Суббота, 03.12.2016, 03:22
Высшее образование
Приветствую Вас Гость | RSS
Поиск по сайту


Главная » Статьи » Культура. Общество. Психология

ИССЛЕДОВАНИЕ ЖИЗНЕННЫХ СТРАТЕГИЙ НАСЕЛЕНИЯ РЕГИОНА В СОВРЕМЕННОЙ СОЦИАЛЬНО-ЭКОНОМИЧЕСКОЙ СИТУАЦИИ

ИССЛЕДОВАНИЕ ЖИЗНЕННЫХ СТРАТЕГИЙ НАСЕЛЕНИЯ РЕГИОНА В СОВРЕМЕННОЙ СОЦИАЛЬНО-ЭКОНОМИЧЕСКОЙ СИТУАЦИИ

С.А.Кузнецова

В статье представлены предварительные результаты исследования, выполненного в рам­ках Аналитической ведомственной целевой программы «Развитие научного потенциала выс­шей школы на 2009—2010 годы», общая тема которого — «Исследование динамики страте­гий жизненного и профессионального пути населения региона под влиянием макросоциальных изменений». Исследование рассчитано на два года. Целью первого этапа является ана­лиз жизненных стратегий населения региона в современной социально-экономической си­туации. Исполнителями работы выступил научный коллектив в составе канд. психол. наук, доцента С.А. Кузнецовой; канд. психол. наук, доцента И.Ю. Кузнецова; сотрудниц кафедры психологии СВГУ А.А. Викуловой, И.А. Смирновой, В.С. Филевской.

На территории Магаданской области в разные годы проводились многочисленные науч­ные исследования, посвященные психологическим проблемам человека на Севере. Можно перечислить несколько направлений исследований, отличающихся предметом и выполнен­ных с использованием разной методологии и методов.

Это, во-первых, адаптационное направление психологических и психофизиологических исследований, которые проводились в 1978-1987 гг. сотрудниками лаборатории психодиаг­ностики 1-го Московского медицинского института под руководством Ф.Б. Березина совмест­но с сотрудниками ИБПС РАН (г. Магадан) [Психическая адаптация человека…, 1980]. Пред­метом исследований являлись факторы социально-психологической адаптации человека на Севере. В этот исторический период изучение «приживаемости» человека на Севере было актуально в связи с необходимостью освоения ресурсов и привлечением населения по орг-набору.

Следующее направление исследований - «сценарное» направление, оформившееся в середине - конце 1990-х гг., в период обвальной миграции людей с Севера вследствие ост­рого социально-экономического кризиса. В центре исследований были стереотипные жиз­ненные сценарии, чаще неосознаваемые, которые включали в свою структуру миграцион­ные намерения (В.П. Серкин, И.Ю. Кузнецов, С.А. Кузнецова и др.), предметом исследова­ний выступали также невротические механизмы их построения. Вводились понятия «невроз отложенной жизни», «северный невроз», «северный миф» [Серкин, 2001], «северная рацио­нализация» [Кузнецова, 1999].

Дальнейшие исследования, реализующиеся в конце 1990-х-начале 2000 года, стали от­личаться, как правило, комплексными предметами изучения. Это «жизненный путь северян» [Кузнецова, 1999], региональный образ жизни и образ мира [Серкин, 2005]. Объединяла эти работы методология деятельностного подхода, акцент на ведущей роли труда, профессио­нальной деятельности в развитии личности на Севере. Проводились социологические ис­следования жизненных стратегий [Дудник, 2002]. В частности, в исследовании О.В. Дудника описаны эффективные и неэффективные жизненные стратегии в условиях трансформации российского общества на примере жителей Магадана. Там же отмечается, что женщины, как правило, используют неэффективные стратегии.

В 2001 г. при поддержке гранта Дж. и К. Макартуров нами было проведено масштабное исследование социально-психологической адаптации женщин Магаданской области. Исполь­зовался комплекс методов, одним из основных являлся метод ММИЛ (MMPI в адаптации Ф.Б. Березина). Это тот же метод, который применялся в региональных исследованиях в 1978-1987 гг. коллективом под руководством Ф.Б. Березина. Одной из целей исследования было сравнение данных Ф.Б. Березина с соавторами и наших данных, полученных в разных социально-экономических условиях. Исследование описано в совместной с И.Ю. Кузнецо­вым монографии «Самоопределение личности на жизненном пути» [Кузнецов, Кузнецова, 2003]. В настоящее время мы проводим исследование женщин сопоставимыми методами (ММИЛ, аналогичной анкетой, модифицированной методикой Е.Б. Фанталовой, которая ис­пользовалась нами в 1998-2001 гг. и опросником КЖ-100) .

Таким образом, имеются данные, полученные сопоставимыми методами, предоставляющими возможность применить ретроспективное сравнительное исследование наших дан­ных, полученных в 2001 и 2009 гг., и данные других авторов за 1978-1987 гг. Это позволит, во-первых, описать жизненные стратегии населения региона в современной социально-эко­номической ситуации; во-вторых, даст возможность описать динамику жизненных стратегий населения региона под влиянием макросоциальных изменений на примере женщин. В этом и заключается замысел исследования.

Проблема состоит в том, что исследования проводились в разные годы с использованием разной методологии. Следовательно, необходимо провести работу по поиску теоретико-мето­дологических оснований, позволяющих обобщить результаты разных лет с учетом современ­ных тенденций в науке. В методологии деятельностного подхода, культурно-историче­ской психологии одним из центральных положений является социально-историческая обу­словленность психики. Поскольку объектом нашего исследования являются женщины, умест­но применение опыта рассмотрения вопросов гендера с позиций культурно-исторического подхода. «Гендер имеет социальное происхождение и культурное своеобразие… он производится в условиях конкретного общества в системе общественных отношений, складываю­щихся из действий конкретных личностей (т. е. в процессе социально-символического взаимо­действия) и регулируется определенными социальными нормами и ожиданиями, которые путем интериоризации присваиваются личностью и в дальнейшем могут играть важную роль в овладении ею своим внутренним миром и поведением» [Семенова, 2008]. Однако в целом культурно-историческая психология до настоящего времени интересующего нас аспекта, т. е. изменения личности в зависимости от социально-исторических изменений, практически не касалась. В восполнении этого пробела мы видим трудность и теоретическую актуальность нашего исследования.

Исходя из положения о социально-исторической обусловленности психики, мы можем сформулировать общую гипотезу о наличии содержательной динамики жизненных стратегий женщин в зависимости от изменений макросоциальных условий.

Жизненные стратегии, по определению К.А. Абульхановой-Славской, это «умение соеди­нять свои индивидуальные возможности, собственные притязания с требованиями общест­ва, окружающих» [Абульханова-Славская, 1991]. «Стратегия жизни состоит в способах изме­нения, преобразования условий, ситуаций жизни в соответствии с ценностями личности… и в нахождении самого себя» [Там же, с. 68].

В нашем исследовании жизненные стратегии включают в себя перспективное планирова­ние: долгосрочные решения, принятые на основе ведущих мотивов и ценностей, устойчивых личностных способов реагирования на трудные жизненные ситуации, определяющие в це­лом деятельность и частные решения. Специфика региональных жизненных стратегий в том, что они включают в себя миграционные решения в ту или другую сторону. Специфика жен­ских жизненных стратегий — в решениях относительно планов рождения детей. Эффектив­ность или неэффективность жизненных стратегий определяется возможностью достижения значимых целей и сохранением психологического здоровья.

Эмпирическая задача исследования состояла в сборе и анализе данных. В настоящий момент с применением анкеты и методики MMPI (ММИЛ) обследовано 317 человек, из них — 219 — жительницы Магадана, и 98 — жительницы области, с использованием модифициро­ванной методики Е.Б. Фанталовой и опросника КЖ-100 — 74 человека.

Представим результаты, которые касаются долгосрочных решений и их основания. Рас­пространенность миграционных намерений в Магадане и области значимо не различается. Они примерно в равных долях желают и не желают переезжать из региона. Судя по данным предыдущего исследования, процент женщин, желающих выехать из региона, несколько сни­зился. Но доля желающих выехать все еще велика, на уровне 50 %. Прочные межличност­ные связи в ближайшем окружении, как это отмечалось в исследованиях 1980-х гг. [Психичес­кая адаптация человека…, 1980], являются важным фактором приверженности жизни в Магада­не и области. Так, в качестве причины нежелания уезжать из региона большинство респон-денток обозначает «социальные» причины. В общей сумме 76 % в Магадане и 74 % в области называют «нравится образ жизни, отношения между людьми», «дороги друзья, знакомые», «здесь живут мои родственники». В меньшей степени, но также «закрепляют на данном месте жительства» женщин из Магадана и области работа или образование. Единствен­ное различие в ответах между выборками в указываемых причинах желания переехать — статистически более частые ответы жительниц области о желании «быть ближе к родствен­никам, друзьям». Удерживающими причинами при желании переехать остаются преиму­щественно «недостаточно средств на переселение» (28 %) и отсутствие жилья (25 % — Мага­дан, 35 % — область). Доля социальных мотивов для желающих переехать в качестве удер­живающей причины уменьшается. Видимо, у них значимые другие люди чаще находятся за пределами области (о чем говорит первый ранг ответов о причинах миграции «хочу быть ближе к родственникам, друзьям» в обеих выборках — городской и областной).

Изучение структуры ценностных ориентаций также подтверждает значимость для иссле­дованных женщин ценностей межличностных отношений и социального окружения. Однако для желающих переезжать при этом достаточно значимой ценностью является интересная работа. Этот вывод касается более молодой части выборки. Возможно, желание переехать связано с фрустрацией этой ценности.

Неудовлетворенность местом работы также чаще встречается (11 % против 3 %) у более молодых жительниц Магадана по сравнению с областной выборкой. Мы предварительно объясняем этот факт более высоким уровнем притязаний женщин, имеющих высокий уро­вень образования, и временной занятостью студенток.

Таким образом, можно поставить предварительную гипотезу о потребности в профессио­нальной самореализации как важном факторе миграционных намерений у молодых женщин.

Более молодые жительницы областного центра статистически чаще (32 %) по сравнению с жительницами области (13 %) отвечают положительно на вопрос о планировании рожде­ния детей в ближайшие три года. Тем не менее более высок процент женщин, не планирую­щих рождение детей в ближайшие три года (61 % - Магадан, 84 % - область).

По полученным результатам с использованием методики ММИЛ, в Магадане доля дезадап­тированных женщин (со стабильным нарушением психологического здоровья, согласно кри­териям авторов адаптации методики) равна 26 %, в населенных пунктах области - 28,57 %. По сравнению с 2001 г. динамика разнонаправленная: в населенных пунктах Магадан­ской области доля дезадаптированных женщин уменьшилась, а в областном центре (Мага­дане) - увеличилась. Некоторая стабилизация психологического здоровья в поселках об­ласти связана со снижением остроты проблем, которые еще были актуальны в 2001 г. (кри­зис в золотодобывающей отрасли, закрытие горнообогатительных предприятий, расселение неперспективных поселков, невыплата зарплат и т. п.). Однако показатели дезадаптации су­щественно выше по сравнению с данными, полученными на территории Магаданской об­ласти Ф.Б. Березиным и соавторами в 1980-х гг.

Довольно выраженные средние показатели в Магадане по шкале 9 («отрицания тревоги и гипоманиакальных тенденций») свидетельствуют об активности и оптимизме (иногда плохо организованной активности и нереалистичном оптимизме в зависимости от индивидуальной степени выраженности этих показателей). В целом активность, оптимистичность представ­ляется достаточно адекватной стратегией. Активность, повышенная мотивация достижения успеха по сравнению с избеганием неудач на протяжении истории являлась отличительной особенностью жителей области [Психическая адаптация человека…, 1980]. Но эти показате­ли часто сочетаются с повышенными показателями по оценочной шкале достоверности F что свидетельствует о напряженности, тревоге, потребности в помощи.

Подобные тенденции мы отмечали в предыдущем исследовании у выборки молодых жен­щин, стремящихся повышать свое образование, добиваться конкурентных преимуществ и социального успеха [Кузнецов, Кузнецова, 2003]. Таким образом, самый общий анализ поз­воляет поставить гипотезу о влиянии макросоциально-экономических условий на выбор способов личностного реагирования. В условиях рыночной экономики с ее периодическими кризисными явлениями, необходимостью конкуренции обостряется ценность социального ус­пеха, что влечет за собой как усиление активности и мотивации достижения успеха, так и усиление тревоги и напряженности.

В целом при сравнении данных наших исследований разных лет [Кузнецова, 1999; Кузне­цов, Кузнецова, 2003] можно говорить о некоторой стабилизации условий в регионе. Женщи­ны, не желающие переезжать из региона, считают возможным реализацию значимых ценно­стей на месте проживания и расценивают условия для реализации этих ценностей в цен­тральных районах России (ЦРС) как менее благоприятные. Для женщин, желающих пере­ехать, условия Севера не вполне позволяют самореализоваться (в частности, в сфере про­фессиональной деятельности), тем не менее они не идеализируют условия в ЦРС и готовы к возможным трудностям при переезде. Остается проблемой достаточно низкая оценка со сто­роны студенток и молодых женщин, имеющих высшее образование, перспектив интересной работы в условиях региона. Если профессиональная самореализация молодежи будет за­труднена, регион может потерять в связи с миграцией особенно заинтересованную в профес­сиональном развитии часть молодых образованных женщин.

Ближайшая перспектива - более подробное описание эффективных и неэффективных стратегий женщин в современных социально-экономических условиях и динамики стратегий, что является задачей второго этапа исследования.

К настоящему моменту предварительные результаты используются в учебном процессе в рамках спецкурса «Социально-психологические проблемы жителей региона», в индиви­дуальном психологическом консультировании на психологической службе СВГУ.

Библиографический список

1. Альбуханова-Славская К.А. Стратегия жизни. — М., 1991.

2. Дудник О.В. Жизненные стратегии северян в условиях трансформации российского общества : автореф. дис. … канд. социол. наук. — М., 2002.

3. Кузнецова С.А. Пространственно-временные и личностные аспекты жизненного пути северян : автореф. дис. ... канд. психол. наук. — М., 1999.

4. Кузнецов И.Ю. Самоопределение личности на жизненном пути / И.Ю. Кузнецов, С.А. Кузнецова. — Мага­дан, 2003.

5. Психическая адаптация человека в условиях Севера. — Владивосток, 1980.

6. Семенова Л.Э. Гендерный подход в контексте культурно-исторической психологии Л.С. Выготского // Куль­турно-историческая психология. — 2008. — № 2. — С. 69—72.

7. Серкин В.П. Невроз отложенной жизни (НОЖ) и северный невроз // Ученые записки кафедры психологии Северного международного университета. Вып. 1: к 10-летию кафедры (1991—2001). — Магадан, 2001. / под ред. В.П. Серкина. — С. 113—117.

8. Серкин В.П. Образ мира и образ жизни. — Магадан 2005.

Категория: Культура. Общество. Психология | Добавил: x5443 (04.02.2016)
Просмотров: 160 | Теги: СОЦИАЛЬНО-ЭКОНОМИЧЕСКОЙ | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]
...




Copyright MyCorp © 2016