Воскресенье, 04.12.2016, 11:11
Высшее образование
Приветствую Вас Гость | RSS
Поиск по сайту


Главная » Статьи » Филология и перевод

О СТРОЕНИИ ДИФФЕРЕНЦИАЛЬНОГО ПРИЗНАКА (ПРЕИМУЩЕСТВЕННО НА ПРИМЕРЕ КОРРЕЛЯЦИИ ГЛУХОСТИ/ЗВОНКОСТИ)

А.А.Соколянский

О СТРОЕНИИ ДИФФЕРЕНЦИАЛЬНОГО ПРИЗНАКА (ПРЕИМУЩЕСТВЕННО НА ПРИМЕРЕ КОРРЕЛЯЦИИ ГЛУХОСТИ/ЗВОНКОСТИ) 

Статья посвящена описанию строения дифференциальных признаков. Основное внимание уделено различным способам реализации корреляции по глухости/звонкости в системе согласных русского языка.

Ключевые слова: фонема, корреляция, звук языка, дифференциальный признак, глухость/звонкость, напряженность/ненапряженность, долгота/краткость, придыхательность/ непридыхательность.

 

В русском языке известны две сильные корреляции согласных: твердость/мягкость и глухость/звонкость. По нашему мнению, «сильная корреляция - это корреляция, в которую входит значительное количество единиц, включенных в систему нейтрализации» [9, с. 36]. Речь в статье пойдет о корреляции глухости/звонкости согласных и способах ее реализации.

Наверное, впервые определение коррелятивным отношениям между фонемами было дано в «Тезисах Пражского лингвистического кружка» (1929), там говорилось: «Фонологическая корреляция устанавливается рядом противополагающихся фонематических пар, различающихся между собой согласно одному и тому же принципу, который может мыслиться отвлеченно от каждой пары (в русском языке, например, имеются следующие корреляции: ударность - неударность гласных, звонкость - глухость согласных, мягкость - твердость согласных; в чешском: долгота - краткость гласных, звонкость - глухость согласных)» [10, с. 21].

Признак глухости/звонкости при противопоставлении шумных согласных является дифференциальным: только его мы принимаем во внимание при описании системы фонем русского литературного языка. Вместе с тем следует различать признаки звуков языка и признаки фонем. О различии между звуками языка и фонологическими единицами [см.: 8, с. 51-70]. Признак звука языка имеет более или менее точные артикуля- ционно-акустические характеристики и привязан к определенной позиции.

Признак фонемы имеет иное строение.

Во-первых, он может меняться от позиции к позиции. Как фонема - это ряд позиционно чередующихся звуков, так и признак - это свойство фонологической единицы, которое может меняться от позиции к позиции. Например, в севернорусских говорах при оканье на месте ударной фонемы <о>, реализуемой как о , в предударном слоге может произноситься о [2, с. 63-64]. Звук о сильнее лабиализован, чем о, тем не менее в рамках системы чередования о //о сильная лабиализация о функционально равна обычной лабиализации о. Как звуки языка о и о представляют собой одну фонему, так и признаки обычная лабиализация и сильная лабиализация представляют один и тот же признак, но в разных позициях.

Во-вторых, дифференциальный признак может дополняться сопутствующими признаками, которые взятые сами по себе не являются дифференциальными. Рассмотрению этого положения на примере корреляции глухости/звонкости будет посвящена основная часть данной статьи.

В-третьих, признак фонемы может реализовываться на пространстве нескольких звуков языка. Так, дифференциальный признак мягкости у фонемы <т'> в слове мос'т'ик реализуется в следующих признаках звуков языка: 1) палатализованность т'; 2) последующий гласный и, перед которым на стыке корня и суффикса может находиться только мягкий согласный; 3) палатализованность предшествующего согласного с' (его нефонологическая палатализованность - продолжение фонологической палатализованности т'); 4) переднерядность о • в конце длительности. Все эти отдельные признаки - способ реализации фонологического признака палатализованности <т'>.

Задача статьи - рассмотреть более подробно второе утверждение на примере признака глухости/звонкости.

В системе консонантизма Н.С. Трубецкой выделял локальные и модальные признаки. Локальные признаки соотносятся с местом образования, а модальные - со способом образования. И локальные, и модальные признаки могут образовывать корреляции, набор которых, естественно, не совпадает в разных языках мира. Н.С. Трубецкой среди модальных корреляций рассматривал модальные корреляции второй степени, для которых характерно то, что они имеют один и тот же тип преграды и относятся к одному и тому же локальному ряду. Выделенные им корреляции встречаются в разных языках мира. Н.С. Трубецкой насчитывал шесть типов модальных корреляций второй степени [см.: 13, с. 175].

В артикуляционном отношении противопоставление глухих и звонких согласных связано с работой голосовых связок: при произнесении глухих голосовые связки расслаблены, а при произнесении звонких они дрожат. Акустически звонкость выражается в усилении нижней форманты. Были записаны слова шаль и жаль. В зоне, обозначенной как глухость, отсутствует усиление нижних частот при произнесении звука ш. В зоне, обозначенной как звонкость, налицо усиление нижней форманты при произнесении звука ж (рис. 1).

В русском языке корреляция глухих/звонких может сопровождаться дополнительным признаком напряженности/ненапряженности. Термин напряженный звук употребляется в фонетических работах, но его дефиниции далеки от точности, так как мешают бытовые значения слова: 'напряженные отношения', 'напряженная атмосфера' и др. В словаре О.С. Ахмановой находим толкования двух терминов: напряженность и напряженный.

«НАПРЯЖЁННОСТЬ... Более сильное напряжение мускулатуры речевых органов, участвующих в артикуляции данного звука.


Осциллограмма и спектрограмма слов шаль и жаль

Рис. 1. Осциллограмма и спектрограмма слов шаль и жаль

Для гласных - более сильное сокращение мускулов языка, приводящее к некоторому выпячиванию кверху его поверхности; для согласных - более сильное напряжение мускулатуры в месте образования преграды (в фокусе образования шума).» [3, с. 251].

«НАПРЯЖЁННЫЙ... О звуке речи: произносимый с напряженностью. Напряжённый гласный... Гласный, произносимый с большей, по сравнению с ненапряженным, приподнятостью (приближением к нёбу) передней части спинки языка. ? Фр. [e] по сравнению с англ. [ж]. Напряжённый согласный... Согласный, произносимый с более сильным напряжением мускулатуры в месте образования преграды (в фокусе образования шума).» [3, с. 251].

К сожалению, словарь не дает примеров в отношении согласных, но описание свойств напряженных звуков показывает, что данное противопоставление для гласных и согласных строится на разных основаниях. Для гласных это более приподнятое положение языка, а для согласных - больший напор воздушной струи.

Стало быть, у гласных напряженность связывается не только с изменением силы воздушной струи, но и с изменением в положении языка. Тогда в паре русских гласных е - е первый напряженный, а второй ненапряженный, то же соотношение в парах а - а, о - о и других. В практике преподавания исторической грамматики часто используется термин напряженные по отношению к некоторым гласным, существовавшим, по мнению ряда исследователей, в прошлом. Так, принято считать, что в древнерусском языке перед звуком j гласный ы становился напряженным, вследствие чего позднее перешел в о (зльць ^ злой), однако никаких доказательств его напряженности не приводится. В случае с противопоставлением е - е напряженный является более высоким по подъему, чем обычный е. Звук, более высокий по сравнению с обычным ы, склонен был бы измениться, скорее, в и, но не в о. Переход ы ^ о с использованием термина напряженный не получает объяснения. Здесь какое-то иное понимание явления: напряженный потому, что перешел в о, а перешел в о потому, что был напряженным. Логический круг.

Вернемся к согласным. Универсальное определение оппозиции по напряженности/ ненапряженности было дано Н.С. Трубецким, который этому противопоставлению дал артикуляционное толкование: «К о р р е - ляция напряженности, т. е. противоположение сильных (fortes) и слабых (lenes). В этой оппозиции крепость преграды и необходимая для ее преодоления сила (давление воздушной струи) должны соответствовать друг другу: если благодаря напряжению мускулатуры рта усиливается преграда, то соответственно усиливается и давление воздушной струи, и наоборот, если мускулатура органов речи расслабляется, то соответственно ослабевает и давление воздушной струи» [13, с. 173].

Л.Г. Скалозуб, исследовавшая артикуляционные особенности русских согласных с помощью экспериментальных методов, пришла к выводу: «Опыты палатографирования и рентгенографирования подтверждают, что проявлением большей напряженности образования русских согласных является увеличение выпуклости в артикулирующей части языка, увеличение площади соприкосновения активного речевого органа с пассивным. Свидетельством меньшей напряженности является уменьшение площади контакта, оседание, углубление всего корпуса языка, уменьшение выпуклости мускулов, в том месте речевого органа, которое создает фокус образования шума, менее собранная, расслабленная форма нёбной занавески» [7, с. 64]. Глухие - напряженные, звонкие - ненапряженные.

Интересно то, что в ранних работах по русской фонетике противопоставление глухих и звонких воспринималось как противопоставление напряженных/ненапряженных. В.К. Тредиаковский в 1748 г. писал: «Так например, сильнее губы к губе прижимаются произнося (па), нежели (ба) [12, с. 259]. То же понимание противопоставления глухих и звонких представлено во многих сочинениях XVIII-XIX вв. Осмысление того, что противопоставление глухих и звонких связано с работой голосовых связок, формируется, скорее всего, во второй половине XIX в., хотя термины, используемые для обозначения этого противопоставления, признавались не всеми. Так, Я.К. Грот писал: «Некоторые называют голосовые звуки звонкими или громкими, а безголосые глухими или шепотными, но эти термины не довольно точные» [4, с. 4].

Таблица 1. Взрывные согласные (краткие)

Таблица 2. Щелевые согласные (краткие)

Зависимый характер признака напряженности/ненапряженности можно обозначить как «звонкий с ненапряженный», «глухой с напряженный» или в более общем виде: «глухость/звонкость с напряженность/ненапряженность». Знак с употребляем в значении, принятом в математике.

Отличие напряженных и ненапряженных заключается не только в разном уровне напряженности артикулирующих органов, но и в разной степени длительности. Корреляцию геминации, основанную на противопоставлении долгих/кратких согласных, Н.С. Трубецкой рассматривал как модальную корреляцию третьей степени, хотя и признавал ее связь с корреляциями второй степени.

В дипломной работе Д.Л. Тихоненковой «Долгие согласные в русском языке» (Магадан, 2006) было исследовано соотношение долгих и кратких согласных в словах типа Адам - отдать, обуть - аббат и др. Это исследование содержит не только информацию, относящуюся к теме работы, но и данные, которые позволяют сравнить долготу/ краткость глухих и звонких согласных. Ценность проведенных измерений состоит в том, что перед Д.Л. Тихоненковой не стояла задача сопоставить длительность глухих и звонких, следовательно, желание «подогнать» замеры под уже имеющиеся представления об этом противопоставлении отсутствовало. Ниже в таблице приведены данные, извлеченные из работы Д.Л. Тихоненковой (длительность измерялась в миллисекундах). Процент указывает на соотношение длительности глухих и звонких согласных. Длительность ненапряженных (звонких) принята за 100 %. Стало быть, процент в таблицах указывает на длительность напряженных (глухих) по отношению к длительности ненапряженных (звонких) (табл. 1, 2).

Приведенные в таблице показатели подтверждают то, что длительность напряженных согласных больше, чем длительность парных им ненапряженных. Минимальное различие, зафиксированное нами, составляет 8 % (в паре т - д), максимальное - 70 % (в паре ф - в). Сказанное позволяет нам дополнить корреляцию по глухости/звонкости еще одним признаком: «глухость/звонкость с напряженность/ненапряженность с долгота/краткость».

Неожиданную картину дает то же противопоставление в группе долгих согласных. Результаты измерений приведены в табл. 3, 4.

Здесь почти все с точностью наоборот. Оказывается, что долгие звонкие имеют большую длительность, чем соответствующие им глухие. Пока непонятно, как объяснить отмеченное противоречие. Необходимы дополнительные наблюдения и размышления. В системе долгих согласных, вероятно, действуют иные закономерности.

Для фрикативных согласных - длительность основной показатель их противопоставленности друг другу по напряженности/ ненапряженности. Для взрывных согласных нередко признак «глухой с напряженный с долгий» сопровождается придыханием. Это ярче проявляется в говорах, чем в литературном языке. В диалектах говорят: упьёла, т^ожъ, К'аК' [см.: 6, с. 73]. Придыхание обеспечивает требуемую долготу для реализации напряженного согласного.

В других языках придыхательный характер глухих проявляется еще ярче. Так, в английском языке ясно выделяется аспирированная часть глухого согласного, тогда как у звонкого такая часть отсутствует. В приведенной ниже осциллограмме слов tie и die хорошо видно и то, что глухой согласный звучит дольше звонкого (рис. 2).

Иногда признак придыхательности становится ведущим, то есть дифференциальным. Так, в китайском литературном языке в начале слога противопоставлены придыхательные и непридыхательные согласные th-1, ph- p и др., тогда как признак глухости/ звонкости в этом противопоставлении носит вспомогательный характер.

Таким образом, следует добавить еще один признак в ранее выстроенную цепочку: «глухость/звонкость с напряженность/ненапряженность с долгота/краткость с при- дыхательность/непридыхательность».

Трудно сказать, в какой степени противопоставление напряженный/ненапряженный сохраняется в разных позициях. Нет полной ясности в отношении того, какой согласный по этому признаку произносится в конце слова. Н.С. Трубецкой считал, что русский язык относится к числу языков, в которых перед гласными на месте глухих произносятся напряженные глухие согласные и ненапряженные звонкие, а на конце слова - ненапряженные глухие. Такую ситуацию он фиксировал в русском, польском, литовском, чешском, словацком и других языках [13, с. 176].

Таблица 3. Взрывные согласные (долгие)

 

Таблица 4. Щелевые согласные (долгие)


 

Осциллограмма слов tie и die

Рис. 2. Осциллограмма слов tie и die [1, р. 58]

В связи с тем, что противопоставление глухих/звонких на конце слова нейтрализуется (а вместе с ним и все сопутствующие противопоставления), трудно решить, какой согласный, напряженный или ненапряженный, долгий или относительно краткий, произносится в конце слова. Физически конечный согласный на конце слова глухой. Влечет ли это за собой автоматически то, что он, будучи глухим, является напряженным? Или на конце слова употребляется глухой ненапряженный? Ответ на этот вопрос лежит не столько в плоскости наблюдения за материальными свойствами звука, сколько в сфере фонологии. Сравнение произношения звука с в словах сам и вас показали крайне незначительное ослабление напряжения при произнесении конечного согласного: «Сравнение (по палатограммам и одонтограм- мам) [s] в словах [sam] и [vas] у диктора II показало сужение артикуляционной зоны и расширение щели в [s], закрывающем слог. При сравнении палатограмм этих же слов у дикторов I и IV заметно, кроме того, некоторое перемещение вперед «мысиков» и незначительное сужение артикуляционной щели» [7, с. 30]. Конечно, эти «микроскопические» наблюдения не могут быть решающим основанием при принятии фонологического решения.

Вероятно, придется ограничиться тем выводом, что ввиду отсутствия фонологического противопоставления по глухости/звонкости снимается вопрос и о нефонологическом противопоставлении по напряженности/ненапряженности, так как различия в измерении длительности всегда могут быть «списаны» на различие в позициях. Однако есть свойство, которое явно сохраняется в позиции конца слова. В говорах придыхательные согласные употребляются на конце слова: кьоть, тьакь и др. И здесь они могут быть интерпретированы только как напряженные. Правда, состояние говоров не может быть основным аргументом при принятии решения в отношении литературного языка.

Поэтому вопрос о фонетических свойствах конечных глухих согласных в русском языке требует дальнейшего рассмотрения (рис. 3).

Не столь редко, но бывает так, что говорящие убеждены в том, что на конце слова произносится согласный, который похож и на т, и на д. Возможно, это не только иллюзия, возникающая под влиянием письменной речи.

Представленная нами система зависимостей и представляет собой фонематический коррелятивный признак «глухость/звонкость». В том случае, если главный признак «не срабатывает», функцию различения может принять на себя другой признак. Об этом писал М.В. Панов: «.попробуем шепотом произнести слова фон и вон, совет и завет, том и дом, шар и жар. Их нетрудно различить на слух. Однако они отличаются, конечно, не глухостью или звонкостью согласных. При шепоте нет дрожания голосовых связок, нет тона, следовательно, могут быть только глухие звуки. Слова жар и шар в шепотном произношении отличаются только напряженностью - ненапряженностью первого звука. «Несущественный» признак оказался существенным» [5, с. 158-159]. Проведенный анализ позволил М.В. Панову прийти к важному выводу: «Ни один типичный звуковой признак не может быть безразличен фонологу; с другой стороны, изучение всякого признака должно быть доведено до фонологического обобщения» [5, с. 163-164].

Таким образом, можно сформулировать, в чем состоит принципиальное различие признаков звуков языка от признаков фонем. Признаки звуков языка имеют «точечный» характер, они представляют собой простую совокупность свойств, что можно обозначить как: «глухой + напряженный + длительный + придыхательный».

  
Рис. 3. Механизм нейтрализации по глухости/звонкости на конце слова

 
Каждый признак в звуке языка выделяется отдельно. Напротив, признаки фонем представляют собой иерархически выстроенную систему: «глухость/звонкость с напряженность/ненапряженность с длительность/краткость с придыхательность/непридыхательность». Поэтому когда говорят о звуке языка, что он глухой, то имеют в виду, что при его произнесении не дрожат голосовые связки. Когда о фонеме говорят, что она глухая, то имеют в виду всю совокупность взаимосвязанных признаков. Данное разграничение чаще делается имплицитно, чем явно, но думается, что оно необходимо в фонологии и должно использоваться при описании фонетической системы русского языка.

Библиографический список

1. Ladefoged P. Course in Phonetics / Р. Ladefoged, K.A.Johnson. - Wadsworth, 2011. - 323 p.
2. Аванесов Р.И. Очерки русской диалектологии / Р.И. Аванесов. - М., 1949. - Ч. 1. - 335 с.
3. Ахманова О.С. Словарь лингвистических терминов / О.С. Ахманова. - М., 1969. - 608 с.
4. Грот Я.К. Русское правописание / Я.К. Грот. - СПб., 1894. - 120 с.
5. Панов М.В. Русская фонетика / М.В. Панов. - М., 1967. - 438 с.
6. Русская диалектология / под ред. Л.Л. Касаткина. - М., 2005. - 288 с.
7. Скалозуб Л.Г. Палатограммы и рентгенограммы согласных фонем русского литературного языка / Л.Г Скалозуб. - Киев, 1963. - 145 с.
8. Соколянский А.А. Модель многоуровневой фонологии русского языка / А.А. Соколянский. - Магадан, 2010. - 282 с.
9. Соколянский А.А. Фонологические заметки / А.А. Соколянский. - Магадан, 2015. - 76 с.
10. Тезисы Пражского лингвистического кружка // Пражский лингвистический кружок. - М., 1967. - С. 17-41.
11. Тихоненкова Д.Л. Долгие согласные в русском языке : дипломная работа / Д.Л. Тихоненкова. - Магадан, 2006. - 58 с.
12. Тредиаковский В.К. Разговор между чужестранным человеком и российским об ортографии старинной и новой и о всем, что принадлежит к сей материи // Тредиаковский В.К. Сочинения [в 3 т.] - СПб., 1849. - Т. 3.
13. Трубецкой Н.С. Основы фонологии / Н.С. Трубецкой. - М., 1960. - 372 с.

Вестник Северо-Восточного государственного университета
Магадан 2016. Выпуск 25

Категория: Филология и перевод | Добавил: x5443 (12.07.2016)
Просмотров: 130 | Теги: фонема | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]
...




Copyright MyCorp © 2016