Пятница, 09.12.2016, 14:31
Высшее образование
Приветствую Вас Гость | RSS
Поиск по сайту


Главная » Статьи » Правоохранительная деятельность

К ВОПРОСУ О ПОНЯТИИ И ВИДАХ МЕР ОБЕСПЕЧЕНИЯ БЕЗОПАСНОСТИ В РОССИЙСКОМ УГОЛОВНОМ СУДОПРОИЗВОДСТВЕ

С.А.Янин, Е.А.Тришкина, А.В.Песоцкий

К ВОПРОСУ О ПОНЯТИИ И ВИДАХ МЕР ОБЕСПЕЧЕНИЯ БЕЗОПАСНОСТИ В РОССИЙСКОМ УГОЛОВНОМ СУДОПРОИЗВОДСТВЕ

Не вызывает сомнений, что решение задач уголовного судопроизводства невозможно без участия потерпевших, свидетелей, подозреваемых, обвиняемых, способствующих расследованию. Таким образом, незаконное воздействие на названные категории участников уголовного процесса с целью помешать отправлению правосудия не позволит защитить права и законные интересы лиц и организаций, потерпевших от преступлений, а также личность от незаконного и необоснованного обвинения, осуждения, ограничения ее прав и свобод.

В России за последние года было предпринято немало усилий, направ­ленных  на  совершенствование  уголовного  и  уголовно-процессуального законодательства; постоянно предпринимаются попытки по оптимизации работы системы правоохрани­тельных  органов. Примерами государственной деятельности в этом направлении являются включение положений, посвященных отдельным аспектам обеспечения безопасности участников уголовного судопроизводства, не обладающих властными полномочиями, то есть потерпевших, свидетелей, подозреваемых и обвиняемых, в Уголовный, Уголовно-процессуальный, Уголовно-исполнительный кодексы Российской Федерации. Важнейшей вехой, бесспорно, является вступление в силу Федерального закона «О государственной защите потерпевших, свидетелей и иных участников уголовного судопроизводства» с 1 января 2005 г. Кроме того, Указом Президента России в структуре МВД в 2009 году создано Управление по обеспечению безопасности лиц, подлежащих государственной защите.

Таким образом, в настоящее время действующим законодательством предусмотрено несколько видов государственной защиты лиц, способствующих уголовному судопроизводству:

1. применение мер правовой защиты, предусматривающих, в том числе, повышенную уголовную ответственность за посягательство на их жизнь, здоровье и имущество;

2. применение мер социальной защиты, предусматривающих помощь государства таким лицам в случае причинения им имущественного либо физического вреда в связи с содействием уголовному правосудию.

3. применение уполномоченными на то органами государства мер обеспечения безопасности жизни, здоровья и собственности таких лиц и их близких.

В данной статье речь пойдет о последних.

Несмотря на то, что на законодательном уровне сформулированы понятия безопасности, государственной защиты, понятие мер обеспечения безопасности в уголовном процессе  рассматривается только в юридической литературе, а в законодательстве – отсутствует. Думается, что необходимо проанализировать некоторые из предложенных учеными формулировок мер обеспечения безопасности, выявив их достоинства и недостатки, и предложить свое видение такого понятия.

Мы считаем, что необходимо начать с определения, предложенного Л.В. Брусницыным. Последний определяет меры безопасности как «превентивные разноотраслевые правовые средства, обеспечивающие в ходе уголовного судопроизводства и вне его защиту указанных лиц (участвующих в уголовном судопроизводстве) и их близких от запрещенных уголовным законом и иных форм посткриминального воздействия».[1]

На наш взгляд, данное определение мер безопасности не полностью охватывает признаки, присущие таким мерам. Во-первых, неясно, почему автор  считает такие меры только превентивными. А если воздействие на лиц, в отношении которых меры безопасности не применялись, уже оказано? Ведь в таком случае, безусловно, данные меры должны быть применены с целью максимально возможного устранения последствий такого воздействия, их нейтрализации как для лица, на которое оно оказано, так и для осуществления уголовного судопроизводства, и, кроме того, для недопущения подобного воздействия в дальнейшем.

Далее, необходимо, на наш взгляд, отразить в определении мер безопасности тот факт, что применяются они только уполномоченными на то должностными лицами органов государства, подобная обязанность которых закреплена в законодательстве.

В.В. Войников, проводя исследование по тактике обеспечения безопасности в уголовном судопроизводстве, предложил свою формулировку мер обеспечения безопасности, которая, на наш взгляд, является более полной, чем предыдущая, однако также не лишена некоторых недостатков.

Под мерами безопасности в уголовном процессе В.В. Войников подразумевает систему основанных на действующем законодательстве действий, предпринимаемых уполномоченными на то субъектами и направленных на недопущение возникновения ситуаций, связанных с нарушением состояния защищенности охраняемых объектов безопасности, а в случае их возникновения – на восстановление нарушенного состояния их защищенности.[2]

На наш взгляд, недостаток этого определения - возможная слишком широкая его трактовка. Несмотря на то, что автор определяет меры безопасности именно «в уголовном процессе», ссылок на это в самом определении нет. Его можно понять и как определение мер безопасности вообще, применяемых к лицам, обеспечение безопасности которых является обязанностью государства (Президент России, председатель Правительства России, губернаторы и т.п.), но которые не имеют отношения к уголовному процессу. Представляется, что в определении мер безопасности в уголовном процессе должны быть рамки – именно уголовное судопроизводство, как мы видели в предыдущем определении. В.В. Войников таких рамок в своем определении не ставит.

Далее, как и в формулировке Л.В. Брусницына, в рассматриваемом определении не указана цель нарушения «состояния защищенности охраняемых объектов безопасности» - воспрепятствовать отправлению правосудия по делу либо отомстить соответствующему участнику уголовного судопроизводства за помощь в этом.

Таким образом, обобщая вышеназванные признаки мер безопасности в уголовном процессе, мы предлагаем следующее определение мер безопасности в уголовном процессе: это  комплекс регламентированных законом процессуальных и иных действий, осуществляемый уполномоченными на то государственными органами, направленный на обеспечение безопасности лиц, содействующих уголовному судопроизводству.

С.Л. Марченко очерчивает основные цели и задачи мер по обеспечению безопасности участников уголовного судопроизводства. Таковыми являются:

· надежная охрана от преступных посягательств жизни, здоровья, имущества, конституционных прав и свобод граждан, участвующих в предупреждении, пресечении, раскрытии и расследовании преступлений, а также в судебном разбирательстве уголовных дел;

· возмещение морального, физического и имущественного ущерба, причиненного участникам уголовного судопроизводства противоправными действиями лиц, заинтересованных в принятии по уголовным делам необоснованных и незаконных решений;

· создание необходимых условий для активного участия граждан в уголовном процессе и отправлении правосудия, обеспечение на этой основе всестороннего, полного и объективного исследования всех обстоятельств дела;

· выявление и устранение причин и условий, способствующих преступным посягательствам и противозаконному воздействию на лиц, участвующих в уголовном судопроизводстве.[3]

Применение мер безопасности, как отмечает А.Ю. Епихин, должно увязываться со следующими факторами:

· общественная опасность совершенного или подготавливаемого преступления;

· важность информации, которой располагает защищаемое лицо;

· наличие угрозы его безопасности и реальность этой угрозы;

· согласие сотрудничать с правоохранительными органами.

Применение мер безопасности должно быть связано только с совершением преступления, то есть деяния, имеющего все признаки преступления (общественная опасность, противоправность, виновность и наказуемость). Совершение административно наказуемого проступка, гражданско-правового деликта или дисциплинарного проступка не должно являться основанием для защиты лица.[4]  

Меры обеспечения безопасности участников уголовного судопроизводства содержатся в Уголовно-процессуальном и Уголовно-исполнительном кодексах России, Федеральных законах  «О государственной защите потерпевших, свидетелей и иных участников уголовного судопроизводства» и «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений».

УПК России содержит случаи применения мер безопасности и их виды, отсылая к соответствующим статьям УПК, регламентирующим порядок применения той или иной меры безопасности. Согласно ч. 3 ст. 11 «при наличии достаточных данных о том, что потерпевшему, свидетелю или иным участникам уголовного судопроизводства, а также их близким родственникам, родственникам или близким лицам угрожают убийством, применением насилия, уничтожением или повреждением их имущества либо иными опасными противоправными деяниями, суд, прокурор, следователь, орган дознания и дознаватель принимают в пределах своей компетенции в отношении указанных лиц меры безопасности, предусмотренные статьями 166 частью девятой, 186 частью второй, 193 частью восьмой, 241 пунктом 4 части второй и 278 частью пятой настоящего Кодекса».

Часть 9 статьи 166 УПК России устанавливает порядок сохранения в тайне данных о личности защищаемого путем неуказания в протоколах следственных действий, проведенных с его участием, подлинных демографических и иных данных такого лица, а ч. 2 ст. 186 регламентирует прослушивание телефонных и иных переговоров подлежащих защите лиц.

Часть 8 ст. 193 УПК России рассматривает порядок проведения опознания в условиях, исключающих визуальное наблюдение опознающего опознаваемым.

Пункт 4 ч. 2 ст. 241 и ст. 278 УПК России посвящены мерам безопасности, применяемым в ходе судебного разбирательства, однако учитывая, что настоящее исследование посвящено обеспечению безопасности лиц, содействующих уголовному судопроизводству, во время проведения предварительного расследования, то касаться судебных стадий уголовного процесса мы не будем.

Что касается ч. 3 ст. 11 УПК, то вызывает недоумение,  почему законодатель предусмотрел в качестве оснований для применения мер безопасности только оказание воздействия в виде «убийства, применения насилия, уничтожения или повреждения их имущества, иных опасных противоправных деяний», то есть подпадающих под действие соответствующих статей УК России. Очевидно, что существуют различные формы воздействия на лиц, способствующих уголовному судопроизводству, а не только уголовно-наказуемыми. Например, Л.В. Брусницын отмечает такие способы воздействия, как анонимные звонки, постоянное следование за человеком, угрожающие гримасы, присылка трупов убитых животных либо фотографии трупа.[5] Такие действия не влекут за собой уголовной ответственности, однако результативность их не уступает криминальным проявлениям.

При оказании незаконного воздействия на свидетелей криминальные группы, отмечает Е.С. Дубоносов, используют различные формы психического устрашения и физического воздействия, систематически совершенствуют его средства и методы. Результатами подобного воздействия являются многочисленные факты уклонения граждан от выполнения своего гражданского долга и явки в органы предварительного следствия и суда, отказа от дачи свидетельских показаний, лжесвидетельство, фальсификация и т.п. И, как результат, нарушается и становится неэффективным процесс отправления правосудия, и преступники все чаще избегают уголовной ответственности.[6]

Можно проиллюстрировать сказанное следующим примером из судебно-следственной практики.

Так, подполковник О. в период 2003-2004 г.г. осуществлял уничтожение взрывоопасных предметов на территории Волгоградской области.

2 июля 2003 г. О., имея преступный умысел на хищение путем обмана чужого имущества – денежных средств из кассы воинской части,  используя свое служебное положение, исполнил фиктивный акт выполненных работ по обнаружению и обезвреживанию (уничтожению) взрывоопасных предметов на территории Калачевского района Волгоградской области, вписав заведомо ложные сведения, что он лично обнаружил и уничтожил 36 взрывоопасных предметов 1-й степени опасности и 436 взрывоопасных предметов 2-й степени опасности.

На основании этого акта и приказа командира воинской части  незаконно получил денежную сумму в размере 13030 рублей, совершив мошенничество.

Кроме этого, О. совершил еще ряд аналогичных преступлений (всего десять эпизодов преступлений, предусмотренных ч.ч. 2 и 3 ст. 159 УК России), вступая в преступный сговор с должностными лицами воинской части о хищении чужого имущества, составляя фиктивные акты уничтожения взрывоопасных предметов на территории Волгоградской области, незаконно присваивая денежные средства за якобы имевшие место уничтожения названных предметов и распределяя затем похищенные денежные средства между собой и соучастниками. Всего им было похищено денежных средств на сумму 727402 руб. 45 коп.

В ходе проведения предварительного расследования от бухгалтера воинской части 22220 Ч.   в органы следствия поступило заявление о том, что О. звонил ей по телефону и предлагал «хорошенько подумать прежде, чем давать свидетельские показания», угрожая ей при этом «крупными неприятностями и проблемами».[7]

В связи с изложенным представляется обоснованным отражение в диспозиции статьи возможности иных форм воздействия.

Кроме того, на наш взгляд, нет смысла в перечислении в диспозиции статьи видов опасных противоправных деяний – убийства, применения насилия, уничтожения или повреждения имущества. Теоретически, можно было бы дополнить этот список, к примеру, похищением и тому подобными деяниями. Однако все это можно обозначить как «опасные противоправные деяния».

Соответственно, целесообразным по нашему мнению представляется включение в диспозицию ч. 3 ст. 11 УПК России формулировки «… угрожают опасными противоправными деяниями либо иными формами воздействия…».

Согласно статье 6 Закона «О государственной защите потерпевших, свидетелей и иных участников уголовного судопроизводства» для обеспечения защиты жизни и здоровья защищаемых лиц и сохранности их имущества органами, обеспечивающими безопасность, могут применяться с учетом конкретных обстоятельств следующие меры безопасности: личная охрана, охрана жилища и имущества; выдача специальных средств индивидуальной защиты и оповещения об опасности; обеспечение конфиденциальности сведений о защищаемом лице;  переселение на другое место жительства; замена документов; изменение внешности; изменение места работы   (службы) или учебы; временное помещение в безопасное место; применение дополнительных мер безопасности в отношении защищаемого лица, содержащегося под стражей или находящегося в месте отбывания наказания, в том числе перевод из одного места содержания под стражей или отбывания наказания в другое.

Как мы видим, Закон содержит достаточно полный перечень возможных мер обеспечения безопасности, конкретные из которых могут быть выбраны с учетом обстоятельств дела.

Классифицировать меры безопасности можно по различным основаниям. Так, в литературе приводятся следующие классификации:

· в зависимости от отраслевой принадлежности (уголовно-правовые меры, уголовно-процессуальные меры), административные меры, оперативно-розыскные меры, меры безопасности, непосредственно не предусмотренные действующим законодательством);[8]

· предупредительные и восстановительные (до или после оказанного воздействия);

· универсальные и процессуальные (только в уголовном процессе либо же и за его пределами);

· прямые и косвенные (применяются только в отношении участников процесса либо же их близких);

· требующие значительных материальных затрат и не требующие таковых (стоимость реализации);

· применяемые должностным лицом, ведущим расследование уголовного дела, и применяемые специально уполномоченными на то законом органами (субъект применения).[9]

Мы хотим предложить свою классификацию мер обеспечения безопасности в уголовном процессе. Критерием будет выступать вид достигаемого с их помощью результата, то есть обеспечение безопасности физической, психологической, имущественной соответственно. Таким образом, меры безопасности можно разделить на следующие виды:

1. Направленные на обеспечение физической безопасности участников уголовного процесса (личная охрана; переселение на другое место жительства; временное помещение в безопасное место);

2. Направленные на обеспечение имущественной безопасности участников уголовного процесса (охрана жилища и имущества);

3. Направленные на обеспечение психологической безопасности участников уголовного процесса (выдача специальных средств оповещения об опасности; обеспечение конфиденциальности сведений о защищаемом лице; сохранение в тайне данных о личности при расследовании уголовных дел; проведение опознания в условиях, исключающих визуальное наблюдение опознающего опознаваемым; контроль и запись переговоров; изменение места работы  (службы) или учебы);

4. Меры безопасности комплексного характера (выдача специальных средств индивидуальной защиты; замена документов; изменение внешности; применение дополнительных мер безопасности в отношении защищаемого лица, содержащегося под стражей или находящегося в месте отбывания наказания, в том числе перевод из одного места содержания под стражей или отбывания наказания в другое).

Уголовно-исполнительный кодекс России содержит ряд мер, направленных на обеспечение безопасности осужденных (в данном контексте лиц, содействующих уголовному судопроизводству из числа осужденных).

Часть 1 статьи 10 УИК устанавливает, что Российская Федерация уважает и охраняет права, свободы и законные интересы осужденных, обеспечивает законность применения средств их исправления, их правовую защиту и личную безопасность при исполнении наказаний. Статья 13 УИК предусматривает право осужденных на личную безопасность. Согласно части 2 данной статьи при возникновении угрозы личной безопасности осужденного он вправе обратиться с заявлением к любому должностному лицу учреждения, исполняющего наказания в виде ареста, ограничения свободы или лишения свободы, с просьбой об обеспечении личной безопасности. В этом случае указанное должностное лицо обязано незамедлительно принять меры по обеспечению личной безопасности обратившегося осужденного. Начальник же учреждения, исполняющего предусмотренные УИК России виды наказаний, по заявлению осужденного либо по собственной инициативе принимает решение о переводе осужденного в безопасное место или иные меры, устраняющие угрозу личной безопасности осужденного.

Подобные положения содержатся также и в нормах Федерального закона «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» 1995 г. Так, согласно ч. 2 ст. 17 данного Закона, подозреваемые и обвиняемые имеют право  на личную безопасность в местах содержания под стражей. Статья 19 устанавливает, что при возникновении угрозы жизни и здоровью подозреваемого или обвиняемого либо угрозы совершения преступления против личности со стороны других подозреваемых или обвиняемых сотрудники мест содержания под стражей обязаны незамедлительно принять меры по обеспечению личной безопасности подозреваемого или обвиняемого.

Таким образом, анализируя вышеперечисленные виды мер безопасности лиц, содействующих уголовному судопроизводству, предусмотренными действующим законодательством, стоит, на наш взгляд, согласиться с А.А. Степановым, который отмечает, что «российским государством создан институт государственной защиты участников уголовного судопроизводства, который, несомненно, будет способствовать повышению эффективности борьбы с преступностью. Вместе с тем, мировой опыт защиты участников уголовного судопроизводства показывает,  что нашему государству необходимо приложить еще немало усилий для создания эффективной системы мер безопасности, соответствующей уровню передовых стран».[10]

_____________________

[1] Брусницын Л.В. Обеспечение безопасности лиц, содействующих уголовному правосудию: российский, зарубежный и международный опыт ХХ века (процессуальное исследование). М., 2001. С. 310

[2] Войников В.В. Тактика обеспечения безопасности в уголовном  судопроизводстве. Автореф. дисс. … канд. юрид. наук. Калининград,  2002. С. 6

[3] Марченко С.Л. Обеспечение безопасности участников уголовного процесса. Автореф. дисс. … канд. юрид. наук. М., 1994.  С. 12

[4] Епихин А.Ю. К вопросу о безопасности защищаемых лиц в уголовном процессе. // Российский следователь, 2002, № 2. С. 14

[5] Брусницын Л.В. Обеспечение безопасности лиц, содействующих уголовному правосудию: российский, зарубежный и международный опыт ХХ века (процессуальное исследование). М., 2001. С. 45

[6] Дубоносов Е.С. Проблемы оперативно-розыскного обеспечения защиты свидетеля в уголовном судопроизводстве. // Уголовно-процессуальные и криминалистические проблемы борьбы с преступностью в современных условиях: Материалы межвузовской научно-практической конференции. Вып. 6. Орел, ОрЮИ МВД России, 2003. С. 19-20

[7] Уголовное дело № 57, архив СО УФСБ России по СКВО, 2005 г.

[8] Войников В.В. Тактика обеспечения безопасности в уголовном  судопроизводстве. Автореф. дисс. … канд. юрид. наук. Калининград,  2002. С. 9

[9] Шапакидзе В.Я. Обеспечение процессуальной безопасности частных лиц в досудебном уголовном судопроизводстве. Дисс. … канд. юрид. наук. Волгоград, 2003. С. 27

[10] Степанов А.А. Проблемы обеспечения безопасности участников уголовного судопроизводства по делам о преступлениях, совершенных организованными преступными группами. // Вестник криминалистики, 2004, № 3 (11). С. 65

Категория: Правоохранительная деятельность | Добавил: x5443x (11.01.2016)
Просмотров: 261 | Теги: уголовный, судопроизводство | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]
...




Copyright MyCorp © 2016