Понедельник, 05.12.2016, 11:28
Высшее образование
Приветствую Вас Гость | RSS
Поиск по сайту


Главная » Статьи » Филология и перевод

СЕМАНТИКА И СМЫСЛ ТЕКСТА: >, <, =, #? (ЭКСПЕРИМЕНТАЛЬНЫЙ ПОДХОД К ТЕОРЕТИЧЕСКИМ ПРОБЛЕМАМ)

Н. П.Пешкова, доктор филологических наук, профессор

СЕМАНТИКА И СМЫСЛ ТЕКСТА: >, <, =, #? (ЭКСПЕРИМЕНТАЛЬНЫЙ ПОДХОД К ТЕОРЕТИЧЕСКИМ ПРОБЛЕМАМ)

В статье осуществляется теоретический анализ таких составляющих семантики текста, как его «содержание» и «смысл», с опорой на психолингвистические экспериментальные исследования. Выясняется объем этих понятий относительно общего понятия «семантика» текста, а также уточняется их соотношение с точки зрения механизмов, обусловливающих их продуцирование в процессах восприятия и понимания текстов различных типов.

Ключевые слова: семантика текста, содержание, смысл, неоднозначность, восприятие, интерпретация, принцип доминантности, денотативный анализ текста, метод «встречного текста».

 
В исследованиях, посвященных проблемам текста и дискурса, на протяжении нескольких десятилетий прослеживается неослабевающий интерес авторов, принадлежащих самым разным направлениям, к различным аспектам семантики речевого произведения [См., например: 1; 2; 3; 9; 10; 11; 14; 17; 20].

В связи с этим следует отметить, что и мно- гоаспектность изучаемого объекта, и различные научные парадигмы, используемые исследователями, не могли не привести к столь разнообразным решениям, которые, казалось бы, должны были удовлетворить практически все запросы, как прикладные, так и теоретические, возникающие на каждом этапе развития науки о тексте и дискурсе. Тем не менее, невозможно не заметить, что семантические аспекты текста продолжают привлекать внимание современных исследователей, что приводит к постановке новых проблем и к поиску новых ответов на старые вопросы.

Как мы уже отмечали ранее, подобную ситуацию можно объяснить несколькими причинами [17]. Одна из них связана с такой особенностью природы текста, которую мы охарактеризовали как его типообразующий потенциал. В основе этой особенности текста лежит его способность, к «самовоспроизводству», к неограниченному порождению новых типов, отвечающих постоянно растущим и меняющимся потребностям человека в новых видах устной и письменной коммуникации. В качестве примера можно назвать тексты электронной коммуникации, Интернет-тексты, новые виды текстов СМИ и рекламы, новые формы креолизованных текстов с преобладанием невербальных средств над вербальными, и т.п.

Вторая причина обусловлена еще одним важнейшим свойством речевого произведения, гибкостью, обеспечивающей возможность изменений уже существующим типам текста. Эту способность текста иллюстрирует научный текст, настолько изменивший за последние десятилетия ряд своих принципиальных характеристик, что зачастую по одним параметрам его можно сравнивать с художественными произведениями, а по другим - с текстами массовой коммуникации, в том числе и с рекламой.

Третью причину положения, сложившегося в исследованиях семантики текста, мы связываем с увеличением возможностей исследовательского инструментария и с появлением новых методов проникновения в глубинные, скрытые от нас, аспекты семантики текста. Такие инструменты предлагают общая психолингвистика и психолингвистика текста, психосемантика, когнитивная лингвистика, герменевтика и т.д.

Известно, что понятие «семантика» традиционно связывают с понятием «значение», безотносительно уровня языковых или речевых единиц. Следует оговорить, что нашему пониманию наиболее близка концепция семантики текста А. И. Новикова, в соответствии с которой значением текста является его содержание [9].

Нужно также отметить, что значение текста, как единицы речи, представляет собой такое ментальное образование, которое не может быть зафиксировано предварительно в словаре, как это происходит со словом. Оно формируется в сознании реципиента при восприятии текста в результате его понимания каждый раз заново. В связи этим возникает вопрос, может ли семантика текста быть ограничена только его непосредственным значением, или содержанием.

Согласно теории текста и смысла А. И. Новикова, основные принципы которой мы разделяем, понятие содержания не совпадает с понятием смысла текста, последнее представляет собой более широкое образование, включающее помимо содержательной составляющей такие компоненты, как эмоциональный, субъективно-оценочный, прагматический и т.д.

На сегодняшний день существуют различные дефиниции понятия «смысл», демонстрирующие разнообразие подходов к проблеме. Онтология смысла подробно и глубоко исследуется в трудах А. И. Новикова [См.: 9; 10; 11; 12; 13; 14].

С. Н. Виноградов в одной из своих последних работ, обсуждая онтологические свойства смысла текста, также опирается на теорию смысла, получившую развитие в конце 90-х гг. прошлого века и начале 2000-х. Он отмечает, что в трудах А. И. Новикова и, в частности, в последней его монографии «Текст и его смысловые доминанты» [14] отразились различные стороны понятия смысла текста, нерешенные проблемы и новые перспективы исследований в данной области. С. Н. Виноградов полагает, что смысл текста необходимо рассматривать, прежде всего, как «разновидность бытия», существующую «реально и независимо от исследователя» [2. С. 153].

А. И. Новиков был убежден в том, что применительно к семантике текста смысл имеет особое значение, «без обращения к смыслу не может рассматриваться семантика таких речевых единиц, как предложение и текст» [14. С. 35].

Мы не только разделяем подобную позицию, но и продолжаем развивать ее в ряде наших последних работ, полагая, что сама парадигма исследований семантики текста должна быть охарактеризована как смысловая [20].

В настоящей статье мы попытаемся изложить свою точку зрения на обозначенные выше проблемы и ответить на вопрос, сформулированный в заголовке статьи.

Как мы отмечали ранее, любое речевое произведение имеет свой «жизненный цикл», находясь в «эпицентре» между процессами порождения и понимания, или между замыслом автора и смыслом, постигаемым адресатом.

«Жизненный цикл» текста мы представляли в виде следующих взаимозаменяемых триад: порождение - текст - понимание, или замысел (авторский смысл) - текст- смысл [16. С. 24].

В соответствии с таким представлением о «жизни текста», независимо от формы коммуникации, устной или письменной, его автора и его адресата связывает между собой смысл, порождаемый и постигаемый. Благодаря этому, как мы отмечали, сам текст есть одновременно продукт и процесс, и границы между его статикой и динамикой весьма относительны. В процессе формирования замысла автора зарождается авторский смысл текста как подвижное, подверженное изменениям образование. Он может обрести законченную форму в качестве решения автора, неизменного на данном этапе. Как мы уже отмечали, подвижное, меняющееся в процессе порождения смысловое образование приобретает определенность, подобно тому, как расплавленный металл отвердевает под воздействием охлаждения. Однако, металл можно переплавить при повторном нагревании, так и авторский смысл «переплавляется» в сознании адресата в процессе восприятия текста [17. С. 41].

Одной из проблем, имеющих длительную историю в семантических исследованиях текста, является проблема отношений между его содержанием и смыслом, как равнозначными, с нашей точки зрения, составляющими его семантики. Мы полагаем, что подобная ситуация объясняется во многом тем фактом, что этот вопрос имеет не только теоретическое, но и прикладное значение.

В своих исследованиях мы продолжаем развивать представления о содержании текста как мыслительном образовании, соответствующем непосредственному результату понимания и существующем в двух видах информации. Это - основная информация, возникающая в сознании адресата непосредственно под воздействием всей совокупности языковых средств, составляющих текст, и дополнительная, без опоры на которую понимание этого сообщения было бы невозможным, она включает в себя имплицитную информация в форме «предтекстовой пресуппозиции» и «внутритекстовой импликации» [См.: 16; 18].

Непосредственный результат понимания, или содержание текста, возбуждает в сознании реципиента различные связи и отношения и «обрастает» дополнительными компонентами субъективного характера, познавательными, эмоциональными, прагматическими. Как показывают экспериментальные исследования с использованием методики «встречного текста», они сопровождают процесс понимания текста на всем его протяжении, и составляют то, что мы называем «смыслом».

Тезис о том, что понимание не ограничивается декодированием только «текстовой» информации, но выходит за пределы самого текста, в смысловую сферу, находит экспериментальное подтверждение в ряде наших работ и в диссертационных исследованиях, проводимых под нашим руководством: [См.: 16; 17; 18; 5; 7; 8]. Результаты названных исследований свидетельствуют о том, что содержание текста и его смысл представляют собой разные явления, в основе которых лежат различные механизмы имплементации.

Можно вспомнить еще раз определение, данное С. Н. Виноградовым, согласно которому смысл есть разновидность бытия. Оно перекликается со словами Н. И. Жинкина, полагавшего, что смысл текста отражает «наличную действительность» [6. С. 131].
С позиции исследователя проблем понимания текста наиболее точным толкованием смысла нам представляется утверждение А. И. Новикова о том, что смысл есть принадлежность не столько текста, сколько смысловой сферы личности, воспринимающей этот текст. Если содержание - «это проекция текста на сознание, то смысл - это как бы обратная проекция сознания на текст» [12. С. 177].
Как показывают экспериментальные исследования, в сознании коммуникантов понятия «содержание» и «смысл» текста не всегда различаются, зачастую они не дифференцируются и исследователями текста в практическом плане. Однако, проблема их разграничения значима не только теоретически, но и с прикладной точки зрения, например, при моделировании процессов понимания в системах автоматической обработки информации, вводимой на естественном языке. Принадлежность смысла текста сознанию участников коммуникации, означает, что формализация смысловой структуры речевого произведения и ее моделирование предполагают обращение исследователя не только к содержанию текста, но и к смысловой структуре личности, включающей функциональные единицы иного плана по сравнению с единицами содержательной структуры текста.

Одним из способов формализации содержания текста является денотатный граф как инструмент экспликации и представления текстовой информации в графическом виде. Мы строим граф с помощью денотативного анализа текста, разработанного А. И. Новиковым. Обработка массива вторичных текстов-пересказов, полученных от испытуемых в ходе экспериментального исследования с использованием денотативной методики, показывает, что в графической структуре, эксплицирующей содержание пересказа оригинального текста испытуемыми, наряду с общей инвариантной частью всегда присутствуют дополнительные структурные компоненты. Они варьируются от одного графа к другому и отражают смысловые различия в интерпретации информации разными реципиентами [См.: 16; 19].

Варианты графического представления содержания вторичных текстов реципиентов могут демонстрировать в различия когнитивных пространствах автора и адресата, или в базах знаний, т.е. это экспликация пресуппозицион- ного компонента внутренней структуры текста. В то же время передаваемые с помощью денотатного графа варианты в семантической структуре вторичных текстов, порождаемых испытуемыми, могут являться следствием различных оценок и отношений автора и адресата к излагаемой в сообщении информации. Оценки и мнения, высказанные авторами вторичных текстов-пересказов, могут носить эмоциональный, прагматический, логический характер, т.е. относиться к смыслу.

Иными словами, подобные дополнительные вариативные компоненты графа отражают на формальном уровне различия, предположительно имеющие место в смысловых структурах вербального сознания реципиентов.

Мы полагаем, что в основе появление смысловых вариантов в инвариантной графической структуре содержания текста, построенной экспериментатором с использованием метода денотативного анализа на материале вторичных текстов испытуемых, лежит принцип доминантности, действующий при восприятии информации, в соответствии с учением о доминанте А. А. Ухтомского [23].

А. И. Новиков отмечал, что доминанта, возникая в сознании при восприятии текста, стягивает вокруг себя определенное содержание, переконструирует его и тем самым организует определенным образом семантическое пространство [11. С. 44]. Результат действия этого механизма и демонстрируют некоторые фрагменты денотатных графов, отражающие индивидуальные особенности восприятия информации разными участниками экспериментов.

Одним из проявлений доминантности являются и варианты в наборах ключевых слов, выделяемых разными испытуемыми и выступающих «носителями смысла» текста.

По сути, проблема существования разнообразных смыслов, продуцируемых испытуемыми на фоне извлечения некоторой инвариантной части содержания в процессе понимания, имеет непосредственное отношение и к вопросу о безусловной неоднозначности семантики текста.

Как отмечалось ранее, существуют различные точки зрения на эту проблему. Нам представляется интересным подход, в соответствии с которым однозначность в отношении семантики текста невозможна в принципе по целому ряду причин. Можно говорить о наличии тенденции стремления к однозначности, свойственной некоторым типам текста. Так, И. В. Воскресенский отмечает, что научному тексту присуще стремление к однозначности, хотя он и не является «плоской матрицей» [3. С. 36].

Но возможна ли реализация такого стремления на практике, если допустить, что сущность природы научного текста составляет такое важнейшее свойство знания, как гипотетичность, что позволяет сформулировать так называемый «постулат о принципиальной гипотетичности смысла текста» вообще [2. С. 160].

Можно заметить, что неоднозначность семантики современного научного текста во многом объясняется понятийной и, соответственно, терминологической неоднозначностью, присущей многим современным наукам, не только гуманитарным, но и естественным. Особенно остро это проявляется, когда речь идет об исследовании идеальных сущностей или ненаблюдаемых объектов. По справедливому утверждению С. Н. Виноградова, степень правдоподобия гипотетических суждений может быть различной, и практика показывает, что нет взаимно однозначного соответствия между суждением о предмете и самим предметом [2. С. 157]. Подобное положение вещей ведет к неоднозначности в понятийной системе науки и неоднозначности метаязыка ее описания, системе терминов.

Кроме того, тенденция имплицитного (а иногда и явного) присутствия автора в большинстве подтипов научного текста также вносит свой вклад в потенциальное «многосмыс- лие». Как показывают наши исследования, имплицитное или эксплицитное отношение автора к обсуждаемой проблеме в форме оценки или мнения становится нормой не только для гуманитарных наук. В некоторых случаях, как полагал В. Г. Гак, субъективно-оценочная, авторская модальность в научном тексте может представлять собой компенсацию информационной недостаточности [4. С. 89]. Так или иначе, авторское присутствие в тексте в форме субъективной модальности также способствует появлению различных вариантов интерпретации его содержания.

Более того, если неоднозначность научного термина, по мнению исследователей, может стимулировать его уточнение, конкретизацию, тем самым, способствуя развитию науки [3. С. 33], гипотетичность информации, лежащей в основе содержания текста, может способствовать движению и развитию мысли воспринимающего и понимающего индивидуума. Именно неоднозначность обеспечивает полемику адресата с автором на уровне внутреннего «контр-текста». В чем мы неоднократно убеждались в наших экспериментальных исследованиях с использованием метода «встречного текста» [См.: 21; 22]. Иными словами, неоднозначность и многосмыслие должны составлять и составляют сущность научного текста.

Активному восприятию информации реципиентом способствует реализация мотивационно-стимулирующей функции неоднозначности содержания текста. «Встречные тексты» наших испытуемых, полученные с помощью метода «встречного текста» А. И. Новикова [13], адаптированного нами в соответствии с особенностями новых экспериментальных условий, включают реакции, передающие оценку, мнение, несогласие, сомнение относительно тех или иных фрагментов информации, представленных в тексте. Можно предположить, что неоднозначность извлекаемой информации заставляет активного реципиента научного текста двигаться дальше в поиске новых источников, уточняя и углубляя полученные знания. Таким образом, неоднозначность содержания научного текста может стать основой формирования мотива последующей научной деятельности и стимулировать новые исследования.

Мы также разделяем и точку зрения, согласно которой потенциальная возможность поиска множества смыслов текста способствует развитию критического мышления реципиентов научной информации, формированию собственной позиции.

Одно из наших последних исследований было связано с изучением особенностей понимания социологического текста, в котором представлено весьма неоднозначное толкование понятия «прогресс». Экспериментальные данные наборов реакций, полученных от испытуемых студентов-физиков, дают возможность проследить внутренний диалог реципиента с предполагаемым автором. Это диалог ведет от критического восприятия авторского толкования прогресса к формулированию собственного мнения и оценки, относительно таких актуальных аспектов современной жизни, как экология, войны, терроризм, религия, культура и т.п. [22].

Вопрос о неоднозначности интерпретации содержания любого типа текста неизбежно приводит нас к проблеме его смысла, тем самым, заставляя исследователя выйти за пределы денотативного содержания текста. Означает ли это, что мы выходим и за пределы проблем, составляющих предмет интереса исследователей семантики текста?

В связи с этим вопросом уместно вспомнить так называемый феномен «расслоения», о котором упоминал Р. Барт. Характеризуя рекламный текст, он говорит о заключенных в нем «двух сообщениях», первичном, денотативном, и вторичном, коннотативном, по сути, смысловом. По мнению Р. Барта, рекламный текст, как и поэтический, характеризуемый таким «расслоением» всегда неоднозначен, и чем более он многозначен, тем лучше выполняет свою функцию [1. С. 413].

Осуществление этой функции заключается в том, что благодаря неоднозначности и поэзия, и реклама связывают своего читателя с широким «миром», под которым понимается «переживание древнейших образов, глубокие и смутные телесные ощущения, получавшие у многих поколений поэтические имена, вековая мудрость, объясняющая отношения человека с природой...» и т.п. [1. С. 414]. Иными словами, со всем тем, что составляет смысл поэтического и художественного текста.

Важнейшим свойством текстов такого типа, является присущая им и действующая в них «открытость семантических систем». Такая «открытость», как нам представляется, и обеспечивает возможность разнообразных интерпретаций, связанную с неоднозначностью.
Анализируя природу семантическую природу подобных текстов, Р. Барт неизбежно подводит нас к понятию «осмысленности», иными словами к «смыслу».

Как представляется, феномен «расслоения» отчасти присущ и современному научному тексту, как, впрочем, и большинству речевых произведений разнообразных типов. Он имеет отношение и к обсуждаемой нами выше проблеме разделения «содержания», соотносимого с денотативностью, и «смысла» текста, связанного с его коннотативностью, эмоциональным, оценочным, прагматическим отношением автора и адресата к информации, представленной в сообщении.

В теоретико-экспериментальных трудах А. И. Новикова были выявлены отдельные стратегии вербальной фиксации содержания и смысла речевого произведения, такие как: «извлечение» и «приписывание» [12]. Вторая из названных стратегий представляет собой «перевод на метаязык», рассматриваемый нами в качестве одной из закономерностей декодирования смысла наряду со свертыванием информации. Намеченные стратегии получили дальнейшее развитие в исследованиях [См.: 16; 8]. Экспериментальные исследования Н. В. Матвеевой выявили различные стратегии реализации механизмов формирования содержания и смысла текста в процессах его понимания [8]. Результаты психолингвистического эксперимента, полученные автором, представляют интерес для осуществления моделирования процессов понимания письменного текста.

Исследования смысловых и содержательных механизмов текста, действующих в процессах его понимания, получили дальнейшее развитие в методе «встречного текста», позволившего выявить два типа реакций, содержательных и смысловых, составляющих внутренний текст реципиента и лежащих в основе набора индивидуальных стратегий понимания информации адресатом.
Содержательные» реакции соотносятся непосредственно с содержанием текста, «релативные» выражают отношение реципиента к воспринимаемой информации и, безусловно, связаны со смыслом сообщения, поскольку они «участвуют в создании определенного эмоционально-аксиологического поля, определенных интенций и установок» [13. С. 69].

Индивидуальные стратегии осмысления письменной информации, с нашей точки зрения, во многом определяются механизмом формирования «индивидуального набора реакций», возникающих в вербальном сознании реципиента на протяжении всего процесса восприятия письменного текста.

Одним из результатов исследований, проведенных нами с использованием метода «встречного текста», стало выявление многообразия «индивидуальных стратегий», используемых испытуемыми при восприятии и понимании текста. По нашему мнению, это один из механизмов, отвечающих за неоднозначность интерпретации художественных, научно-популярных, научных текстов и др.
Итак, обсужденные выше результаты использования экспериментальных методов исследования механизмов, связанных с продуцированием содержания и смысла текста в процессах его понимания, помогают конкретизировать некоторые теоретические аспекты обсуждаемой проблемы и ответить на вопрос относительно объема семантики текста, сформулированный в заголовке настоящей статьи.

В свете обсужденных в статье экспериментальных исследований ограничить семантику текста только его содержанием не представляется возможным. И с позиции понимания, и с позиции порождения текста, смысл выступает неотъемлемым компонентом семантических процессов интерпретации информации. Как отмечалось выше, если порождение начинается со смысла, и именно его можно считать доминантой автора на уровне замысла, стимулирующей к продуцированию речевого произведения в той или иной форме, то понимание завершается смыслом, доминантой адресата, отражающей его индивидуальное видение мира вещей и понятий и обусловливающей ориентирование в информационном пространстве современного социума.

Парадокс, возможно, заключается в том, что, с одной стороны, смысл наряду с содержанием текста есть составляющая его семантики, но, с другой - смысл как отражение наличной действительности, как «разновидность бытия», существующая реально и идеально, выходит далеко за пределы семантики текста, отображающего различные формы действительности в своей внутренней содержательно-смысловой структуре.

Список литературы

1. Барт, Р. Рекламное сообщение / Р. Барт // Система моды. Статьи по семиотике культуры. - М.: Издательство им. Сабашниковых, 2004. - С. 410-415.
2. Виноградов, С. Н. К онтологии и описанию смысла текста / С. Н. Виноградов // Вопросы психолингвистики. - 2014. - № 2 (20). - С. 153-160.
3. Воскресенский, И. В. Неоднозначность, ее уровни и функции в научном тексте / И. В. Воскресенский // Слово и текст: психолингвистический подход. - Тверь: Тверской государственный университет, 2004. - Вып. 3. - С. 31-37.
4. Гак, В. Г. Эмоции и оценки в структуре высказывания и текста / В. Г. Гак // Вестник Московского университета. Серия 9. Филология. - 1997.- № 3. - С. 87-95.
5. Давлетова, Я. А. Психолингвистическое исследование особенностей понимания библейских текстов : автореф. дис. ... канд. филол. наук / Я. А. Давлетова. - Уфа: БашГУ, 2012. - 19 с.
6. Жинкин, Н. И. Речь как проводник информации / Н. И. Жинкин. - М.: Наука, 1982. - 159 с.
7. Кирсанова, И. В. Многозначность семантики текста как реализация индивидуальных стратегий понимания : автореф. дис. ... канд. филол. наук / И. В. Кирсанова. - Уфа: БашГУ, 2007. - 21 с.
8. Матвеева, Н. В. Механизмы формирования смысла и содержания текста в процессе его понимания (на материале анализа вторичных письменных текстов школьников 12-16 лет) : автореф. дис. ... канд. филол. наук / Н. В. Матвеева. - Уфа: УГАТУ, 2004. - 25 с.
9. Новиков, А. И. Семантика текста и ее формализация / А. И. Новиков. - М.: Наука, 1983. - 215 с.
10. Новиков, А. И. Смысл: семь дихотомических признаков / А. И. Новиков // Теория и практика речевых исследований. - М.: МГУ, 1999.- С. 132-144
11. Новиков, А. И. Текст, смысл и проблемная ситуация / А. И. Новиков // Вопросы филологии. - 1999. - № 3. - С. 43-48.
12. Новиков, А. И. Доминантность и транспозиция в процессе осмысления текста /
A. И. Новиков // Проблемы прикладной лингвистики. - М.: Институт языкознания РАН, 2002. - С. 155-180.
13. Новиков, А. И. Текст и «контртекст»: две стороны процесса понимания / А. И. Новиков // Вопросы психолингвистики. - 2003. - № 1. - С. 64-76.
14. Новиков, А. И. Текст и его смысловые доминанты / А. И. Новиков. - М.: Институт языкознания РАН, 2007. - 224 с.
15. Петренко, В. Ф. Основы психосемантики / B. Ф. Петренко. - М.; СПб.: Питер, 2005. - 480 с.
16. Пешкова, Н. П. Типология научного текста: психолингвистический аспект / Н. П. Пешкова. - Уфа: УГАТУ, 2002. - 261 с.
17. Пешкова, Н. П. Смысл текста и его многозначность / Н. П. Пешкова // С любовью к тексту : коллективная монография памяти профессора А. И. Новикова. - Уфа: Восточный университет, 2006. - C. 39-51.
18. Пешкова, Н. П. Имплицитность в тексте: препятствие VS. Стимул и условие его понимания / Н. П. Пешкова // Вопросы психолингвистики. - 2009. - № 9. - С. 223-236.
19. Пешкова, Н. П. Текст и его понимание: теоретико-экспериментальное исследование в русле интегративного подхода / Н. П. Пешкова, А. А. Авакян, И. В. Кирсанова, И. Н. Рыбка. - Уфа: РИЦ БашГУ, 2010. - 268 с.
20. Пешкова, Н. П. Методы исследования семантики текста: смысловая парадигма / Н. П. Пешкова // Слово, высказывание, текст в когнитивном, прагматическом аспекте. - Челябинск: Челябинский государственный университет, 2012. - Т. 1. - С. 285-288.
21. Пешкова, Н. П. Из опыта экспериментальных исследований понимания речи в русле психолингвистики текста А. И. Новикова / Н. П. Пешкова // Вопросы психолингвистики. - 2014. - № 2 (20). - С. 113-123.
22. Пешкова, Н. П. Общечеловеческие ценности в языковом сознании молодежи полиэтнического региона / Н. П. Пешкова // Жизнь языка в культуре и социуме-4. - М.: Институт языкознания РАН, Российский университет дружбы народов, 2014. - С. 21-23.
23. Ухтомский,    А. А. Доминанта. Статьи разных лет. 1887-1939 / А. А. Ухтомский. - СПб.: Питер, 2002.

Вестник ЧелГУ № 15 (370) 2015. Филология. Искусствоведение. Выпуск 96

Категория: Филология и перевод | Добавил: x5443x (20.05.2016)
Просмотров: 250 | Теги: семантика | Рейтинг: 5.0/1
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]
...




Copyright MyCorp © 2016