Пятница, 22.09.2017, 09:08
Высшее образование
Приветствую Вас Гость | RSS
Поиск по сайту



Главная » Статьи » Правоохранительная деятельность

КОНЦЕПЦИЯ СУДЕБНОЙ РЕФОРМЫ В РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ И БОРЬБА С ПРЕСТУПНОСТЬЮ

Г.А. Печников, профессор кафедры уголовного процесса Волгоградской академии МВД России доктор юридических наук, доцент.
О.В. Булхумова, адъюнкт адъюнктуры (докторантуры) ВА МВД России.
Е.В. Смирнова, адъюнкт адъюнктуры (докторантуры) ВА МВД РФ.

КОНЦЕПЦИЯ СУДЕБНОЙ РЕФОРМЫ В РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ И БОРЬБА С ПРЕСТУПНОСТЬЮ

Если в государстве снижается борьба с преступностью, то преступность активизируется, растет, наступает. Однако «Концепция судебной реформы в Российской Федерации», которая взята за основу в действующем УПК РФ, с такой аксиомой не считается и относит борьбу с преступностью, посягающей на основные права российских граждан, общественные и государственные интересы, к «вульгарной идее». Согласно «Концепции»: «Вопреки вульгарным идеям целью уголовной юстиции является не борьба с преступностью, а защита общества от преступлений путем реализации уголовного закона, защита прав и законных интересов граждан, попавших в сферу юстиции (обвиняемых, потерпевших, гражданских истцов, гражданских ответчиков). Под реализацией уголовного закона понимается при этом не только привлечение к уголовной ответственности и назначение наказания, но и отказ от уголовного преследования невиновных».[1]

В последующем эти положения «Концепции» были закреплены в ст. 6 УПК РФ. «Назначение уголовного судопроизводства».

«Цели эти, - как поясняется в «Концепции судебной реформы в Российской Федерации», - достигаются в особом процессуальном порядке…»[2] Как известно, в действующем УПК РФ – это состязательная процессуальная форма, которая самодостаточна и не допускает каких-либо целей, выходящих за пределы состязательности, когда состязательность – самоцель.

«Правила игры», - утверждается дальше в «Концепции», - а значит и возможности юстиции определяются не природными, а общественными законами».[3]

Действительно, движущей силой ныне действующего либерального УПК РФ является не естественнонаучный познавательно-диалектический процесс движения от незнания к знанию, от вероятности к достоверности, от версии к объективной истине, а состязание противоборствующих сторон (обвинения и защиты) с целью выявления «сильнейшего», победителя в «правовом споре». И «правила игры» здесь, действительно, не «природные» (т. е. не соответствующие научным требованиям законов диалектики), а искусственные, формально-юридические, «состязательно-игровые», отвечающие современным демократическим реалиям. Эти «правила игры», выражающие состязательную модель УПК РФ, направлены не на достижение объективной истины, установление действительно виновного лица в преступлении, а на выявление более сильной, более ловкой, опытной, искусной стороны, способной выиграть процесс, одержать победу в поединке сторон. При таком подходе стираются всякие различия между диалектическими противоположностями: целью и средствами, знанием и незнанием, вероятностью и достоверностью, версией и истиной, неотвратимостью ответственности виновных и их безнаказанностью и др. Эти «правила игры» таковы: юридические стороны обвинения и защиты равноправны перед судом (ст. 15 УПК РФ); «Судебная тяжба есть борьба и состязание, а кто говорит «состязание», тот говорит «игра»[4]; состязательная концепция УПК РФ выражает не объективную истину, а юридическую (процессуальную, формальную, судебную, вероятную, «состязательно-выигрышную») истину; «Судебная истина является результатом судоговорения. Она является вероятным знанием. Это то, что аудитория готова признать за истинное. Судебная истина юридически формальна и, вместе с тем, это нравственная, идеологическая истина, поскольку выявляется по совести, здравому смыслу судьи (присяжных заседателей)»[5]; «Судебное доказывание – это разговор, диалог, назначение которого в том, чтобы переговорить противную сторону, убедить суд в своей правоте»[6]; «Лучше оправдать десять виновных, чем осудить одного невиновного»[7]; «Приоритетность установленной законом процедуры судопроизводства по сравнению с задачей установления фактических обстоятельств дела»[8] (т. е. приоритетность формы, процедуры над истиной, «формальной», «юридической» истины над объективной истиной); «истина» на стороне победителя; кто сильнее – тот и прав и др. Таковы «правила игры», составляющие основу состязательного УПК РФ, отрицающего объективную истину в современном уголовном процессе.

Далее, в «Концепции» подчеркивается, что «особенностью юстиции является также «штучный» характер ее деятельности, ориентированной на разрешение конкретного конфликта»[9]. Выходит, юстиция, согласно «Концепции», должна абстрагироваться от какой-либо общей цели – борьбы с преступностью, не иметь с ней никакого дела, а требуется свести суть дела к простому разрешению «конкретного конфликта», «правового спора» между государством и личностью. В результате, есть только сторона обвинения, которая обвиняет, стремится доказать обвинение и сторона защиты, которая защищается от обвинения, стремится доказать его несостоятельность, - и кто из них победит в поединке сторон по состязательным правилам, установленным УПК РФ, зависит от самих сторон. И больше ничего. Эти состязательные «правила игры» действующего УПК РФ совершенно безразличны к тому, что состязательный процесс (дело) может выиграть преступник, а невиновный – проиграть. Для УПК РФ все относительно, условно, релятивно, ничего абсолютного нет, нет объективной истины, нет какой-либо объективной справедливости, а есть лишь «справедливость победителя» - вот смысловой подтекст состязательного УПРК РФ.

Относительны, соответственно, и законные права личности (обвиняемого, потерпевшего, гражданского истца, гражданского ответчика) в состязательном уголовном процессе России, поскольку напрямую зависят от выигрыша - проигрыша стороны в процессе. Не приемлется в состязательном УПК РФ и принцип неотвратимости ответственности виновных в преступлении.

В УПК РФ «приоритет процессуальной формы, прежде всего, основывается на концепции уголовного иска, согласно которой уголовный процесс рассматривался как особая форма разрешения правового спора между государством и личностью. При такой трактовке уголовного судопроизводства очевидной становится значимость процедуры, поскольку она является фактически единственным средством обеспечения хотя бы формального равенства личности и государства».[10]

Официальный отказ от борьбы с преступностью в «Концепции» обосновывается и таким доводом: «Да. система юстиции призвана защищать общество от преступлений. Но преступностью – это не их сумма. Криминологические исследования показывают, что состояние, структура и динамика преступности зависят от происходящих в обществе процессов урбанизации, миграции, социальной дифференциации, демографических явлений, - словом, от экономических и социальных условий жизни населения. Усилия одной только юстиции не способны привести к сокращению преступности, но могут обеспечить цивилизованное решение вопроса о виновности отдельного человека в определенном деянии и о причитающемся ему воздаянии»[11].

Безусловно, экономический и социальный факторы влияют на состояние и уровень преступности в стране. Но вправе ли уголовный процесс на этом основании, включая и явно софистический довод «Концепции» о том, что «усилия одной только юстиции не способны привести к сокращению преступности», уклоняться от принципиальной, бескомпромиссной борьбы с криминалом: Тем самым, пасовать перед преступностью, априори расписываться в своей юридической несостоятельности, беспомощности достоверно раскрывать преступления и обеспечивать неотвратимость ответственности преступникам. Значит, поощрять криминал, «развязывать ему руки». Либо борьба с преступностью, либо компромисс, поддержка преступности. Третьего не дано. Быть нейтральным, «воздержаться» к социальному злу нельзя.

Как известно, законодатель в действующем либеральном УПК РФ поменял приоритеты, ценностные ориентиры. Вместо бескомпромиссной борьбы с преступностью – правовой спор равноправных сторон, в котором каждая имеет право на «успех»; вместо полного раскрытия преступлений – «выигрыш дела». В результате противостояние преступности в стране существенно ослабло.

«Использование юстиции, - утверждается в «Концепции» - для «показательного устрашения» безнравственно, поскольку распространенность преступления ничего не прибавляет к степени виновности конкретного лица, преступившего закон».[12]

В этом доводе заключена словесная уловка, софизм. Намереным подбором и соотнесением таких явно не стыкуемых вещей как: «распространенность» или «нераспространенность» того или иного вида преступления с виновностью конкретного лица в конкретном преступлении – пытаются софистически оправдать отказ юстиции от борьбы с преступностью. И безнравственна вовсе не сама действительно необходимая эффективная борьба уголовной юстиции с криминалом, а напротив, безнравственен отказ юстиции от бескомпромиссной правовой борьбы с названным социальным злом.

Все диалектически взаимосвязано. Если в действующем УПК РФ нет цели борьбы с преступностью, то и уголовно-процессуальные средства будут подобными, ограниченными, т. е. не будут вести к достижению названной высокой социальной цели, а будут, наоборот, демонстрировать отказ от данной актуальной цели, замыкаясь на подходе: «состязание для состязания»; все – и цель, и средства – в самой состязательности и ничего сверх, ничего за пределами состязательности. И, наоборот, самодостаточность, самоценность состязательной формы в УПК РФ не позволяет выдвигать в уголовном процессе цели (задачи), выходящие за рамки состязательности, такие как: быстрое и полное раскрытие преступлений, неотвратимость ответственности виновных, достижение объективной истины по уголовным делам.

В «Концепции судебной реформы в Российской Федерации» и в ст. 6 УПК РФ «Назначение уголовного судопроизводства», борьба, контроль над преступностью противопоставляется защите прав личности, хотя эти аспекты не разделимы. Как справедливо отметил В. В. Лунеев: «Реалистический научный подход исходит из того, что контроль над преступностью является целью системы уголовной юстиции, а соблюдение прав личности – одним из самых важных, но средств его достижения. Защита прав личности – более широкая цель, осуществляемая не только в процессе уголовного судопроизводства, но во всех сферах деятельности. Однако без контроля над преступностью, которая в нашей криминальной стране является самой грубой и крайней формой нарушения прав человека, вообще невозможна успешная реализация защиты прав личности».[13]

И «Концепция», и УПК РФ в своем назначении (цели) уголовного судопроизводства замыкаются на защите в установленной законом форме личности и организаций от последствий совершенного преступления. Но, ведь, этого недостаточно. Необходима и задача профилактики преступлений. «Предупреждение преступности является ключевым элементом стратегии борьбы с этим злом, а изгнание из УПК РФ предупредительной функции уголовного судопроизводства – серьезной ошибкой. Необходимо восстановить в этом УПК все те нормы о предупреждении и пресечении преступлений, которые были установлены в прежнем УПК РСФСР. Вполне очевидно, что с таким ущербным УПК эффективно противостоять беспрецедентно растущей преступности невозможно. От качества и совершенства УПК в значительной степени зависит реализация задач уголовного права и цели наказания…»[14].

Не может быть по-настоящему эффективным уголовный процесс, утративший ориентир бескомпромиссной борьбы с преступностью, игнорирующий объективную истину.

___________________

[1] Концепция судебной реформы в Российской Федерации /Сост. С. А. Пашин. М.: Республика, 1992. С. 19.

[2] Там же. С. 19.

[3] Там же.

[4] Хейзинга Й. Homo Ludeuq. В тени завтрашнего дня. М., 1992. С. 94; Мальцев Г. В. Социальные основания права. М.: Норма, 2007. С. 179.

[5] Александров А. С. Язык уголовного судопроизводства: Автореферат диссертации на соискание ученой степени доктора юридических наук. Нижний Новгород, 2003. С. 12.

[6] Александров А. С. Там же. С. 13.

[7] Концепция судебной реформы в Российской Федерации/Сост. С. А. Пашин. М., 1992. С. 20.

[8] Михайловская И. Б. Настольная книга судьи по доказыванию в уголовном процессе. М., 2006. С. 8-9.

[9] Концепция судебной реформы в Российской Федерации. С. 19-20.

[10] Михайловская И. Б. Настольная книга судьи по доказыванию в уголовном процессе. М., 2006. С. 9; см.: Полянский Н. Н. Очерки общей теории уголовного процесса. М., 1927. С. 13, 44.

[11] Концепция судебной реформы в Российской Федерации. С. 20.

[12] Там же.

[13] Лунеев В. В. Тенденции современной преступности и борьбы с ней в России//Государство и право. 2004. № 1. С. 14.

[14] Еникеев З. Д. Предупреждение и пресечение преступлений – задача уголовного судопроизводства//Вестник Омского университета. Серия «Право». Омск, 2008. № 1(14). С. 49.

К содержанию

Категория: Правоохранительная деятельность | Добавил: x5443x (19.04.2013)
Просмотров: 1749 | Теги: УПК, С ПРЕСТУПНОСТЬ, реформы, СУДЕБНОЙ, Борьба | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]
...




Copyright MyCorp © 2017 Обратная связь