Пятница, 09.12.2016, 10:39
Высшее образование
Приветствую Вас Гость | RSS
Поиск по сайту


Главная » Статьи » Законодательство. Государство и право

25.1. Понятие, источники и предмет регулирования права вооруженных конфликтов

Глава 25. ПРАВО ВООРУЖЕННЫХ КОНФЛИКТОВ

 

25.1. Понятие, источники и предмет регулирования права вооруженных конфликтов

 

Международно-правовое запрещение агрессивных войн само по себе не привело к искоренению из общественной жизни причин, порождающих вооруженные конфликты. Несмотря на запрет обращаться к вооруженной силе в международных отношениях, государства нередко прибегают к ней для разрешения возникающих между ними споров и конфликтных ситуаций. Это обусловливает необходимость правового регулирования сложного комплекса общественных отношений, возникающих в ходе вооруженного конфликта, в целях их максимально возможной гуманизации. Соответствующая группа норм международного права иногда условно именуется "право вооруженных конфликтов". Она включает ряд договорных и обычно-правовых принципов и норм, устанавливающих взаимные права и обязанности субъектов международного права относительно применения средств и методов ведения вооруженной борьбы, регулирующих отношения между воюющими и нейтральными сторонами и определяющих ответственность за нарушение соответствующих принципов и норм.

Юридическую основу названной отрасли современного международного права составляют следующие наиболее важные правила поведения, которые относятся к любым вооруженным конфликтам и определяют общее направление совершенствования законов и обычаев войны с учетом изменений в военно-технической сфере:

- право сторон в конфликте и их вооруженных сил выбирать средства и методы ведения войны не является неограниченным, запрещается применять оружие и методы ведения военных действий, способные причинить излишние разрушения или чрезмерные страдания;

- лица, не принимающие участия или переставшие принимать участие в военных действиях, как то: раненые, больные, пленные и гражданские лица, - должны пользоваться уважением и защитой при любых обстоятельствах;

- гражданские лица должны пользоваться гуманным обращением, в частности запрещаются посягательство на их жизнь, любые виды пыток и жестокого обращения, взятие заложников, осуждение без предварительного судебного решения, вынесенного надлежащим образом;

- вооруженные силы должны при любых обстоятельствах проводить различие между гражданскими лицами и гражданскими объектами, с одной стороны, и комбатантами и военными объектами - с другой;

- запрещаются нападения на гражданских лиц и гражданские объекты; должны соблюдаться все меры предосторожности, предназначенные для того, чтобы щадить гражданское население;

- запрещается подвергать нападению или уничтожать объекты, необходимые для выживания гражданского населения (например, запасы продуктов питания, посевы, скот, сооружения для снабжения питьевой водой и запасы последней, ирригационные сооружения); запрещается использовать голод в качестве метода ведения войны;

- раненых и больных следует подбирать, им должна быть оказана помощь; госпитали, санитарные автомобили, а также медицинский и духовный персонал должны пользоваться уважением и защитой; эмблемы Красного Креста и Красного Полумесяца, являющиеся символами этой защиты, должны пользоваться уважением при любых обстоятельствах, любые злоупотребления эмблемой или ее неправильное использование должны подвергаться наказанию;

- стороны, находящиеся в конфликте, обязаны соглашаться на проведение операций по оказанию помощи гражданскому населению, которые носят гуманитарный и беспристрастный характер и осуществляются без какого-либо неблагоприятного различия; персонал, участвующий в операциях по оказанию помощи, должен пользоваться уважением и защитой.

Эти принципы сложились в результате длительного процесса кодификации и прогрессивного развития международного права, применяемого в период вооруженных конфликтов. Принцип гуманности запрещает применение военного насилия, которое не является необходимым для целей войны.

К числу наиболее важных источников права вооруженных конфликтов следует отнести Петербургскую декларацию об отмене употребления взрывчатых и зажигательных пуль 1868 г., Гаагские конвенции 1899 и 1907 гг. о законах и обычаях сухопутной войны, о бомбардировании морскими силами во время войны, о правах и обязанностях нейтральных держав и лиц в случае сухопутной войны, о правах и обязанностях нейтральных держав в случае морской войны и некоторые другие. Всего в Гааге было принято 13 конвенций и Декларация о запрещении метания снарядов и взрывчатых веществ с воздушных шаров.

Недостатком большинства из принятых на этих конференциях документов явилось то, что они содержали clausula si omnes (оговорку всеобщности), согласно которой положения Конвенции были обязательны "лишь для договаривающихся держав и только в том случае", если воюющие в ней участвуют (ст. 2 IV Гаагской конвенции о законах и обычаях сухопутной войны 1907 г.).

В связи с этим, если в войну вступало государство, не являвшееся участником Конвенции, она переставала действовать даже в отношениях между ее участниками. Последующая нормотворческая практика государств пошла по пути отказа от этой оговорки.

Важнейшими источниками права вооруженных конфликтов являются четыре Женевские конвенции о защите жертв войны 1949 г. (об улучшении участи раненых и больных в действующих армиях; об улучшении участи раненых, больных и лиц, потерпевших кораблекрушение, из состава вооруженных сил на море; об обращении с военнопленными; о защите гражданского населения во время войны). Они распространили действие правил ведения войны на "вооруженные конфликты, не носящие международного характера", подтвердили за партизанами правовой статус комбатантов, запретили не обусловленное военной необходимостью уничтожение имущества, принадлежащего частным лицам, государственным и общественным организациям. Был сделан важный шаг в направлении установления правового режима гражданского населения в районах вооруженных конфликтов.

Однако уже вскоре после принятия Женевских конвенций 1949 г. оказалось, что их нормы не всегда способны адекватно учитывать специфику вооруженных конфликтов в эпоху научно-технической революции. Стало очевидно, что они применимы скорее к последствиям военных действий, нежели к их непосредственному ведению. Указанный пробел в определенной мере восполнили принятые в 1977 г. два Дополнительных протокола к Женевским конвенциям 1949 г., касающиеся защиты жертв международных вооруженных конфликтов (Дополнительный протокол I) и вооруженных конфликтов немеждународного характера (Дополнительный протокол II).

Принятие протоколов имело целью устранить не соответствующий современным условиям разрыв между предписаниями норм, гарантирующих защиту жертв войны, и норм, касающихся средств и методов ведения войны. Так, Дополнительный протокол I значительно расширяет сферу применения правил ведения войны. Если действие Женевских конвенций распространяется на случаи "необъявленной войны или всякого другого вооруженного конфликта, возникающего между двумя или несколькими государствами", то положения Дополнительного протокола I распространяются и на войны, "в которых народы ведут борьбу против колониального господства и иностранной оккупации, против расистских режимов в осуществление своего права на самоопределение". Статья 48 Дополнительного протокола I устанавливает: "Для обеспечения уважения и защиты гражданского населения и гражданских объектов стороны, находящиеся в конфликте, должны всегда проводить различие между гражданским населением и комбатантами, а также между гражданскими объектами и военными объектами и соответственно направлять свои действия только против военных объектов".

Сфера применения Дополнительного протокола II была сужена по сравнению со сферой применения ст. 3, общей для четырех Женевских конвенций 1949 г. Если общая ст. 3 применима ко всем "вооруженным конфликтам, не носящим международный характер", то в ст. 1 Дополнительного протокола II установлено, что он применяется "ко всем вооруженным конфликтам, не подпадающим под действие статьи 1 Дополнительного протокола к Женевским конвенциям от 12 августа 1949 года, касающегося защиты жертв международных вооруженных конфликтов (Протокола I), и происходящим на территории какой-либо Высокой Договаривающейся Стороны между ее вооруженными силами или другими организованными вооруженными группами, которые, находясь под ответственным командованием, осуществляют такой контроль над частью ее территории, который позволяет им осуществлять непрерывные и согласованные военные действия и применять настоящий Протокол" (ст. 1).

К действующим международным соглашениям о средствах и методах ведения войны также относятся: Женевский протокол о запрещении применения на войне удушливых, ядовитых или других подобных газов и бактериологических средств 1925 г., Гаагская конвенция о защите культурных ценностей в случае вооруженного конфликта 1954 г. и два протокола к ней - 1954 и 1999 гг., Конвенция о запрещении разработки, производства и накопления запасов бактериологического (биологического) и токсинного оружия и об их уничтожении 1971 г., Конвенция о запрещении военного или любого иного враждебного использования средств воздействия на природную среду 1976 г., Конвенция о запрещении или ограничении применения конкретных видов обычного оружия, которые могут считаться наносящими чрезмерные повреждения или имеющими неизбирательное действие, 1980 г. и пять протоколов к ней (Протокол о необнаруживаемых осколках 1980 г., Протокол о запрещении или ограничении применения мин, мин-ловушек и других устройств 1980 г., Протокол о запрещении или ограничении применения зажигательного оружия 1980 г., Протокол об ослепляющем лазерном оружии 1995 г. и Протокол по взрывоопасным пережиткам войны 2003 г.), Конвенция о запрещении разработки, производства, накопления и применения химического оружия и о его уничтожении 1993 г., Конвенция о запрещении применения, накопления запасов, производства и передачи противопехотных мин и об их уничтожении 1997 г., Дополнительный протокол к Женевским конвенциям от 12 августа 1949 г., касающийся принятия дополнительной отличительной эмблемы (Протокол III), а также Конвенция по кассетным боеприпасам 2008 г.

Кроме того, в современном международном праве имеется ряд документов, относящихся к сфере уголовной ответственности отдельных лиц за серьезные нарушения норм права вооруженных конфликтов. К ним относятся: уставы международных трибуналов (Нюрнберг и Токио) 1945 г.; статуты международных трибуналов по бывшей Югославии и по Руанде, а также Статут Международного уголовного суда; Конвенция о неприменимости срока давности к военным преступлениям и преступлениям против человечества 1968 г.; резолюции Генеральной Ассамблеи ООН о выдаче и наказании военных преступников (Резолюция 3 (I) от 13 февраля 1946 г.) и о принципах международного сотрудничества в отношении обнаружения, ареста, выдачи и наказания лиц, виновных в военных преступлениях против человечества (Резолюция 3047 (XXVIII) от 3 декабря 1973 г.) и др.

В процессе кодификации и прогрессивного развития международного права, применимого в период вооруженных конфликтов, наряду с государствами важную роль играли и продолжают играть ООН, а также такие неправительственные организации, как Международный комитет Красного Креста (МККК), Институт международного права и др.

Значительный вклад в этот процесс внесла Российская империя, затем СССР, а ныне Российская Федерация.

Предметом регулирования правил ведения войны являются специфические общественные отношения, складывающиеся между его субъектами в ходе вооруженных конфликтов.

Международный вооруженный конфликт представляет собой вооруженное столкновение между государствами либо между национально-освободительным движением и метрополией, т.е. между восставшей (воюющей) стороной и войсками соответствующего государства.

Установление объема понятия "вооруженный конфликт немеждународного характера" усложняется тем, что ни в ст. 3, общей для четырех Женевских конвенций 1949 г., ни в Дополнительном протоколе II оно не раскрыто. В п. 1 ст. 1 Дополнительного протокола II указан целый ряд критериев, которым должен удовлетворять вооруженный конфликт, однако эти требования направлены не на то, чтобы конкретизировать понятие "вооруженный конфликт немеждународного характера", использованное в общей статье 3 Женевских конвенций, а на то, чтобы ограничить сферу применения Протокола, установив более высокий порог применимости по сравнению со ст. 3, которая действует во всех вооруженных конфликтах, не носящих международного характера.

То обстоятельство, что в Дополнительном протоколе II содержится специальная оговорка о том, что он неприменим к беспорядкам и случаям возникновения внутренней напряженности, так как они "не являются вооруженными конфликтами", позволило некоторым авторам сделать вывод о совпадении сфер применения общей ст. 3 Женевских конвенций и Дополнительного протокола II. Вместе с тем из истории принятия этого Протокола следует, что формулировка, зафиксированная в п. 2 ст. 1, имела значение для определения сферы действия Протокола только в контексте проекта, подготовленного Международным комитетом Красного Креста (МККК), по которому предполагалось, что сферы действия общей ст. 3 Женевских конвенций и Дополнительного протокола II будут совпадать, но в итоге получилось, что эта идея не была поддержана, а правило в тексте Протокола осталось.

Апелляционная палата Международного трибунала по бывшей Югославии в решении по делу Дужко Тадича пришла к выводу, что "вооруженный конфликт имеет место всегда, когда происходит обращение к вооруженной силе между государствами либо длительное вооруженное насилие в отношениях между правительственными властями и организованными вооруженными группировками или между такими группировками". Исходя из этой формулировки, для квалификации ситуации в качестве немеждународного вооруженного конфликта необходимо наличие двух критериев: "продолжительность" и "организованность вооруженных групп".

В Римском статуте Международного уголовного суда, где нарушения международного гуманитарного права, совершаемые в вооруженных конфликтах немеждународного характера, разделены на две группы: нарушения общей ст. 3 Женевских конвенций (п. 2(c)) и другие серьезные нарушения международного гуманитарного права (п. 2(e)), также используется формулировка, изложенная в деле Тадича: в п. 2(f) указывается, что п. 2(e) применяется в отношении вооруженных конфликтов, которые имеют место на территории государства, когда идет длительный вооруженный конфликт между правительственными властями и организованными вооруженными группами или между самими такими группами.

Использование в решении по делу Тадича и в Римском статуте слова protracted, переводимого на русский язык как "продолжительный", "затяжной", указывает на то, что имелась в виду длительность конфликта. Однако, применяя эту правовую позицию Апелляционной палаты, Судебная палата трибунала по тому же делу Тадича в 1997 г. стала рассматривать данный критерий как относящийся не к продолжительности, а скорее к интенсивности конфликта. Исходя из практики трибунала при квалификации конфликта принимаются во внимание такие критерии, как серьезность атак и увеличение случаев вооруженных столкновений, масштабность столкновений по территории, увеличение числа правительственных сил, проведение мобилизации или распространение оружия среди участников конфликта, а также реакция на происходящие события со стороны Совета Безопасности ООН. В дальнейшем такой подход стал применяться не только самим Международным трибуналом по бывшей Югославии, но и Международным трибуналом по Руанде.

На практике нередко наблюдается так называемая интернационализация вооруженных конфликтов немеждународного характера.

Как юридическое понятие "международный вооруженный конфликт" впервые упоминается в Женевских конвенциях 1949 г. Его появление наряду с понятием "война" породило немало вопросов теоретического и практического плана. Аналогичные вопросы возникают при квалификации вооруженного конфликта, в котором участвует национально-освободительное движение и в случае участия третьих государств в той или иной форме вооруженного конфликта немеждународного характера. Споры вокруг этих вопросов на доктринальном уровне продолжаются до сих пор. Важность выработки единообразного подхода к их разрешению обусловлена проблемой квалификации действий вооруженных сил национально-освободительных движений и действий сторон в так называемом интернационализированном внутригосударственном вооруженном конфликте.

Серьезные трудности в теории и на практике вызывает поиск ответов на вопросы, связанные с правовой квалификацией немеждународных вооруженных конфликтов: какие ситуации охватываются этим понятием; каков круг лиц, защищаемых нормами права в данных конфликтах; где та грань, за которой немеждународный вооруженный конфликт переходит в международный; какими нормами права (международными или внутригосударственными) регламентируются действия воюющих сторон в таких конфликтах, и др.

Содержание

Категория: Законодательство. Государство и право | Добавил: x5443x (08.12.2014)
Просмотров: 772 | Теги: право, вооруженный, междунарожный | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]
...




Copyright MyCorp © 2016