Суббота, 03.12.2016, 07:37
Высшее образование
Приветствую Вас Гость | RSS
Поиск по сайту


Главная » Статьи » История. Философия

РАЗВИТИЕ ОТЕЧЕСТВЕННОЙ ИНДОЛОГИИ В 1917-1934 гг.

О.А.Яранцев

РАЗВИТИЕ ОТЕЧЕСТВЕННОЙ ИНДОЛОГИИ В 1917-1934 гг.

Статья посвящена актуальной для отечественной индологии проблеме институционального оформления и преемственности дореволюционной и советской гуманитарной науки.

Ключевые слова: социально-экономические отношения, феодализм, азиатский способ производства, индийская община.

 
Уже во время гражданской войны советское правительство организовывает ряд научных центров по изучению Востока. Декретом ВЦИК от 12 декабря 1920 года утверждена Всероссийская научная ассоциация востоковедения (ВНАВ). В 1921 году создана Коллегия востоковедов при Азиатском музее, она приняла на себя продолжение деятельности бывшего Восточного отделения Русского археологического общества. На смену «Записок Восточного Отделения», которые заканчиваются XXVI томом, начинается издание «Записок коллегии востоковедения» [13, с. 509]. Также созданы Институт востоковедения им. Нариманова в Москве и Институт живых восточных языков им. Енукидзе в Ленинграде. Центральное место среди этих учреждений занимала ВНАВ. Постановлением президиума ЦИК от 18 апреля 1924 года Ассоциация в связи с ликвидацией Наркомнаца была преобразована во Всесоюзную научную Ассоциацию востоковедения при ЦИК СССР. С 1922 года в Москве издается печатный орган ВНАВ журнал «Новый Восток» под редакцией М. Павловича (Вельтмана). Содержание журнала первоначально подразделялось на два отдела: политико-экономический и историко-этнологический. К последнему номеру журнала второй отдел исчез.

В книге первой Михаил Павлович изложил задачи ВНАВ: «ВНАВ, наряду со специально научными задачами, может преследовать лишь цели экономического и духовного раскрепощения Востока» [12, с. 5]. Ситуация в советском востоковедении тех первых послевоенных лет была, по его мнению, удручающей: «У нас нет науки Древнего Востока, у нас есть несколько отдельных ученых, самостоятельно усвоивших ту или другую из отраслей и по собственной охоте и на собственный страх и риск введших ее в состав университетского преподавания в качестве необязательных предметов и подаривших нашей науке несколько ценных, но разрозненных трудов, но у нас нет ни кафедр в университетах по языкам и литературам Древнего Востока, ни ученых обществ, посвятивших себя главным образом этой задаче, ни музеев, поставивших своей непременной задачей приобретение драгоценных памятников древнейших культур человечества, ни специальных изданий посвященных разработке таковых памятников, это все еще в наших мечтах» [12, с. 8]. Уже в первых номерах журнала просматривается конфликт между востоковедами старой дореволюционной школы и организаторами марксистских институтов и журналов: «некоторые цеховые ученые в области востоковедения не замечают этого сдвига и поэтому они или индифферентно или порой враждебно относятся ко всяким новым начинаниям в этой сфере, стремясь, старыми рутинными рамками отгородится от новых властных требований жизни, от общения с новыми отрядами нарождающихся востоковедов и практических работников на Востоке, которым суждено начать новую эру в истории русского востоковедения» [12, с. 9]. Среди других задач Ассоциации Павлович называл следующие: «ВНАВ должна явиться высшим научным органом, изучающим Восток, распространяющим в широких народных массах научные знания о Востоке и одновременно помогающим Советской власти в установлении правильной политики по отношению к народам Востока» [12, с. 10]. Таким образом, силы отечественного востоковедения теперь берутся под контроль, отныне их деятельность подлежит планированию и ставится на службу государственным нуждам. Государство требовало скорейшего изучения современного Востока. Многие отечественные индологи, как, например Ф.И. Щербатской и другие, бойкотировали такой нажим и игнорировали призывы к переориентации научной деятельности. Традиция в исследовании индийской культуры в России прервалась. Задачи, поставленные перед отечественными индологами, не отвечали существующей источниковой базе и научным интересам самих индологов. Экспедиции и поездки в Индию прекратились. Научные публикации по проблемам истории древней Индии в 20-е годы сводились в основном к рецензиям на европейские работы [14, с. 537-540]. В рецензиях комментировались такие вопросы, как датировка «Артха-шастры», влияние похода Александра Македонского на последующие события индийской истории, роль в генезисе индийской культуры арийского и дравидийского субстратов. Отмечались недостатки, присущие западной индологии. Рецензенты считали, что историю древней Индии следует рассматривать в мировом масштабе, кроме того, авторы этих работ либо англичане, долго жившие в Индии, либо индийцы, а потому их впечатления страдали предвзятостью [14, с. 537]. Кембриджская история Индии 1922 года, по мнению С.Ф. Ольденбурга, не дает последовательного и целостного изложения развития Индии, это набор монографий по разнообразным вопросам,причем между авторами статей есть противоречия. Также он считал чрезмерным внимание, уделенное авторами труда походу Александра Македонского, утверждая, что оно превышает степень того влияния, которое греки имели для Индии [14, с. 539]. Анализируя книгу Рапсона Древняя Индии с древнейших времен до первых веков н. э., вышедшую в 1916 году, С.Ф. Ольденбург критиковал положение об отсутствии всякого единства в Индии, подчеркивая, что культурно это единый регион [15, с. 541]. К другим отмеченным недостаткам западных публикаций он относил недооценку влияния дравидийского субстрата на становление индийской культуры, малое внимание к роли и истории Восточного города. Пристальное внимание советских индологов привлекали работы, появившиеся после открытия Артхашастры. Этот памятник дал возможность сравнить свидетельства античных источников с индийской традицией. Данной проблеме посвятил свою работу Отто Штейн. В рецензии на эту книгу [10, с. 427] отмечалось, что Штейн неверно оценил степень сходства свидетельств Мегасфена и Каутильи. Для западной историографии вообще была популярна тема связей Индии и западного мира. Но эти связи рассматривались прежде всего как культурные, в основном в литературно-художественном аспекте, что отмечалось советскими рецензентами [19, с. 307]. Рецензированию также подвергались работы, посвященные государственному устройству древней Индии и ее экономике [8, с. 356-359]. В этих трудах критиковались прежде всего рассуждения о происхождении частной собственности, причины ее зарождения авторы видели в религиозных верованиях ариев и ссылались на ведий-  омскую литературу. По вопросам государственного устройства советские рецензенты обнаруживают больше солидарности, так как некоторые положения подтверждали марксистскую закономерность исторического процесса и положение о принципиальном единстве всемирной истории. В частности, факт обнаружения в Индии республиканских образований, которым наследовали империи, служил для советских авторов основанием для аналогий с античной Европой. В рецензии также ставится вопрос о формационной принадлежности Индии. Джаясвал в своей «Индийской политике» утверждает, что отсутствие права собственности на землю у царя делает невозможным применение к Индии феодальной теории. Советский рецензент отмечает, что факт раздачи царем доходов с земель и есть феодализм, юридическое право собственности здесь необязательно. Ряд авторов вынуждены констатировать слабую проработку вопросов социально-политического развития древней Индии в отечественной историографии.

Как секретарь Академии наук С. Ольденбург пытался скорректировать тот резкий поворот к изучению новой и новейшей истории Востока, который осуществляли историки-марксисты. Он утверждал, что под широкое практическое изучение Востока, предпринятое после революции, следует подвести теоретическое основание, необходимо ввести в оборот источники, для чего следует сконцентрироваться на изучении языка, истории и литературы Востока. Н. Павлович не согласен, он считает, что языки надо изучать, но в плане теории дореволюционное востоковедение ничего не сделало.

Со второй половины 1920-х годов развертывается дискуссия о формациях на Востоке. Она была вызвана оценкой Китайской революции 1925-1927 годов. В рамках этой дискуссии во ВНАВ организуется комиссия по изучению феодализма и аграрных отношений в странах Востока. В комиссии прозвучал ряд докладов по этой проблеме. Редко кто из участников дискуссии владел источниками по проблеме, поэтому апеллировали к различным высказываниям основоположников марксизма. Дискуссия осложнялась нарастающим в стране политическим напряжением, в такой атмосфере высказывать свои истинные взгляды было опасно, это могли себе позволить только известные ученые с мировой славой. Так, В. В. Бартольд выступил со статьей о феодализме в Иране [2, с. 108-116]. Данная статься подверглась жесткой критике. Спор велся в основном при помощи ссылок на работы Маркса. Критики считали, что В. В. Бартольд приписал Марксу утверждение о связи между искусственным орошением и отсутствием феодализма. А потом стал доказывать, что феодализм на Востоке был. Причем эта ошибка связывалась с неправильным пониманием марксистской методологии, излишним вниманием к надстроечным институтам в ущерб производственным отношениям [4, с. 120]. С. Иранский полагал, что частная собственность на землю на Востоке принадлежала государству, а задержалась в его руках в силу более трудной, чем на западе, технике земледелия (орошение), поэтому Восток - это не другой путь развития, а пример отставания [4, с. 122]. Эти ученые стояли на позициях традиционной европейской науки, утверждающей принципиальное отличие западных и восточных обществ. Специфику восточных обществ они видели в отсутствии частной собственности, надклассовости государства, всеобщем равенстве соседских общин [11, с. 176]. Историки-марксисты, говоря о Востоке, предпочитали писать о феодализме. Среди них поначалу не было не только востоковедов, но и вообще специалистов по древней истории. Занимаясь древностью, они Грецию и Рим изображали рабовладельческими, а страны Востока - феодальными. Вскоре единство историков- марксистов дало трещину, одни поддержали теорию азиатского способа производства (Л.И. Мадьяр [9], М.Д. Кокин [7]), другие отвергли (Е. С. Иолк [3]). В первое время доминировала точка зрения сторонников азиатского способа производства. Но к 1931 году их позиции пошатнулись, Е.С. Иолк и Г. А. Сафаров [17] доказывали, что уже в древнем Китае была частная собственность и антагонистические классы. Теперь возобладала «феодальная» теория, и тоже ненадолго. В.Н. Никифоров считал, что главный итог этих дискуссий в том, что «все авторы приняли учение об общественно-экономических формациях» [11, с. 182]. Дискуссия велась на китайских материалах, тем не менее, ее выводы экстраполировались на весь Восток. Постепенно стала формироваться концепция о принципиальном единстве развития древнего мира по рабовладельческому пути. Ее выдвинули В.В. Струве и С. И. Ковалев. В 1933 году Струве выступил с докладом «Проблема зарождения, развития и разложения рабовладельческих обществ древнего Востока» [18]. На шумерских и египетских источниках он доказывал наличие там рабовладения, причем в ярко выраженной форме, особенно для III династии Ура. С этого момента и на 30 лет вперед эта концепция стала доминирующей и получила идеологическую поддержку государства.

Источниковой базой для первых советских профессиональных индологов стала не только религиозная литература, но и правовые сборники древней Индии. Дореволюционные индологи предпочитали иметь дело с религиозными текстами, сочинения по истории Индии были крайне редки. Советская индология, наоборот, стремилась дать картину социально-экономического и политического развития Индии. Важнейшими источниками теперь признаются не религиозные трактаты, а сборники законов. И советские, и дореволюционные индологи отмечали ненадежность содержащихся в индийских источниках сведений: сложность датировки, поздняя запись памятников, которые долгое время существовали в устной традиции, отсутствие исторической науки в древней Индии, все это усложняло работу исследователей. Дореволюционные индологи считали, что такие источники делают работы по социально-экономической и политической истории Индии ненаучным занятием. Ф.И. Щер- батской и другие устранились от работ по этой тематике. Тем не менее, С.Ф. Ольденбург возглавил группу отечественных индологов, которые приступили к переводу «Артхашастры» Каутильи, важнейшего памятника по истории империи Маурьев. К 1931 году перевод, хотя и неполный, был завершен, опубликован он был только в 1959 году, в ходе работы развернулась дискуссия по датировке этого памятника. С.Ф. Ольденбург в русле индийской традиции относил Артха- шастру к IV в. до н. э. [1, с. 522], такого же мнения придерживался Д.А. Сулейкин. В.И. Кальянов, который завершил перевод этого сборника законов, датировал письменную фиксацию памятника не ранее I-III века н. э. По его мнению, на это указывает, отображенное в сборнике разделение наук, повествование от третьего лица, использование языка сутр.

В. И. Кальянов предположил, что «Артхашастра» «возникла не сразу, а формировалась на протяжении длительного периода между первыми веками до нашей эры и первыми веками нашей эры» [1, с. 521522]. В статье 1939 года [6, с. 95-101] В.И. Кальянов предположил, что время составления данного памятника между 321 и 296 годами до н. э. Это руководство по управлению государством не было оригинальным, а базировалось на основании многих других подобных трактатов. В пользу такой датировки говорит упоминание монет эпохи Маурьев и свидетельства Мегасфена.

Подводя итог этому этапу развития отечественной индологии, можно отметить окончательное утверждение марксистской методологии в качестве единственной парадигмы, определяющей выбор тематики исследований, подбор источников. Созданы предпосылки для появления первых марксистских специальных работ по социально-политической и экономической истории древней Индии. Вводятся в оборот источники, могущие пролить свет на проблемы, относящиеся именно к этой тематике. Вместе с тем, серьезному испытанию подвергается прочность связи между дореволюционным и советским поколением индологов. Оказывается прерванной традиция исследования религии и культуры индийских народов, разрушается советская буддологическая школа.

Библиографический список

1. Артхашастра, или «Наука политики» / пер. с санскрита; изд. подгот. В.И. Кальянов. - М. : Наука, 1993.
2. Бартольд В.В. К вопросу о феодализме в Иране // Новый Восток. - 1930. - № 28.
3. Иолк. Е. К вопросу об «азиатском» способе производства // Под знаменем марксизма. - 1931. - № 3.
4. Иранский С. Несколько замечаний к статье В.В. Бартольда // Новый Восток. - 1930. - № 28.
5. Историография истории Древнего Востока: Иран, Средняя Азия, Индия, Китай. - СПб. : Алетейя, 2002.
6. Кальянов В.И. Артхашастра - Политико-экономический трактат древней Индии // ВДИ. - 1939. - № 2.
7. Кокин М.Д. Цзинь-тянь. Аграрный строй древнего Китая / М.Д. Кокин, Г.К. Папаян. - Л., 1930.
8. Критикус рецензия на книги 1. Prophullachandra Basu. Indo-Arian Polity. London, 1925 pages 146. 2. Jayaswal. Hindu Polity. Calcutta, 1924. Pages 273. 3. Chunild Anand. An Introduction to the History of Government in India. Part I. The Hindu period. Lahore, 1924. Pages 382. // Новый Восток. - 1927. - № 25.
9. Мадьяр Л. Экономика сельского хозяйства в Китае. - М.-Л., 1928.
10. Мсрианц Л. Рецензия на работу Pr. Otto Stein. Megasthenes und Kautilya. Wine 1922 // Новый Восток. - 1924. - № 5.
11. Никифоров В.Н. Восток и всемирная история. - М. : Наука, 1977.
12. Новый Восток. - 1922. - Кн. 1.
13. Новый Восток. - 1924. - № 5.
14. Ольденбург С. Рецензия на книгу The Cambridge History of India. Volum 1. Ancient India. Edited by E. J. Rapson. Cambridge 1922 // Новый Восток. -
1923. - № 3.
15. Ольденбург С. Рецензия на книгу E. J. Rapson. Ancient India from the earliest times to the first century A.D. Cambridge 1916 // Новый Восток. - 1923. - № 3.
16. Ольденбург С.Ф. Рецензия // Новый Восток. - 1924. - № 5.
17. Сафаров Г.А. Очерки по истории Китая. - М., 1933.
18. Струве В.В. Проблема зарождения, развития и разложения рабовладельческих обществ древнего Востока. - М.-Л., 1934.
19. Штруссер А. Рецензия на H. G. Rawlinson. Itercourse between India an the western word. 2 d. edition. Cambridge, 1926. pp. 196 // Новый Восток. - 1928. - № 22.

Вестник Северо-Восточного государственного университета
Магадан 2013. Выпуск 19

Категория: История. Философия | Добавил: x5443 (22.11.2016)
Просмотров: 8 | Теги: ИНДОЛОГИЯ | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]
...




Copyright MyCorp © 2016