Четверг, 27.06.2019, 01:44
Высшее образование
Приветствую Вас Гость | RSS
Поиск по сайту



Главная » Статьи » Культура. Общество. Психология

ДИАЛЕКТИКА ЭЛЕКТРОННОЙ ЦИВИЛИЗАЦИИ: «МЫСЛЯЩАЯ МАШИНА» МЕЖДУ ИДОЛОМ И ИДЕАЛОМ

А. А. Теслев

ДИАЛЕКТИКА ЭЛЕКТРОННОЙ ЦИВИЛИЗАЦИИ: «МЫСЛЯЩАЯ МАШИНА» МЕЖДУ ИДОЛОМ И ИДЕАЛОМ

В исследовании рассматриваются особенности существования человека в культуре «новых медиа». Автор применяет диалектический подход к осмыслению взаимоотношений человека и «Мыслящей Машины» в рамках цифровой цивилизации, основываясь на работах советского философа Э. В. Ильенкова, который указывал на двойственность в отношении «Мыслящей Машины» и человека: с одной стороны, «Мыслящая Машина» - идол, которому человек вынужден подчиняться, существовать и действовать по её правилам; с другой - она является воплощением человеческого разума, инструментом реализации его целей, потребностей и интересов, то есть неким идеалом. Опираясь на положения, предложенные Э. В. Ильенковым, автор разрабатывает синтетическую модель работы самосознания в культуре «новых медиа», согласно которой разрешением противоречия идола и идеала в отношении человека и «Мыслящей Машины» является идея свободы как возможность реализации созидательной активности человека в практической деятельности. С точки зрения автора, этот принцип применим к осмыслению специфики существования человека и его самосознания в культуре «новых медиа».

Ключевые слова: электронная цивилизация, диалектика, человек, «Мыслящая Машина», идол, идеал, Э. В. Ильенков.

 

Цифровые технологии преображают многие традиционные формы нашего общения, включая и медиа. Речь идёт о формировании особой медиакультуры, при этом смысл термина «медиа» двоится. С одной стороны, это новые технические средства коммуникации «электронной цивилизации», которые позволяют нам общаться ежечасно и повсеместно, а с другой - новые технологии самого человеческого общения. Современное медиапространство не является обособленным, а культура «новых медиа» не представляет собой отдельной реальности - технологической, социальной, тем более, антропологической. Однако термин «культура новых медиа» указывает на сращён- ность современной культуры с информационно-коммуникационными технологиями и ресурсами. Но в какой мере расширение технических возможностей совершенствует или деформирует коммуникацию в её исходном смысле общения людей? Эпоха «новых медиа» обостряет вопрос о соотношении технического (машинного) и собственно духовного (человеческого) в наших взаимоотношениях.

Понятием «культура новых медиа» обозначаются границы современного состояния культуры и специфика актуальных культурных и социальных практик, и в то же время оно позволяет понять, что свойством «новомедийности» современная культура никоим образом не исчерпывается. Иными словами, человек в актуальной исторической фазе создаёт, использует, совершенствует новые технологии и ресурсы в своём глобальном взаимодействии с природой. «Электронная цивилизация» - очередной этап в преобразовании человеком мира на основе совершенствования орудий и технологий. «Новомедийностью» наша эпоха не исчерпывается, но именно культура «новых медиа» является тем особым явлением, которое демонстрирует двойственность взаимоотношений человека и его орудия, человека и машины. «Новые медиа» здесь указывают на наиболее специфичную сторону той культурной реальности, которая возвысила человека над другими существами, превратила антропологическое в социальное, когда общение между людьми уже невозможно без технических средств, но эти средства способны редуцировать идеальное содержание нашего культурного общения. И это даёт право утверждать, что культура «новых медиа» обнажает существенные признаки «электронной цивилизации» как таковой.

Что представляет собой человек, живущий и действующий в условиях «электронной цивилизации» и «новых медиа»? Каково самосознание субъекта, для которого, по утверждению многих исследователей, «новые медиа» стали заменителем традиционной религии?

Религия невозможна без поклонения. Мы не будем разбираться в том, идолом или идеалом оказывается Бог в христианстве и других мировых религиях. Оппозиция идола и идеала интересует нас там, где речь идёт о взаимоотношениях человека и того, что именуют «Мыслящей Машиной». Могут ли новые электронные технологии подчинить себе человека? Могут ли они навязывать нам свои алгоритмы поведения? В чём здесь причина и где выход?

В данном случае важна адекватная постановка вопроса, в поисках которой мы обратимся к работе Э. В. Ильенкова «Об идолах и идеалах» (1968) и к его статье в соавторстве с А. С. Арсеньевым и В. В. Давыдовым «Машина и человек, кибернетика и философия» (1966), где как раз и обсуждается специфика отношения «Человек - Мыслящая Машина».

Эти работы были написаны в период эйфории по поводу успехов создателей ЭВМ, возможности которых несопоставимы с техническими возможностями «новых медиа». Но наши теперешние иллюзии имеют тот же источник, на который указывает Ильенков со своими единомышленниками.

Мышление не может быть функцией технического устройства, доказывали советские философы ещё в 1960-х годах, поскольку и у человека оно является функцией не отдельного мозга, а всего человека, а вернее, социальным способом его жизнедеятельности. «Но функции, выполняемые мозгом, - читаем мы в статье 1966 года, - определяются всей совокупностью исторически развивающихся условий деятельности человека со всеми драматически-противоречивыми коллизиями внутри этих условий. Поэтому и искусственный мозг должен обладать способностью радикально изменять любую из схем своей прежней деятельности, а стало быть, и обеспечивающую её "структурную схему"» [1, с. 269]. Речь идёт о том, что мышлением, сознанием и самосознанием может обладать такая материальная структура, которая способна к универсальной деятельности по преобразованию внешнего мира, природы во всем её многообразии. Способна ли на это машина? Способна - в руках творческого человека. «Короче говоря, эта "структура" должна быть способной к полной перестройке всех своих схем, иными словами, абсолютно пластичной, то есть универсальной, "формой (всех возможных) форм". Таков именно реальный человек и его мозг» [1, с. 269].

Таким образом, мы подходим к вопросу о возможности целеполагания применительно к технической системе, поскольку только человек может действовать согласно «целевой», а не одной лишь «причинной» детерминации. Без человека, пишут авторы статьи, ЭВМ, подобно другой технике, является просто телом природы, подверженным действию физико-химических закономерностей.

Именно при обсуждении вопроса о цели и средствах деятельности человека мы оказываемся в поле решения проблемы
- идолом или идеалом оказывается «Мыслящая Машина» для человека в современной культуре. Даже через полвека не теряет принципиальной новизны и актуальности анализ этой проблемы Э. В. Ильенковым, который писал о социальных причинах технократической мифологии, когда человек обожествляет своё орудие, превращает его в субъекта и наделяет самосознанием. И сам согласен подчиняться ему как высшему разуму. Подчиняясь своим же технических изобретениям, доказывал Э. В. Ильенков, человек на деле оказывается в подчинении другому человеку, а технологии оказываются только посредником в их общении. Вывод авторов статьи таков: «Западная техническая интеллигенция, в том числе и кибернетически-математическая, потому и запуталась в проблеме "человек - машина", что не умеет поставить её правильно, то есть как социальную проблему, как проблему отношений человека к человеку, опосредованных через материальное тело цивилизации, в том числе и через машинную современную технику современного производства» [1, с. 279].

В книге Э. В. Ильенкова «Об идолах и идеалах», которая была опубликована через два года после выхода указанной статьи, он ставит проблему ещё острее, подчёркивая, что «вовсе не Машина сама по себе превращает одного Человека в Раба, воспитанного в голодной дисциплине, а другого - в Жадного Хама, продавшего своё человеческое достоинство за радости комфорта и мещанства; что Раба эксплуатирует вовсе не Машина, а именно Жадный Хам с помощью машин, что виной всему - не бездушная и бесчеловечная Машина, а бездушие и бесчеловечность отношений Человека к Человеку, внутри которых Машина и в самом деле выступает как орудие выжимания пота и крови из живого человека» [3, с. 33].

Всё это не просто яркие художественные образы или «игра словами». Под Жадным Хамом здесь имеются в виду в том числе и государственно-бюрократические структуры, которые уже в наши дни используют технологические возможности наукометрии для подчинения себе творческого труда учёных и преподавателей. И наукометрические показатели в такой системе координат превращаются в идола, поклонение которому выгодно страте чиновников. Достаточно развёрнуто рассмотрены в современной литературе интерактивные возможности «новых медиа», которые позволяют манипулировать избирателями, потребителями и другими субъектами современного информационного общества, склонными принимать волю другого человека за истину высшего искусственного Разума [4].

Как мы видим, кибернетическая мифология прошлого века перекликается с мифологией «новых медиа» сегодня. Отчуждение своих способностей в пользу машины - факт нашей жизни. Но как заменить проблему поклонения машине как идолу проблемой развития человека, его творческих способностей, что и являлось идеалом классической культуры?

На наш взгляд, именно культура «новых медиа» не только обнажает противоречия «электронной цивилизации», но и способна подготовить почву для решения данной проблемы. Но здесь нам нужно подробнее разобраться в диалектике взаимоотношений Человека и Машины, представленной в работах Э. В. Ильенкова. ***

Вернёмся к тому, что за «Мыслящей Машиной», по убеждению Э. В. Ильенкова, всегда стоит создавший её «по своему образу и подобию» и управляющий ею человек. «Человек, имея дело с машиной, в действительности имеет дело с другим человеком, с её создателем и хозяином, и Машина - только посредник между людьми» [3, с. 3132]. Через противостояние Человека и Машины, согласно Э. В. Ильенкову, проявляет себя противостояние Человека Человеку в условиях социальных антагонизмов. В наличном социальном бытии тезис противостоит антитезису, но исторический процесс способен совершить диалектическое снятие данного противоречия, что, на наш взгляд, и происходит при развитии культуры «новых медиа».

Обратим внимание на специфику взаимодействия в системе отношений «Человек - Машина», чтобы установить, является ли «Мыслящая Машина» идолом, подчиняющим себе человека и определяющим специфику его самосознания и деятельности вне зависимости от его воли, или же «Машина» - рациональное и целесообразное воплощение в реальности некоего идеала самим человеком, представляющая собой факт (или акт) опредмечивания человеческого самосознания через деятельность. Но является ли такая постановка вопроса корректной? Сам этот вопрос есть некая провокация в том смысле, что намеренно вводит мысль в мнимый парадокс («или/или»). Этот парадокс выглядит как риторический оборот и, таким образом, содержит в себе готовый ответ: «Машина» может быть воспринята (понята) и как идол, и как идеал. Но такого рода парадоксам соответствует и сама социальная реальность на антагонистической ступени её развития.

Как же установить границу между проявлением «Машины» в качестве «Идола» и в качестве «Идеала»? Здесь нужно напомнить слова Э. В. Ильенкова о том, что «любое гениальное открытие, любое изобретение и техническое новшество могут быть одинаково успешно использованы и на благо человеку, и во вред ему» [3, с. 30]. Таким образом, разрешение указанного выше противоречия оказывается связано с тем, насколько сам человек способен выстраивать «тактику» общественных отношений. Но какова эта тактика и каковы возможные подходы к её описанию?

Говоря о «тактике», мы понимаем последнюю как метафору, за которой скрывается та или иная модель (способ) работы сознания и самосознания человека в культуре «новых медиа». В современных исследованиях по теории медиа, теории информационного (постиндустриального) общества, в визуальной антропологии обнаруживают себя три модели, в рамках которых самосознание «работает» относительно электронных средств коммуникации. Так называемая «пассивная модель», берущая начало в теории медиа Маршалла Маклюэна, указывает на то, что медиатехнологии и ресурсы уменьшают способность человека действовать. «Активная модель», предпосылки которой мы усматриваем в работах Мануэля Кастельса и Эриха Фромма, раскрывает потенциальную расположенность культуры «новых медиа» к усилению способности человека действовать согласно своему разумению, во имя своих потребностей, интересов и целей. Но возможна, на наш взгляд, некая «нейтральная», а точнее, «синтетическая модель», позволяющая найти способ снятия противоположности между пассивностью и активностью, а значит, между Идолом и Идеалом применительно к «новым медиа».

В этой логике активная и пассивная модели работы нашего сознания и самосознания - два различных момента одного процесса (различённое тождество) как процесса саморазвития культуры посредством деятельности человека. И в то же время самой историей эти изначально связанные моменты деятельности человека оказываются противопоставлены друг другу. Здесь мы можем сослаться на анализ Г. В. Ф. Гегелем в «Феноменологии духа» диалектики раба и господина. Антагонизм «Идола» и «Идеала», в «новых медиа» в том числе, приводит это сознание в «разорванное», «страдающее» состояние.

В статье 1966 года мы читаем: «Либо технику (кибернетическую или некибернетическую) рассматривают только как средство, только как орудие выполнения человеческих целей, либо она превращается в самоцель, а человек - в средство, в сырье» [1, с. 270]. Таким образом, противостояние Человека и Машины как тезиса и антитезиса является историческим продуктом, результатом взаимного отчуждения людей. Восприятие Машины как Идола оказывается следствием взаимного отчуждения и даже, как писал Маркс, «профессионального кретинизма», имеющего не антропологическую, а социальную природу. Но просматриваются ли сегодня перспективы преодоления этой исторической коллизии?

Разрешением противоречия между пассивностью и произволом является свободное действие. Творческое, а по сути диалектическое, снятие этих двух моментов приводит к идее свободы, которая, на наш взгляд, должна лечь в основание синтетической модели работы самосознания в культуре «новых медиа». Технологические возможности «новых медиа» позволяют нам актуализировать собственные замыслы, реализуя в виртуальном пространстве невиданные ранее степени своей свободы. Они же придают универсальность нашему общению.

Но свобода и универсальность, обеспеченная сегодня «Мыслящими Машинами», будет оставаться формальной, пока её смыслом не станет развитие способностей каждого человека как субъекта.

Иначе говоря, деятельность «новых медиа» должна наполняться идеальным смыслом собственно человеческого (духовного) взаимодействия, чтобы их материально-технические предпосылки уже не воспринимались в качестве Идола. Другой вопрос - какие социальные задачи должно решить человечество на пути к тому, чтобы каждый из нас воспринимался другим только как цель, а не средство.

Примечания

1. Арсеньев А. С., Ильенков Э. В., Давыдов В. В. Машина и человек, кибернетика и философия // Ленинская теория отражения и современная наука / Константинов Ф. В. (отв. ред.). Москва : Наука, 1966. С. 263-284.
2. Ильенков Э. В. Искусство и коммунистический идеал : Избранные статьи по философии и эстетике. Москва : Искусство, 1984. 349 с.
3. Ильенков Э. В. Об идолах и идеалах. Москва : Политиздат, 1968. 317 с.
4. Мареева Е. В. От искусственного интеллекта к искусственной душе // Вопросы философии. 2014. № 1. С. 171-177.
5. Осипов И. Д. Экзистенциальная диалектика Эвальда Ильенкова // Вестник Санкт- Петербургского государственного университета. Серия 6. Политология международные отношения. 2013. Выпуск 4. С. 29-34.

Источник: Научный журнал "Вестник Московского государственного университета культуры и искусств". 2018. № 6 (86)


Категория: Культура. Общество. Психология | Добавил: x5443 (28.04.2019)
Просмотров: 32 | Теги: Диалектика, электронная цивилизация | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]
...




Copyright MyCorp © 2019 Обратная связь