Пятница, 28.07.2017, 11:38
Высшее образование
Приветствую Вас Гость | RSS
Поиск по сайту



Главная » Статьи » Филология и перевод

ЖАНРОВОЕ СВОЕОБРАЗИЕ ПОВЕСТИ В. ЛЕОНТЬЕВА «МАЛЬЧИШКА ИЗ УВЭЛЕНА»

М.И.Райзман

ЖАНРОВОЕ СВОЕОБРАЗИЕ ПОВЕСТИ В. ЛЕОНТЬЕВА «МАЛЬЧИШКА ИЗ УВЭЛЕНА»

В статье «Жанровое своеобразие повести В. Леонтьева «Мальчишка из Увэлена» ставится задача увидеть повесть частью цикла художественных произведений писателя, посвященных Чукотке и чукотскому народу. Повесть носит автобиографический характер, ее отличает высокий уровень достоверности. Автор активно использует знание быта и обычаев, традиций и верований чукчей и эскимосов, помогающих дать нравственно-философскую характеристику отдельным малочисленным народам Крайнего Северо-Востока России.

По жанру повесть приближается к одному из вариантов романа воспитания, главными проблемами и темами которого являются проблема становления личности и проблема открытия и освоения мира. Поэтому важное значение приобретают взаимоотношения героя- ученика и наставников. Кроме того, в произведении встречаются элементы романа испытания. Воссоздавая художественным средствами особенности чукотского языка и мышления, писатель воспроизводит психологию народа, с которым породнился. В повести переплетены старое и новое, что помогает понять значение перемен, происходящих в жизни коренных народов Северо-Востока России.

Ключевые слова: роман воспитания, элементы романа испытания, герой-ученик, наставники, автобиографическая повесть, построенная по законам художественного произведения.

 

В 1982 г. В. Леонтьев выпускает сборник «Пора охоты на моржей», куда входит повесть «Мальчишка из Увэлена», рассказы «Пора охоты на моржей», «Я тоже хочу говорить по-русски» и «Старики чудаки: короткие рассказы». Сборник переиздавался в 1984 г.

Сейчас, спустя четверть века после ухода из жизни В. Леонтьева, его небольшой по объему ряд художественных произведений видится циклом, так как в них присутствуют общие (сквозные) герои - Глебов, Владик (позднее инспектор облоно), Кагье, Рычып и другие: чаще всего местом действия является Чукотка, точнее чукотские приморские поселки; время действия приходится на вторую половину 30-х-40-е гг.; поставлена и в целом успешно решена задача показать, как на Чукотке коллективизация делает первые шаги, а рядом развивается тема формирования сознания, собственной жизненной позиции на примере подрастающего Владика. Причем активное участие в возмужании героев принимают как русский коммунист Глебов, так и мудрые старики Кагье, Рычып; естественно, важное значение в этом открытии и осмыслении мира и своего места в нем имеют исторические события, происходящие в это время в стране и на Чукотке.

Повесть носит автобиографический характер: автор не скрывает, что в основу образа Владика легли воспоминания о собственном детстве и юности; большинство героев выведено под собственными именами (в основном это касается жителей Уэлена и Наукана); лишь в отдельных случаях в образе Глебова угадывается отец писателя, в образе Якова Петровича Быстракова - Пётр Яковлевич Скорик; в образе Льва Васильевича, директора школы, угадывается реальный человек - Лев Васильевич Беликов, впоследствии доктор филологических наук, специалист по чукотскому языку; точно указываются географические названия поселков, стойбищ, проливов, островов, даже расстояние между поселками в километрах и днях пути. Можно с большей или меньшей вероятностью вычислить даты каждого крупного события в жизни Владика и жителей Уэлена.

Автор считает необходимым и справедливым указать и чукотские, и эскимосские названия: мыс Пээк («толстый, надутый» по- чукотски), по-эскимосски называется «камень». Мыс Дежнева по-чукотски называется Уйвэн, остров Ратманова - по-чукотски Име- лин, по-эскимосски Имаклик. Интересно, что общепринятое название Уэлена в повести немного изменено на Увэлен (чук.).

В повести появляются как исторические сведения о Наукане и жителях этого древнего эскимосского поселка, так и легенды (например, о взаимоотношениях между родами, сложившихся в далеком прошлом).

Произведение отличает высокий уровень достоверности, которому автор придает большое значение. Писатель придерживается правила: не поверят в малом, не поверят в большом. Я думаю, что В. Леонтьев испытал большое влияние М. Шолохова и остался под сильным впечатлением от романа «Поднятая целина», первая часть которого вышла в 1932 г., вторая - в 1959-1960 гг. Роман Шолохова посвящен судьбе деревни (на примере казацкой станицы), переживающей процесс коллективизации в начале 30-х гг. ХХ в. Такой же процесс переживает Чукотка примерно в те же годы в повести «Антымав- ле - торговый человек». Как Шолохов, заботясь, чтобы казаки поверили курсу партии на организацию колхозов, придавал огромное значение правдивости изображения, зная, что казаки будут читать и обсуждать книгу чуть ли не постранично, сопоставляя события в романе с тем, что они наблюдали в природе и в истории страны, Дона и своей истории (так и было в действительности), так и Леонтьев стремился не изменять этому принципу.

Того же принципа придерживается Леонтьев спустя почти 20 лет в повести «Мальчишка из Увэлена».

Важную роль в жизни чукчей и эскимосов играют обычаи, описанию которых автор уделяет большое место. Когда Владик поймал утку и принес домой, старик Рычып затеял с ним борьбу. «Вот так всегда встречают юношу, принесшего первую настоящую добычу. Ты теперь уже настоящий охотник!» [1, с. 68] (своеобразная форма инициации). Устроив праздник по случаю добычи гренландского кита, уэленцы пригласили чукчей и эскимосов из соседних поселков - Инчоуна, Кенис- куна и Наукана - и «мясо разделили мясо по бригадам, выделив двадцать процентов колхозу, а затем и персонально на каждого охотника» [1, с. 70]. Вообще «по чукотскому обычаю каждого вошедшего в жилище охотника надо было наделить подарком, т. е. куском мяса и жира...» [1, c. 102]. «Кто первый пришел, тот и занимает любое место, удобное для охоты» [1, с. 100], - объясняет опытный охотник Келевги. «Зря бить зверя не в обычае чукотских охотников. Его бьют тогда, когда он нужен, когда его можно достать и унести целиком» [1, с. 99]. Если кто-то находил «бревно или хорошее корневище, человек оттаскивал его подальше от воды и клал сверху один-два камушка. Это значило, что оно заимело хозяина, что оно уже кем- то найдено. И никто никогда не трогал эту находку, она могла лежать годами» [1, с. 137].

Как видно, подробное описание обычаев имеет познавательное значение, закрепляя или восстанавливая в памяти уходящие в прошлое принципы заимоотношений между коренными жителями Крайнего Северо-Востока. Однако у автора была еще одна не менее важная задача - сформировать уважение к людям, проживающим «на краю земли» и сохраняющим высокие морально-этические качества, бережно относящимся к природе, - словом, дать нравственно- философскую характеристику народу, о котором в центральных районах страны и даже на Колыме и в Магадане имеется весьма туманное представление.

Вообще в повести переплетены прошлое и настоящее, точнее - новое и старое. Новым и необычным оказывается уже приезд в Увэлен русских с детьми; затем (правда, на втором плане) мы видим то директоров школы Павла Матвеевича и Льва Васильевича, то научного сотрудника Якова Петровича Быстраков, то секретаря райкома комсомола Василия Кононова (двое последних играют более важную роль). Новым оказывается организация первого трудового объединения интегралсоюза, создание промкомбината, в котором работают вместе косторезы и швеи; появление школы- интерната. Сами чукчи становятся начальниками (Тевлянто, Тэгрынкеу, Атке), жители Уэлена получают новые профессии. В среде чукчей и эскимосов появляется учитель (Татро), заведующий косторезной мастерской (Таай), председатель колхоза (Ваамче, Аёёк), председатель сельсовета (Утоюк); бывшие ученики Быстракова стали летчиками (Тымнетагин). В поселке постепенно яранги уступают место домам или пристройкам, в которых жили грамотные дети.

И все же основное внимание сосредоточено на традиционном быте и труде - охоте на морзверя, резьбе по кости. Труд и досуг сопровождаются многочисленными приметами погоды, преданиями, легендами, обычаями.

Обычно в советской литературе новое и старое вступают в конфликтные отношения.

Не совсем так у Леонтьева. Писатель и ученый-этнограф понимает, что надо отделить, отбросить то, что устарело, рождено страхом, невежеством, от опыта, накопленного веками, выдержавшего испытание временем, - того, что может пригодиться в новой  
жизни. Это касается приемов и способов охоты, рыбной ловли, особенностей одежды, жилища, умения разбираться в переменах погоды, в движении льдов, взаимоотношений в семье, между земляками и т. д., потому что знание всего этого помогает сохранить жизнь, выжить в суровых условиях Севера.

В центре повести, судя уже по ее названию и по композиции ее первой части, находится образ Владика.

События в повести рассказывают о первых этапах жизни героя - детстве и отрочестве, краешком затрагивая и юность.

По жанру «Мальчишка из Увэлена» представляет собой один из вариантов романа (повести) воспитания, широко распространенного в мировой и, в частности, в русской литературе XIX-XX вв. Основная проблема такого романа - проблема становления личности. Для такого жанра характерно появление пары героев - наставника (наставников) и ученика, один или ряд этапов формирования мировоззрения персонажа, в ходе которых главный герой проходит путь к истине, к обретению самостоятельной позиции, возмужанию. Если для классического романа воспитания характерен интерес автора к нравственно-философской проблематике, то в романе воспитания XX в. появляются и социальные проблемы. Обычно в романе воспитания внимание автора сосредоточено не на результате духовно-нравственных поисков героя своего места в мире, а на процессе формирования личности.

Автор повести «Мальчишка из Увэлена» видит наставником своего героя весь чукотский народ. Владик знакомится с обычаями и традициями морских охотников, перенимает охотничий опыт, разбирается в особенностях поведения льдов, движении ветров. Важную роль в расширении кругозора героя, более глубоком понимании появляющихся проблем играют отец и ученый Быстраков. Поэтому русский фактор не менее важен для воспитания Владика.

Первыми наставниками Владика стали Рычып и Кагье. Рычып, увидев Влятика с первой добытой нерпой, засуетился: «Надо угостить нерпу, напоить ее водичкой, чтоб она не сердилась... не то тебе удачи не будет» [1, с. 102]. Он же рассказывает мальчику легенду о диком человеке тэрыкы. Рычып относится к природе, к животным как к живым существам, наделяя их человеческими чертами. Кагье объясняет, кто такой Кочатко. «Кагье не был суеверным, но, как и все увэленцы, по традиции делал жертвоприношения домашнему очагу, камням предков и духам моря» [1, с. 124].

Еще важнее, что он делится с Владиком охотничьим опытом, рассказывает, как в древности чукчи охотились на умку с копьем в руках. Кагье «здорово умел прокладывать тропу среди хаотического нагромождения глыб льда после сжатия. От него Владик узнал, что нельзя сидеть у трещины на тонком льду» [1, с. 105]: может неожиданно напасть хищный морж кэглючин. Кагье, как Рычып, знакомит Владика с чукотскими обычаями: «хозяином добытого зверя является не тот, кто убил, а тот, кто его увидел первым; обнаружить умку труднее, чем добыть его» [1, с. 145]. Владик высоко ценит Кагье, понимая, что бригадир охотников выделяется своей предусмотрительностью, хладнокровием, выдержкой, смелостью.

Владик учится понимать движение льдов, направление ветра, Келевги объясняет ему повадки припайной нерпы. Учат его и старики-косторезы: «Когда заходишь в тепло, то всегда выбивай снег из кухлянки, а то он растает и одежда будет мокрой» [1, с. 45]. Тымнетагин объясняет устройство мотора.

Очень важно, что у чукчей была «крепка традиция передавать свой жизненный опыт, свои охотничьи секреты сыну или племяннику...» [1, с. 154]. Но Владика жители Увэ- лена считают своим и делятся советами, предупреждают об опасности во время охоты, позволяют присматриваться к ремеслу костореза, обучают профессии моториста.

Учителем для Владика стал и Яков Петрович Быстраков, который познакомил молодого человека с чукотской грамматикой, вовлек в состав бригады научных работников, раздвинул круг интересов юноши.

Конечно, был и оставался для Владика наставником его отец, руководитель косторезной мастерской, преобразованной впоследствии в промкомбинат, в котором работали и косторезы, и швеи.

Можно сказать, что Владик стал сыном чукотского народа, оставаясь русским человеком, и платил добром за добро и чукчам, и эскимосам, любовью и уважением к родным, к русскому языку и русской культуре.

Он помогает одноклассникам осваивать русский язык, старикам Рычыпу и его жене, приезжим и уэленцам, оказавшимся в голодный год в трудном положении; отцу в общении с поморами и оленеводами, бригаде научных работников - лингвистов и педагогов.

Но среди уэленцев были и такие, к кому у мальчика, а потом и подростка сформировалось негативное отношение: не любит Владик ленивого Гэманто, хитроватого Кэйнына.

Постепенно Владик и сам начинает разбираться в людях и оценивать их по отношению к труду, друг к другу, в зависимости от жизненного и, в частности, охотничьего опыта, степени мастерства в резьбе моржовой кости и по ряду других критериев. Так у героя повести вырабатывается самостоятельная позиция.

На пути к возмужанию знания, навыки и умения, полученные Владиком в ходе жизненных уроков, проверяются на своеобразных испытаниях (экзаменах) (в соответствии с принципами построения романа воспитания) - на охоте на байдарах за китами, в ходе работы на катере Чукоттторга, в косторезной мастерской, в охоте на моржей, наконец, в эпизоде добычи первого умки.

Не менее серьезным экзаменом для него стал спор, в ходе которого Владику пришлось отстаивать свою точку зрения, с секретарем райкома комсомола Василием Кононовым об оценке работы промкомбината. Правда, спор остался в произведении незаконченным, но разные позиции обозначились четко.

Так, в повести появились элементы романа испытания.

Как уже говорилось, «Мальчишка из Увэлена» во многом автобиографическая повесть, построенная по законам художественного произведения. Подобное произведение по стилю примыкает к мемуарной прозе. Ей свойственны не только достоинства такого стиля и жанра, но и недостатки. В повести много необязательных лиц, эпизодических и внесюжетных персонажей. Далеко не все герои наделены индивидуальными характерами, хотя у большинства своя неповторимая судьба. Лишь у отдельных героев речевая характеристика своеобразна.

Зато особенности чукотского языка писателю и переводчику В. Леонтьеву удается передать хорошо. Вот что пишет об этом Т. Комиссарова:
«Вл. Леонтьев живо передает особенности чукотской речи, словообразования, часто пользуется чукотской транскрипцией слов, художественно воссоздавая конкретную и скупую точность чукотского мышления. А от особенностей речи - путь к неповторимости психологии» [2, с. 108].
Интересен вопрос о том, кому адресована повесть. Первые главы первой части повести рассказывают о судьбе мальчика, затем подростка.
Естественно, темой их стала традиционная тема открытия и освоения мира и тесно связанная с ней тема становления личности героя.
Но вот в поле зрения автора появляются и другие, новые проблемы. Одна из них - проблема коллективизации - проходит в повести вскользь, почти не задевая сознание ребенка (тогда еще второклассника). Она проявляется в споре отца Владика с Тэгрынкеу: «Отец доказывал, что зажиточным является тот чаучу, который имеет больше двух сот оленей. Тэгрынкеу же возражал и говорил, что чаучу даже с тремястами кое-как может прокормить свою семью из пяти человек» [1, с. 54].

Мы знаем, как остро стояла проблема коллективизации в центральных районах страны, как об этом писал М. Шолохов в первой книге «Поднятой целины». Коллективизация на побережье Чукотки, начавшаяся в начале 30-х гг., закончилась в конце 30-х, в тундре - в начале 50-х. Этой теме автор уделил большое внимание в повести «Антымавле - торговый человек». В повести «Мальчишка из Увэлена» ее появление выходило за рамки автобиографического произведения, темы детства, но и не упомянуть об этом автор посчитал невозможным. Здесь адресатом становится читатель более старшего возраста.

Ближе к финалу первой части Владик становится старше, перед ним появляются серьезные проблемы, для решения которых требуются другие знания, новые качества героя.

Об одной из проблем - об оценке работы промкомбината - уже говорилось. Другая - судьба косторезной мастерской, а шире: проблема сохранения традиций национального искусства, национального языка, культуры чукчей и эскимосов. Повесть перестает быть детской: взрослеет герой - взрослеет и читатель, на которого рассчитывает автор. Далее должен начаться новый этап формирования взглядов Владика.

Об этом, видимо, речь должна была пойти во второй части повести. К сожалению, повесть осталась незаконченной.

Библиографический список

1. Леонтьев В. Мальчишка из Увэлена // Леонтьев В. Пора охоты на моржей: рассказы и повесть. - Магадан : Магадан. кн. изд-во, 1984.
2. Комиссарова Т. Север. - 1982. - № 3.

Вестник Северо-Восточного государственного университета
Магадан 2014. Выпуск 21

Категория: Филология и перевод | Добавил: x5443x (04.08.2016)
Просмотров: 169 | Теги: Леонтьева | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]
...




Copyright MyCorp © 2017 Обратная связь