиазм, высокая политическая активность общества в последней кампании, а также сделанный выбор.

Американские эксперты, например политолог Александр Грант, анализируя часть возникших в обществе вопросов, вполне адекватно оценивают сложившееся положение, но вместе с тем некоторые из утверждений не очевидны и поэтому требуют доказательства.

В англоязычной лингвокультуре понятие «государство» всё реже позиционируется как атрибут нации. Государственные границы по-прежнему оберегаются, считаются незыблемыми, но для основного населения государство не является главным атрибутом нации. Попытки правительств сохранить в стране национальную культуру в публичной сфере всё чаще именуются архаизмом и осуждаемым национализмом, противоречащим нормам демократии и закономерностям глобализации мира. Соединённые Штаты Америки ранее считались «плавильным котлом», куда втекали самые разные нации, а вытекал американский народ. Но больше этого не происходит, по определению самих американцев, население Америки живёт в мультикультурном государстве, хотя по инерции продолжает называть себя единым и даже уникальным народом. Как можно видеть, предполагается, что «мультикультурный» народ — это не полноценный народ, а сообщество, могущее «рассыпаться». Американские эксперты убеждены, что теория мульти- культурализма способствует разобщению народов, что не может называть себя единой нацией население страны, состоящее из разных народов. Здесь следует отметить существование противоположного мнения и противоположной практики управленческой деятельности по сплочению нации.

Так, российскими учёными на примерах отечественной истории показана реальность и жизнеспособность существования в пределах одного государства на протяжении значительного исторического этапа многоэтничной, многоконфессиональной нации. В состав российской нации на протяжении длительного исторического периода входит более 180 народов. Единство нации при этом сохраняется, так как оно обеспечивается общественными институтами, Конституцией и внутренней политикой государства, направленной на сохранение государства в качестве ориентира для самоидентификации.

Ключевым методологическим принципом управленческой деятельности является внимание к проблемам всех российских народов (включая немногочисленных) на протяжении всей истории государства и при различных политических администрациях [2].

Америка, как известно, аналогичным образом начиналась с идеи "а Epluribus unum" (во многом единое; единство во множестве; из многих одно), которая явилась основным принципом образования Соединённых Штатов Америки в 1776 году в результате объявления тринадцатью штатами независимости от Великобритании. Но в государственных стратегиях, в стратегиях общественных институтов, в лингвокультуре и риторике, очевидно, недостаточно прочно закрепилась данная идея. На этой почве актуализировался вопрос единства нации. Услышав призыв вернуться к своим корням, американский народ адекватно оценил своевременность прозвучавшего призыва и увидел реальную возможность продвижения к этой цели. Редактор консервативного журнала "National Review" Рич Лури поясняет, что ведущей идеей инаугурационной речи избранного президента Д. Трампа является легитимация американского «государства-народа» как оптимального инструмента установления традиционной совокупности норм и правил в различных сферах жизнедеятельности.

Можно предположить, что, возможно, сложность возникнет при реализации соответствующей внутренней политики. Как говорил в своё время президент Дж. Кеннеди, «американцы — это нация иммигрантов». Иммигрантскому существованию, как известно, свойственна длительная оторванность от своих корней и достаточно отстранённое восприятие происходящего в современности. Это являлось фигурой умолчания в общественной и политической жизни американского общества долгие годы. Сегодня социокультурная эклектичность нации переместилась в центр внимания и стала предметом глобальных дискуссий. Из риторической фигуры недоговорённостей, незримо стоявших за поступками и высказываниями иммигрантского населения, оно переместилось на первые позиции и оказалось достаточно прямо обозначено.

Из научного дискурса в публичную сферу перетекают также знания о специфике формирования самотождественности. Институция идентификации является одной из сфер личности, которая регулируется высшими психическими функциями (мышление, речь, память, внимание, воображение). Человек может ими сознательно управлять, но также быть управляемым - по той причине, что сфера идентификации восприимчива к риторическим средствам воздействия. Как писал М. В. Ломоносов [5], риторика существует там, где есть вероятное, где есть полутона, есть мысль, и главное - там, где существует мнение.

В России, по мнению специалистов, именно многовековая риторическая культура за прошедшие годы сильно пострадала. И это не безобидные потери, так как примерно 50% информации теряется при её передаче. Происходит это в первую очередь из-за того, что мы не умеем владеть собственным словом, не умеем воспринимать слова собеседника или не верим в то, что убеждение возможно. Между тем в данном контексте особенно рельефно проявляется роль риторики в её оригинальном значении - как институции, как семантического инструмента определённой политики, способной камуфлировать обозначаемое понятие и даже подменять его, так как она наделена способностью придавать ценность обесцененному, мимикрировать под новацию (под «просто по-новому высказанную истину»). В этом своём инструментальном, политтехнологическом значении риторика оказалась востребована в современном публичном пространстве: от высокой академической культуры до популистской контркультуры, а также в разнообразных выборных кампаниях и при решении практических управленческих задач.

Академик Д. С. Лихачев говорил, что сохранение культурной среды - задача не менее существенная, чем сохранение окружающей природы. Как принято считать, языковая среда жизни (или лингво-экология), формирует тип личности. Вместе с тем отмечается сокращение лексической базы разговорного языка, снижение уровня эпистолярной культуры, разлаженность контроля над языком СМИ, отсутствие риторической этики, то есть совокупности норм и правил речевого поведения в различных коммуникативных ситуациях [4].

Риторическая этика базируется на общечеловеческих этических ценностях, на национальных этических нормах, а также на индивидуальных этических ценностях. Она включает в себя два компонента: мировоззренческий и этикетный. Мировоззренческая часть связана с общим пониманием предназначения общения, предполагающего опору на общечеловеческие ценности. Вся речевая деятельность человека должна быть подчинена высоким мировоззренческим принципам, а основной целевой установкой создателя речевого произведения должны быть истина и благо. Этикетная часть риторической этики подразумевает знание и применение в речевой практике правил речевого поведения в ситуациях установления, поддержания и выхода из контакта в соответствии с ситуацией общения, а также статусом и ролью участников общения. Но происходит смена культурного пространства, которую академик Д. С. Лихачев связывает со сменой эпохи, называя это «расставанием» с прежней культурой. Это происходит в виде отрицания прежних ценностей, а заодно - и высоких понятий. Мода на постмодернистскую литературу, допущение в академическую лексику компьютерной скороговорки, неправильных текстов (рекламный формат) и многое другое снижают уровень языковой компетенции, ведут к «отравлению» лингвоэкологии, а в итоге - к деформированию личности, развитию агрессивного, разрушительного начала [4]. Дело в том, что новые понятия входят в язык не изолированно, а в микросистемах, словообразовательных гнёздах, отражающих более или менее широкий круг явлений и фактов, окружающих данное понятие, сопутствующих ему.

Также в публичной сфере празднует своё главенство постмодернизм (во всяком случае - в американском дискурсе). Предвыборная программа Хилари Клинтон была построена на риторике концептов, облачённых в постмодернистские лозунги и призывы, свойственные «левым» с городских митингов: «гендер - всего лишь социальный конструкт»; «все расы равны»; «вперёд - к освобождению, эмансипации индивидуума»; «к освобождению женщины из-под патриархального угнетения».

Клинтон объявила, что «религиозные убеждения, которые осуждают "репродуктивные права", необходимо изменить». Она давно поддерживает «аборты по требованию на протяжении всей беременности», называя это правом женщины, человеческим правом и «репродуктивным правом». А всё вместе считает призывом к соблюдению прав человека.

В условиях быстрого развития глобализации и культурной плюрализации обществ необходимо осмысление возникающих проблем с точки зрения осуществления системы юрисдикции на основании законов, а не разнообразных культурных или религиозных традиций. В настоящее время проблема метанарратива наиболее полно обсуждается в аналитической философии и методологии науки (Т. Кун, П. Фейерабенд, А. Данто, Ф. Анкерсмит и другие), и учёные пришли к заключению, что невозможно в современности создать метанарратив и следует считать естественным состоянием сосуществование различных способов описаний и языков. Эта трансверсальность и есть то, что следует считать новым метанаррати- вом. Такую социокультурную реальность и теорию можно считать метанарративом пост-постмодернизма.

 
Примечания

1. Бахтин М. М. Вопросы литературы и эстетики : Исследования разных лет. Москва : Художественная литература, 1975. 502 с.
2. Гасанова Н. К. Глобальный мультикультурализм vs «русский мультикультурализм» : монография. Москва : МГИК, 2015. 224 с.
3. Колесников А. С. Постмодерн и новое постметафизическое мышление: от трансмодернизма к трансверсальности // Вестник Ленинградского государственного университета имени А. С. Пушкина. 2010. Том 2, № 1. С. 42—50.
4. Лихачев Д. С. Я живу с ощущением расставания... / беседу записал Д. Шеваров // Комсомольская правда. 1996. 5 марта (№ 42). С. 5.
5. Ломоносов М. В. Краткое руководство к красноречию. Москва : Бизнеском, 2011. 238 с.

Источник: Научный журнал "Вестник Московского государственного университета культуры и искусств". 2018. № 1 (81)


Категория: Культура. Общество. Психология | Добавил: x5443 (09.08.2019)
Просмотров: 7 | Теги: Культура | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]
...




Copyright MyCorp © 2019 Обратная связь