Вторник, 28.02.2017, 01:58
Высшее образование
Приветствую Вас Гость | RSS
Поиск по сайту


Главная » Статьи » Законодательство. Государство и право

«ДОМА НОВЫ, А ПРЕДРАССУДКИ СТАРЫ» - «ГРЯЗНЫЕ» ПОЛИТТЕХНОЛОГИИ НАЧАЛА XX В.

«Дома новы, а предрассудки стары» - «грязные» политтехнологии начала XX в.

А.А. Ильюхов

Наши современники уже привыкли к тому, что на разного рода выборах, в представительные органы власти (в том числе и в Федеральное собрание России) широко используются так называемые «грязные технологии». Их применяют, чтобы протащить (точнее не скажешь) угодного кандидата в тот или иной орган власти, чтобы протащить закон и постановление, чтобы лоббировать интересы отдельных людей и целых корпораций с любыми целями (политическими, экономическими, криминальными или иными), чтобы опорочить того или иного чиновника, кандидата или депутата. Всё это воспринимается как явления новейшего времени, как проявление нашего «дикого капитализма». Но это не совсем верно. Всё это уже было не только на «демократически продвинутом» Западе, но и у нас в России. То есть явление «грязных технологий» или политических провокаций порождено политической системой, теми условиями «политической игры» на поле демократии, которые имманентно присущи этой системе. Можно с уверенностью утверждать, что это безобразие – неизбежно.

В нашей стране в советское время подобных явлений практически не было и вовсе не потому, что уровень нравственности, политической зрелости и толерантности был значительно выше. Всё дело в том, что сами выборы и выбранные в представительные органы люди (депутаты) мало что решали. В условиях «выборов без выбора» биться «в кровь» (в прямом и переносном значениях) не было никакого смысла. Но, когда появился большой материальный интерес, когда депутатское место многое стало давать и значить, естественно, за него и началась борьба. Началась борьба, часто «подковёрная», за то или иное решение, за нужный закон, за место под политическим солнцем и прочее.

В связи с нашим небольшим историческим опытом парламентаризма интересна история (грязная борьба) вокруг депутата третьей государственной Думы М.Д. Челышева. Депутат от Самары М.Д. Челышев прославился в Думе своими речами и упорной борьбой против пьянства и вообще продажи водки [1]. Газета «Биржевые Ведомости» за 3 июня 1908 г. назвала его «апостолом трезвости». Естественно распространение трезвости затрагивало интересы, как производителей спиртного, так и его продавцов (особенно в трактирах). Это (а также ряд других обстоятельств) и послужило причиной травли (или политической дискредитации), которую начали в марте 1908 г. против этого неугодного депутата на его родине, в Самаре.

Рядом самарских газет М.Д. Челышев был обвинён в том, что в бане его отца в Самаре торгуют спиртным и туда приводят проституток. Обвинение было основательно оформлено с привлечением многочисленных свидетелей и чинов полиции. (Как это похоже на наши дни!). 18 марта 1908 г. был составлен «полицейский протокол о пьянстве и разврате в самарских банях Челышева». Этот странный документ (по сути, обвинение) был составлен помощником пристава 3 участка г. Самары Балининым. В качестве свидетелей по делу проходили крестьяне (по социальному происхождению)  А.А. Митяев, А.А. Коновалов, Е. Кузнецов, проститутка Дедова, крестьянка (а в действительности тоже проститутка) Е. Рыбкина. Среди подписавших протокол были некие «свидетели» Куликов, Чижов и Власов. Заявление в полицию сделал уже упомянутый А.А. Коновалов. Протокол описывает, как  полицейский  Балинин «со товарищи» прибыл в баню, принадлежащую купцу Д.Е. Челышеву, и нашёл там компанию во главе с неким Бгашевым, которая пьянствовала вместе с проститутками. Некие «свидетели» сообщили, что они купили спиртное прямо в бане.

На суде в декабре 1909 г. выяснились некоторые подробности банного пьянства. Оказывается вышеуказанный Коновалов, который обнаружил, якобы, факт распития спиртных напитков в бане, был служащим на пивоваренном заводе А. Вакано. С того же завода были почти все участники пьянки и «свидетели». На том же суде представители защиты Д.Е. Челышева предъявили суду заявление некого самарца, который утверждал, что ему «за вознаграждение просили дать…  [показания] в том, что он был в банях Челышева, где тоже пил вино пиво и водку». Для обоснования лжесвидетельства этому самарцу разъясняли, что «это нужно было для того, что такого гражданина, как Вакано надо поддержать, ибо он много сделал для города, а Челышев – мало». [2] Даже свидетели обвинения по своей простоте помогли уличить провокаторов. Например, одна из женщин, участниц пьянства в номере, утверждала, что в номере, где они пили, было тихо. Это же подтвердил и «свидетель» Митяев, утверждавший, что они прямо подошли к указанному номеру, хотя там было тихо и признаков пьянства не было. Все указывали на то, что Коновалов шёл именно в данный номер и его вместе с полицией там ждали. На суде был сделан вывод: «Коновалов прекрасно знал, что в определённом номере встретит своего подчинённого Бгашева. Бгашев – ждал своего начальника Коновалова». [1-С. 784]

«Случай в бане» и стал стартом для широкой компании, но не против владельца заведения, а его сына – депутата государственной Думы. Но, чтобы ударить по депутату-трезвеннику, надо было обеспечить всероссийскую известность, и это было сделано. В Самаре местная газета «Голос Самары» с большим удовольствием рассказала о безобразиях, который происходят в вышеуказанной бане. Были опубликованы многочисленные карикатуры по этому поводу. Самарским этапом дискредитации руководил редактор этой газеты Богушевский (бывший чиновник крестьянского банка), который на выборах в Думу был оппонентом М.Д. Челышева и проиграл выборы. Естественно, он совсем не любил последнего, а тут представился случай поквитаться. Рассказ о «безобразиях в банях Челышева» в Самаре был разослан во все столичные (в том числе и московские) газеты, но скандальный материал опубликовал только бульварный журнал «Хулиган». Организаторы провокационной компании не скупились. Тогда же был издан специальный одноразовый журнал со странным названием «Челышовщина», с многочисленными рисунками и карикатурами, обличающими депутата, который разослали куда только можно. Интересно, что это были те же рисунки, что и в газете «Голос Самары». Как отмечала самарская газета «Волжское слово»: «Посыпались в столичной печати шаржи, карикатуры, бойкие куплеты, фельетоны. Работали талантливые перья». [2-1910. 10 марта.] Провокаторы денег не жалели.

Любопытно отметить, что «банная» провокация была устроена вскоре после того, как М.Д. Челышев начал свою кампанию против пьянства, которая имела огромный успех. «Через какой-нибудь месяц «пьяный вопрос в России» стал вопросом модным – даже больше. О нём начали говорить в «сферах», им занялся Государственный Совет». [2-1910. 10 марта.] Очевидно, что банный скандал в Самаре возник именно  в это время не случайно. Организаторы провокации хотели не только помешать росту популярности самарского депутата, но и дискредитировать саму идею активной борьбы с пьянством.

Собственно, уже в то время многие политически грамотные люди прекрасно понимали «откуда ноги растут». На первом суде по поводу «банного дела» 21 декабря 1909 г. адвокат Д.Е. Челышева (отца «героя» скандала) Ю.Н. Долгов так охарактеризовал ситуацию: «Причина этому - лежит вне дела. Она находится в личности известного общественного деятеля М.Д. Челышева, формально хотя к делу непричастного, но в качестве уполномоченного и распорядителя по делам своего отца Д.Е. Челышева, невольно принявшего на свои плечи всю тяжесть нравственной ответственности перед обществом за те распорядки, которые якобы с его ведома и одобрения, допускались его служащими – распорядками так резко противоречащие хорошо всем известным взглядам Челышева. … Можно поручиться, что если бы дело Д.Е. Челышева не могло бросить тень на члена Думы Челышева, то обнаруженное Балиным распятие вина в банях вряд ли бы попало даже на страницы местных газет. Но «от копеечной свечи Москва сгорела». … Ничтожным по существу обвинением, направленным на Д.Е. Челышева, хотели поджечь репутацию и доброе имя общественного деятеля. … Данные дела дают нам картину типичной провокации, жертвою которой сделался Челышев». [1- С. 781, 782.]

В течение короткого времени фамилия Челышев стала самой известной в Самаре, и в какой-то степени эффект по его дискредитации был достигнут. Возникает вопрос, кто организовал эту компанию травли депутата, кто финансировал это дорогостоящее «мероприятие»? Ведь надо было и газету издавать, и свидетелей подкупать, и полицейским платить и нести другие расходы. Как выяснилось в результате расследования, непосредственный исполнитель этой «пиар-компании» некий А. Коновалов только за два месяца (март-апрель 1908 г.) истратил на первые мероприятия по дискредитации депутата 232 руб. 15 коп. Львиную долю из этой суммы получил уже упомянутый помощник пристава Балин – 183 руб. 50 коп. (В бухгалтерской книге эта взятка значилась как «расходы в разное время чинам присутственных или иных мест»). Но кто же был главный кукловод, кто всё это затеял и почему?

 Ряд журналистов того времени расследовали эту ситуацию и установили, что за этой далеко идущей провокацией стоял известный в Самаре (да и в России) пивовар, владелец крупнейшего в России пивоваренного завода (будущее «Жигулёвское» пиво варилось на его заводе) некто Альфред фон Вакано. Противостояние двух антиподов начались ещё за 3-4 года до описываемых событий. А. Вакано был в то время председателем самарской канализационной комиссии и, как отмечал один из современников, «её пропагандист». М.Д. Челышев в то время был гласным самарской городской Думы и нещадно критиковал деятельность этой самой комиссии и её председателя за плохое санитарное состояние города. Указывал он и на «преувеличенную смету» этой комиссии, а, точнее, на воровство городских денег. (Беда сия и в то время «имела место быть»). «Пивоваренный король Поволжья» (так его называли самарцы), естественно не мог стерпеть критику и обвинения «какого-то гласного», который к тому же резко выступает против пьянства. Уже в то время зародилась ненависть тогдашнего регионального олигарха к депутату правдоискателю. Эта ненависть ещё более усилилась после того, как М.Д. Челышев стал депутатом государственной Думы, тем более что победил он Богушевского – ставленника фон Вакано. Последний частично финансировал избирательную компанию Богушевского.

У А. Вакано было не только желание «свалить» ненавистного депутата-земляка, но имелись и большие возможности, прежде всего финансовые. Под его контролем находилась и газета «Голос Самары», издателем которой был его родственник Киселёв, а редактор (уже упомянутый Богушевский) – ставленником. Судя по всему, газета и финансировалась им частично. В руки оппонентов А. Вакано попал реестр расходов на указанную кампанию по дискредитации М.Д. Челышева, где за первых два месяца было израсходовано на эти цели 232 руб. 15 коп. Деньги довольно большие, это средняя зарплата рабочего на пивоваренном заводе А. Вакано почти за два года. В заведении А. Вакано бухгалтерия была поставлена хорошо, поэтому в реестр были включены записи и о таких расходах, как покупка бутылки пива, расходы на извозчика и прислугу (50 руб.), «на чай» и т. п. Аккуратность, однако, подвела, эти записи попали в руки оппонентов и фигурировали на суде в качестве доказательств провокации и оплаты услуг провокаторам.

Конфликт, начавшийся в марте 1908 г. длился долго, через два года, в марте 1910 г. в Самаре состоялся второй суд, рассмотревший дело «О продаже в банях Челышева спиртных напитков». Д.Е. Челышев (владелец бани) был оправдан, на суде окончательно выяснилось, что это была провокация. Однако эта победа вовсе не говорит о срыве акции против депутата госдумы М.Д. Челышева. Приходится констатировать, что провокация, затеянная А. Вакано против депутата М.Д. Челышева, в основном удалась. Как отмечал автор в газете «Биржевые ведомости»: «То внимание, которым прежде Дума дарила Челышева, миновало. Его последние выступления в Думе побуждали большинство покидать зал. Слышались хихиканья и возгласы: «а баня?». Но, анализируя ситуацию безотносительно личности М.Д. Челышева, та же газета очень верно замечала: «Как всегда у нас таки бывает, не только общество, но даже законодательная палата смешала идею с человеком, принцип с личностью. «Голос Самары» хотел дискредитировать Челышева, но фактически нанёс удар не столько ему, сколько великой, спасательной идее трезвости. А между тем, … если бы Челышев был действительно лицемером, то и в этом случае его проповедь нисколько не теряла своей силы. Мы имели бы лишь одно из доказательств двойственности и испорченности человеческой натуры, - не более! Но ратовать за отрезвление страны всё-таки следовало не менее горячо и стойко, чем до изобличения Челышева». [3] С этим трудно не согласиться.

Всё это «дела давно минувших дней», 100 лет минуло с тех пор. Но и в наши дни возникают некие «банные дела», хотя устроенные более тонко с видеоматериалами и более солидными доказательствами. И сегодня для дискредитации идеи часто дискредитируют человека. Воистину – «дома новы, а предрассудки стары». История развивается по спирали и рассказанная история тоже тому доказательство.

________________________

1. См. Речи М.Д. Челышева, произнесенные в третьей государственной Думе о необходимости борьбы с пьянством и по другим вопросам. Спб., 1912.

2. Волжское слово. 1909. 25 декабря; 1910. 10 марта.

3. Биржевые Ведомости. (С. Петербург). 1908. 3 июня.


Выходные данные
Научный журнал «Социум и власть» № 1 (17) 2008 ISSN 1996-0522
Учредители ФГОУ ВПО «Уральская академия государственной службы», НП «Институт развития города»
Издатель Челябинский институт (филиал) ФГОУ ВПО «Уральская академия государственной службы»
Главный редактор доктор философских наук, профессор А.С. Чупров
Адрес редакции 454077, г. Челябинск ул. Комарова, 26, к. 308, тел.: (351) 771-42-30
Издание подготовлено к печати ООО «УралМедИнфо» 454000, г. Челябинск, ул. Цвиллинга, 34, тел./факс: (351) 263-87-27

Категория: Законодательство. Государство и право | Добавил: x5443 (11.08.2015)
Просмотров: 323 | Теги: органы власти, выборы, политтехнологии | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]
...




Copyright MyCorp © 2017