Среда, 22.01.2020, 12:35
Высшее образование
Приветствую Вас Гость | RSS
Поиск по сайту



Главная » Статьи » Филология и перевод

«РУССКАЯ АТЛАНТИДА» (О КНИГЕ О. Т. ЕРМИШИНА «ФИЛОСОФИЯ РУССКОГО ЗАРУБЕЖЬЯ XX ВЕКА»

Герасимов Н. И.

«РУССКАЯ АТЛАНТИДА» (О КНИГЕ О. Т. ЕРМИШИНА «ФИЛОСОФИЯ РУССКОГО ЗАРУБЕЖЬЯ XX ВЕКА»

Рецензия на книгу: Ермишин О. Т. Философия русского зарубежья XX века. Москва : Летний сад ; Дом русского зарубежья имени Александра Солженицына, 2019. 304 с. ISBN 978-5-98856-356-3

Ключевые слова: русское зарубежье, русская философия.
 

Философия русского зарубежья - предмет историко-философского исследования, который лишь внешне кажется прозрачным для современной науки. Существует «скрытая» от взора гуманитарного сообщества проблема: очевидная мысль, что творческая деятельность философов-эмигрантов хотя и является частью русской философии, но всё же представляет собой самостоятельное явление духовной культуры, либо забывается современными исследователями, либо не кажется им важной. В большинстве научных статей проблема эмиграции всё ещё как будто «опускается», она не рассматривается в качестве «Рубикона», после которого русская философия обрела уже иные черты, отличающие её от того, чем она являлась до событий «философского парохода». За последние 10 лет предпринимались попытки очертить контур философской культуры, которая существовала в условиях эмиграции вдали от России и её научных институций [см.: 3; 4; 5]. Однако не было ни одного целенаправленного систематического исследования, посвящённого философии русского зарубежья.

Книга «Философия русского зарубежья XX века» современного историка философии О. Т. Ермишина в этом смысле является уникальной находкой как для того, кто только начинает изучать русскую философскую мысль, так и для уже состоявшихся специалистов.

Автор аккуратно сформулировал заглавие книги: монография представляет собой не столько историко-философский очерк, сколько в собственном смысле слова философский текст, который очерчивает концептуальный и культурно-исторический контур философии, создававшейся коллективными усилиями русских мыслителей-эмигрантов на протяжении десятилетий. Исследование О. Т. Ермишина напоминает читателям о том, что философия русского зарубежья, хотя и тесно связана с деятельностью литераторов и учёных русской эмиграции, всё же представляет собой самостоятельное явление культуры, которое, по справедливому замечанию автора, как бы «стоит над временем» [2, с. 6]. И это указание на надвременную природу философии помогает лучше понять концептуальное своеобразие культурно-исторической реальности зарубежной России.

Книгу отличает внутреннее единство: автор разделил своё исследование на три самостоятельные части, расположив их по принципу «от общего к частному» (от теоретических очерков до архивных исследований). Несмотря на то, что все части представляют собой автономные тематические блоки, всё же общая концепция исследования предполагает, что авторское высказывание воспринимается читателем при чтении по установленному порядку.

В первой и самой интересной части - «Основные проблемы в философии русского зарубежья XX века» - О. Т. Ермишин говорит о своеобразии философской мысли русских эмигрантов. Структурно она состоит из предисловия, трёх очерков и заключения. Автор понимает философские искания мыслителей зарубежной России как логическое завершение начатых ещё задолго до революции дискуссий вокруг творчества Ф. М. Достоевского и Вл. Соловьёва, давших начало религиозно-философскому ренессансу начала XX века в России. Этому утверждению можно было бы возразить: «А как же Л. Н. Толстой? А как же русский марксизм и позитивизм?» - но это было бы несправедливо по отношению к автору, который пытается максимально сконцентрироваться на ключевых аспектах того, что стало предысторией философии русского зарубежья. О. Т. Ермишин скромно отмечает, что его очерки «не преследуют каких- то масштабных сверхзадач, не открывают чего-то совершенно нового» [2, с. 3]. Заметим, однако, что они придают книге особую оригинальность.

Тезис О. Т. Ермишина о том, что, «начиная с конца XVIII века как немецкая, так и западноевропейская философия, так или иначе, ориентируется (положительно или отрицательно) на философскую систему Канта» [2, с. 7], является одним из самых дискуссионных мест в книге. Вместе с тем понятно, что автору было необходимо противопоставить европейской интеллектуальной культуре отечественную, существующую в условиях изгнания, что подразумевает допущение частичного схематизма (без которого такое исследование было бы просто невозможно). Кантианской триаде О. Т. Ермишин противополагает ту, которая наилучшим образом соответствует проблемам философии русского зарубежья: 1) метафизика (в противоположность гносеологии); 2) историософия (в противоположность этике); 3) эстетика (понимаемая максимально широко).

Русская христианская метафизика сильнейшим образом была пронизана духом платонизма, но также имела свой источник и в библейском учении о творении. Двойственный характер метафизической проблемы создавал разные подходы к решению вопроса о месте метафизики в философии.

Анализируя философию Н. О. Лосского, С. Л. Франка и других, О. Т. Ермишин выделил две полярности в рассмотрении указанной проблематики: метафизика как часть богословия и христианская метафизика как часть философии [2, с. 20-21].

Историософия своеобразно дополняла метафизику, наделяла её конкретным содержанием, раскрывая «учение о мире в его историческом развитии, во времени». Через анализ философии Н. А. Бердяева, Ф. А. Степуна, Г. П. Федотова и других автор показывает, как рассматриваемые мыслителями конкретные исторические реалии соприкасались с отвлечёнными метафизическими концепциями.

Автор не рассматривает отдельно проблему этики, делая выбор в пользу эстетики. В контексте авторского замысла вопросы нравственности как бы интегрированы в область метафизики, что отчасти является верным (например, книга «О назначении человека. Опыт парадоксальной этики» Н. А. Бердяева [1] хоть и посвящена проекту новой нравственной философии, на деле же является продолжением метафизических размышлений философа). Эстетика мыслителей русского зарубежья никогда не была академической, но она действительно, в этом стоит согласиться с автором, была в широком смысле «учением о красоте».

Вторая часть - «Персоналии» - состоит из историко-философских исследований творчества самых выдающихся представителей философии русской эмиграции. Некоторые главы основаны на текстах статей, которые автор уже опубликовал в ведущих научных журналах, с материалом других читатель знакомится впервые.

Все вместе они охватывают проблемное поле философии русского зарубежья в ряду конкретных проявлений. Отдельно стоит сказать о главе, посвящённой А. М. Пятигорскому. Воззрения известного философа и буддолога нередко анализируются современными исследователями, но именно в книге О. Т. Ермишина мыслитель впервые представлен по праву как человек, причастный к духовной культуре зарубежной России [2, с. 198-214].

Третья часть - «Архивные исследования» - демонстрирует эмпирическую реальность, с которой сталкивается всякий, кто занимается исследованием творческого наследия мыслителей-эмигрантов. Читатель знакомится с главной особенностью такого рода исследований - сопоставлением имеющихся архивных документов с ни на что не похожим культурно-историческим пространством зарубежной России. Сложная структура русских диаспор по всему миру, коммуникация которых постоянно подвергалась изменениям (что отражалось в истории создания того или иного текста), существовала как бы над национальными и государственными границами.

Спокойный, слегка отстранённый стиль повествования О. Т. Ермишина предоставляет возможность каждому оценить те или иные обстоятельства жизни и творчества философов русской эмиграции самостоятельно: в этом отношении язык монографии лишён всякого рода репрессии по отношению к читателю.

Завершение книги «Архивными исследованиями» представляется самым логичным из возможных вариантов. Монография О. Т. Ермишина как бы «приглашает» читателя присоединиться к изучению «Русской Атлантиды» - духовной культуры и философии русского зарубежья XX века.

Примечания

1. Бердяев Н. А. О назначении человека. Опыт парадоксальной этики. Париж : YMCA-Press, 1931. 318 с.
2. Ермишин О. Т. Философия русского зарубежья XX века. Москва : Летний сад ; Дом русского зарубежья имени Александра Солженицына, 2019.
3. Корнилов С. В. Философия русского зарубежья: развитие понятийного аппарата // Вестник Балтийского федерального университета имени И. Канта. Серия: Гуманитарные и общественные науки. 2009. № 6. С. 5-12.
4. Нестеров Н. О. Развитие категориального аппарата философии в творческом наследии русской эмиграции // Известия Санкт-Петербургского государственного аграрного университета : ежеквартальный научный журнал / Санкт-Петербургский государственный аграрный университет. Санкт-Петербург : Санкт-Петербургский государственный аграрный университет, 2015. Спецвыпуск 111-летию СПбГАУ. С. 10-14.
5. Омельченко Д. М. Проблема отражения литературы о мыслителях русского зарубежья в систематическом каталоге Библиотеки Российской академии наук // Петербургская библиотечная школа. 2018. № 3 (63). С. 53-56.

Источник: Научный журнал "Вестник Московского государственного университета культуры и искусств". 2019. № 2 (88)


Категория: Филология и перевод | Добавил: x5443 (26.12.2019)
Просмотров: 24 | Теги: русское зарубежье, русская философия | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]
...




Copyright MyCorp © 2020 Обратная связь