Воскресенье, 24.09.2017, 04:24
Высшее образование
Приветствую Вас Гость | RSS
Поиск по сайту



Главная » 2012 » Декабрь » 24 » Особенности уголовной ответственности за разглашение сведений о мерах безопасности, применяемых в отношении свидетеля
13:30
Особенности уголовной ответственности за разглашение сведений о мерах безопасности, применяемых в отношении свидетеля

В статье рассматриваются история возникновения и особенности состава преступления, предусмотренного ст. 311 УК РФ, совершаемого в отношении свидетеля. Затрагиваются проблемы безопасности данной категории потерпевших в зависимости от вида процесса. То обстоятельство, что защита свидетелей в гражданском, арбитражном, административном процессе по ст. 311 УК РФ невозможна, подвергнуто критике. Выход автору видится в расширении круга отношений путем включения в него и отношений, обеспечивающих безопасность участников гражданского и арбитражного, административного процессов и изменения наименования ст. 311 УК РФ.

М.С. Кармановский*

Особенности уголовной ответственности за разглашение сведений о мерах безопасности, применяемых в отношении свидетеля

Уголовная ответственность должностного лица за разглашение сведений, не подлежащих оглашению, впервые появилась в ст. 117 УК РСФСР 1922 г. Разглашение, сообщение, передача или собирание в целях передачи должностным лицом сведений, не подлежащих оглашению, признавалось уголовно наказуемым деянием согласно ст. 1211 УК РСФСР 1926 г. Эти преступления относились к категории должностных [10].

В 1995 г. российское уголовное законодательство наконец пополнилось нормой, устанавливающей уголовно-правовой запрет на разглашение сведений о мерах безопасности, применяемых в отношении судьи, должностного лица правоохранительного или контролирующего органа и их близких родственников (ст. 1841), включенной в гл. 8 «Преступления против правосудия» УК РСФСР 1960 г. Однако данная статья свидетелей в качестве возможных потерпевших не называла.

Во вновь принятом в 1996 г. Уголовном кодексе РФ ст. 311 УК РФ «Разглашение сведений о мерах безопасности, применяемых в отношении судьи и участников уголовного процесса» впервые в качестве возможного потерпевшего данного преступления был назван свидетель.

Таким образом, специальная ответственность за рассматриваемое посягательство на свидетелей была введена в законодательство относительно недавно, однако ее наличие в уголовном законе весьма важно для обеспечения безопасности этой категории участников судопроизводства. Наличие уголовно-правового запрета на разглашение сведений о мерах безопасности, применяемых в отношении свидетеля, является важной государственной мерой, направленной на предотвращение преступного воздействия на этой категории участников уголовного процесса, рассекречивания служебных сведений о способах и приемах обеспечения их безопасности, «обесценивания» уже предпринятых мер безопасности (перемены места жительства, фамилии, внешности и т.п.).

Разглашение сведений о мерах безопасности, применяемых в отношении свидетеля, является многообъектным преступлением, хотя, например, И.А. Бобраков называет непосредственным объектом данного преступления только общественные отношения, обеспечивающие нормальную деятельность правоохранительных органов [20, с. 575].

Большинство ученых все-таки выделяют и основной, и дополнительный непосредственный объекты данного деяния. Так, Б.В. Здравомыслов в качестве объекта преступления, предусмотренного ст. 311 УК РФ, называет нормальную деятельность суда по осуществлению правосудия, а также безопасность участников уголовного процесса и их близких [19, с. 463]. Т.В. Кондрашова считает, что основным непосредственным объектом является нормальная работа органов правосудия, а дополнительным – безопасность судей, участников уголовного процесса и их близких [17, с. 852].

Однако наиболее предпочтительна, на наш взгляд, точка зрения Ю.А. Красикова, который считает основным объектом данного деяния общественные отношения, обеспечивающие нормальную деятельность органов правосудия, а дополнительным – интересы судей, участников процесса, их безопасность [4, с. 852], как наиболее полно и конкретно определяющую сущность общественных отношений, подвергающихся посягательству при разглашении сведений о мерах безопасности, применяемых в отношении свидетеля.

Потерпевшим от данного преступления может быть свидетель, в отношении которого применяются меры безопасности, а также его близкие, под которыми традиционно понимаются близкие родственники (супруг, супруга, родители, дети, усыновители, усыновленные, родные братья и родные сестры, дедушка, бабушка, внуки), иные лица, состоящие в родстве (двоюродные братья и сестры, племянники, племянницы и т.д.), свойстве (родственники супруга), иные лица, жизнь, здоровье и благополучие которых заведомо для виновного дороги потерпевшему (лицу, которому виновный желает отомстить или воспрепятствовать) в силу сложившихся личных отношений (друзья, знакомые, сослуживцы и т.д., причинение вреда которым было бы серьезной душевной травмой для лица, которому виновный желает отомстить или воспрепятствовать его правомерной деятельности) [9, с. 24].

Данное положение полностью подтверждается ст. 1 Федерального закона «О государственной защите потерпевших, свидетелей и иных участников уголовного судопроизводства» от 20 августа 2004 г. ¹ 119-ФЗ, согласно которой меры государственной защиты могут применяться в отношении близких родственников, а в исключительных случаях – также иных лиц, на жизнь, здоровье и имущество которых совершается посягательство с целью воспрепятствовать законной деятельности судей, иных лиц либо принудить их к изменению ее характера или из мести за указанную деятельность. Таким образом, для обеспечения проведения судебного процесса с участием конкретных свидетелей могут быть приняты специальные меры безопасности не только к таким свидетелям, но и к невесте свидетеля, к другу и т.д.

Необходимо указать, что Федеральный закон «О государственной защите потерпевших, свидетелей и иных участников уголовного судопроизводства» от 20 августа 2004 г. ¹ 119-ФЗ является более прогрессивным в вопросе защиты очевидца преступления. В отношении этой категории также могут применяться меры безопасности (ч. 2 ст. 2). Поэтому мы полностью согласны с мнением К.А. Саркисян, которая указывает на разрегулированность норм названного Федерального закона и норм УК, поскольку последний об очевидцах умалчивает [12, с. 14].

Уголовно-правовая норма, содержащаяся в ст. 311 УК РФ, направлена только на обеспечение безопасности лиц, являющихся участниками уголовного процесса, а также их близких. Поэтому безопасность участников иных видов судопроизводства, как-то: гражданского, арбитражного, административного – находится вне сферы ее действия. Невключение в число объектов охраны отношений в связи с гражданским, арбитражным и административным судопроизводством справедливо подвергается учеными критике [7, с. 234], тем более что вопрос об обеспечении безопасности содействия правосудию в принципе один из важнейших в исследуемой области [13, с. 70–75; 14, с. 115–120]. В свете сказанного убедительны предложения по расширению круга отношений, составляющих объект уголовно-правовой охраны этой нормы, путем включения в него и отношений, обеспечивающих безопасность участников гражданского и арбитражного, административного процессов, и изменения наименования ст. 311 УК РФ путем исключения из него вида судопроизводства: «Разглашение сведений о мерах безопасности, применяемых в отношении судьи и участников процесса».

Обязательным признаком преступления, предусмотренного ст. 311 УК РФ, является предмет: сведения о мерах безопасности, применяемых в отношении свидетеля или его близких.

Меры безопасности, применяемые в отношении этой категории, разнообразны.

Так, в соответствии с ч. 1 ст. 6 Федерального закона «О государственной защите потерпевших, свидетелей и иных участников уголовного судопроизводства» от 20 августа 2004 г. ¹ 119-ФЗ, мерами безопасности являются: личная охрана, охрана жилища и имущества; выдача специальных средств индивидуальной защиты, связи и оповещения об опасности; обеспечение конфиденциальности сведений о защищаемом лице; переселение на другое место жительства; замена документов; изменение внешности; изменение места работы (службы) или учебы; временное помещение в безопасное место.

При наличии оснований, указанных в ст. 16 названного Федерального закона, в отношении защищаемого лица могут применяться также другие меры безопасности, предусмотренные законодательством Российской Федерации (это наличие реальной угрозы убийства защищаемого лица, насилия над ним, уничтожения или повреждения его имущества в связи с участием в уголовном судопроизводстве, установленные органом, принимающим решение об осуществлении государственной защиты). Такие меры безопасности, как переселение на другое место жительства, замена документов, изменение внешности и изменение места работы (службы) или учебы осуществляются только по уголовным делам о тяжких и особо тяжких преступлениях.

Следует заметить, что в реальности не все указанные меры безопасности применяются равномерно. Так, В.И. Крайнов приводит данные о том, что личная охрана была обеспечена 705 лицам, временное помещение в безопасное место – 44, переселены на другое место жительства 8 человек. Опыта применения таких мер безопасности, как замена документов и изменение внешности защищаемого лица, до сих пор нет [6, с. 27].

Личная охрана, охрана жилища и имущества свидетеля, в отношении которого применена данная мера безопасности, обеспечиваются специализированными органами (например, центрами по обеспечению безопасности лиц, подлежащих государственной защите МВД России). При этом его жилище и имущество могут быть оборудованы техническими средствами наблюдения, противопожарной и охранной сигнализацией (ст. 7 Федерального закона). Так, при обеспечении данной

меры безопасности подразделения вневедомственной охраны при органах внутренних дел о каждом случае угрозы или попытке осуществить противоправные действия в отношении указанных жилища и имущества немедленно информируют орган, осуществляющий меры безопасности.

В ст. 8 Федерального закона установлено, что органы, осуществляющие меры безопасности, могут выдавать защищаемому ими лицу специальные средства индивидуальной защиты (к их числу относятся бронежилет, электрошоковое устройство и т.д.), связи и оповещения об опасности (например, такие как переносное портативное радиоустройство, телефон сотовой связи).

По решению осуществляющего меры безопасности органа может быть наложен запрет на выдачу сведений о защищаемом лице из государственных и иных информационно-справочных фондов, а также могут быть изменены номера его телефонов и государственные регистрационные знаки используемых им или принадлежащих ему транспортных средств. Данные меры могут потребовать участия подразделений государственной инспекции безопасности дорожного движения, справочной службы автоматической телефонной связи и др.

В исключительных случаях, связанных с производством по другому уголовному либо гражданскому делу, эти сведения все же могут быть представлены в органы предварительного расследования, прокуратуру или суд на основании письменного запроса прокурора или суда (судьи) с разрешения органа, принявшего решение об осуществлении государственной защиты (ст. 9 Федерального закона).

Свидетель, в отношении которого применяются меры безопасности, может быть переселен на другое место жительства в установленном порядке. При его переселении за счет средств федерального бюджета предоставляется жилище, возмещаются расходы, связанные с переездом, оказывается материальная помощь, гарантируется трудоустройство и оказывается содействие в подборе места работы (службы) или учебы, аналогичного прежнему, при этом ранее занимаемое им жилище и гарантии трудоустройства или учебы сохраняются в течение всего периода отсутствия. Замена документов, удостоверяющих личность, иных документов с изменением фамилии, имени, отчества свидетеля, в отношении которого применяются меры безопасности, и других сведений о нем, а также изменение внешности могут быть произведены в исключительных случаях. Их порядок также устанавливается Правительством РФ.

Переселение на другое место жительства, замена документов и изменение внешности защищаемого свидетеля производятся только в случаях, если его безопасность не может быть обеспечена путем применения других мер безопасности (ст. 10 Федерального закона).

Защищаемому свидетелю в целях обеспечения его безопасности может быть оказано содействие в устройстве на другое, временное или постоянное, подходящее ему место работы (службы) или учебы в порядке, установленном Правительством РФ, он также может быть временно помещен в место, в котором ему будет обеспечена безопасность (ст.ст. 11, 12 Федерального закона).

Федеральный закон «О государственной защите потерпевших, свидетелей и иных участников уголовного судопроизводства» от 20 августа 2004 г. ¹ 119-ФЗ, распространяющийся на свидетелей, в отличие от Федерального закона от 20 апреля 1995 г. ¹ 45-ФЗ «О государственной защите судей, должностных лиц правоохранительных и контролирующих органов» содержит ограничения по осуществлению мер безопасности участников процесса в зависимости от вида судебного разбирательства. Поскольку наши предложения направлены на расширение сферы действия ст. 311 УК РФ, представляется логичным внесение изменений и в анализируемый нормативный правовой акт, исключив из него упоминания о виде судопроизводства и категории дел.

Указом Президента РФ от 6 марта 1997 г. ¹ 188 сведения о защищаемых лицах и мерах государственной защиты, осуществляемой в соответствии с Федеральным законом от 20 августа 2004 г. ¹ 119-ФЗ «О государственной защите потерпевших, свидетелей и иных участников уголовного судопроизводства» и другими нормативными правовыми актами РФ, включены в Перечень сведений конфиденциального характера (п. 2). Порядок защиты таких сведений устанавливается Правилами защиты сведений об осуществлении государственной защиты потерпевших, свидетелей и иных участников уголовного судопроизводства, утвержденными постановлением Правительства РФ от 3 марта 2007 г. ¹ 134.

Таким образом, понятие «сведения о мерах безопасности» неразрывно связано с традиционным для уголовного закона понятием «тайна», как сведений (информации), доступ к которым ограничен в соответствии с положениями федерального законодательства и за несанкционированное нарушение конфиденциальности которых установлена уголовная ответственность [3, с. 53]. В результате в ст. 311 УК РФ речь идет о разглашении виновным одного из видов тайны.

Преступным признается разглашение сведений о мерах безопасности, применяемых в отношении свидетелей или их близких, образующее объективную сторону преступления, предусмотренного ст. 311 УК РФ.

Разглашение сведений о мерах безопасности – это предание огласке (сообщение) указанных сведений, вследствие чего они становятся достоянием хотя бы одного постороннего (неуправомоченного) лица [18, с. 611; 22, с. 834].

Способами разглашения сведений о мерах безопасности, применяемых в отношении свидетелей, могут быть их передача в устной беседе, предоставление для ознакомления посторонними лицами документов, сообщение в печати и иных средствах массовой информации, отправка сообщения по электронной почте, путем SMS- или MMS-сообщения, и т.п. Однако данное деяние не всегда требует активных действий от виновного, который может совершить его и путем бездействия, например, оставив документы, содержащие сведения о мерах безопасности, примененных в отношении свидетеля, на столе, с которыми ознакомилось лицо, не имеющее допуска к ним, и т.п.

Данное преступление следует считать оконченным с момента доведения сведений о примененных мерах безопасности хотя бы одному постороннему лицу, т.е. не допущенному к ней на законных основаниях (например, ими могут быть коллеги виновного, родственники обвиняемого, адвокат и другие лица). Для признания содеянного разглашением необходимо, чтобы постороннее лицо понимало смысл полученных им сведений, т.е. могло как воспринимать информацию, так и впоследствии иметь возможность ею распорядиться. Очевидно, что, если сведения станут доступными малолетнему ребенку, неспособному в силу возраста осознавать характер сообщаемой информации и передать ее другому человеку, оконченный состав разглашения невозможен. В таких случаях деяние виновного является покушением на разглашение сведений о мерах безопасности, применяемых в отношении свидетеля, ответственность за которое должна наступать по ч. 3 ст. 30 и ст. 311 УК РФ.

Что касается субъективной стороны разглашения сведений о мерах безопасности, применяемых в отношении свидетеля, то Л.В. Иногамова-Хегай считает, что данное деяние совершается как с прямым умыслом, так и с преступной небрежностью [5, с. 566]. Мы же полагаем, что, поскольку состав преступления, предусмотренный ч. 1 ст. 311 УК РФ, является формальным, то он может быть совершен только с прямым умыслом [2, с. 214; 8, с. 213; 11, с. 87, 99]. Виновный осознает общественно опасный характер указанного деяния (интеллектуальный момент) и желает такие сведения разгласить (волевой момент). Следует отметить, что аналогичной точки зрения также придерживаются А.В. Бриллиантов, М.Н. Голоднюк, Б.В. Здравомыслов, Н.Р. Косевич, в чьих трудах анализируется состав преступления, предусмотренный ст. 311 УК РФ [1, с. 276; 19, с. 464; 20, с. 620]. Данного мнения придерживаются и опрошенные нами правоприменители, 91,4 % которых отрицают возможность совершения преступления, предусмотренного ст. 311 УК РФ, по неосторожности.

Субъект преступления – специальный: это вменяемое, достигшее шестнадцатилетнего возраста лицо, которому рассматриваемые сведения были доверены либо стали известны в связи с его служебной деятельностью.

К числу таковых могут относиться сотрудники органов внутренних дел, органов федеральной службы безопасности и иных государственных органов, на которые может быть возложено в соответствии с законодательством Российской Федерации осуществление отдельных мер безопасности, а также иные лица (работники адресно-справочных бюро, медицинских учреждений и т.д.).

Квалифицирующим признаком разглашения сведений о мерах безопасности, применяемых в отношении свидетеля, является наступление тяжких последствий (ч. 2 ст. 311 УК РФ). Данный признак – оценочный. Тяжкими последствиями следует признавать убийство свидетеля, уничтожение или повреждение его имущества, значительные расходы, понесенные в целях устранения последствий разглашения сведений о мерах безопасности, посягательство на жизнь сотрудника правоохранительного органа, обеспечивавшего безопасность свидетеля, и другие. Наступившее тяжкое последствие (или их совокупность) должно находиться в причинной связи с разглашением виновным сведений о применяемых мерах безопасности в отношении свидетеля. Наличие его в каждом конкретном случае должно устанавливаться судом с учетом всех обстоятельств дела.

Состав преступления, предусмотренный ч. 2 ст. 311 УК РФ, является материальным. Преступление будет окончено с момента наступления общественно опасных последствий.

Некоторые ученые считают, что тяжкие последствия наступают по неосторожности либо и умышленно, и по неосторожности [16, с. 706; 5, с. 566; 15, с. 383]. Однако мы полагаем, что это невозможно, поскольку законодатель в ч. 2 ст. 24 УК РФ прямо указал на то, что деяние, совершенное только по неосторожности, признается преступлением лишь в случае, когда это специально предусмотрено соответствующей статьей Особенной части УК. Так как в диспозиции ч. 2 ст. 311 УК РФ форма вины не названа, это означает, что последствия могут наступать только с умышленной формой вины. При этом умысел может быть как прямой, так и косвенный.

При прямом умысле виновный осознает общественную опасность разглашения сведений о мерах безопасности, применяемых в отношении свидетеля, предвидит неизбежность или возможность наступления тяжких последствий (интеллектуальный момент) и желает их наступления (волевой момент). При косвенном умысле виновный осознает общественную опасность разглашения сведений о мерах безопасности, применяемых в отношении свидетеля, предвидит возможность наступления тяжких последствий (интеллектуальный момент) и сознательно его допускает либо относится к ним безразлично (волевой момент).

Норма, закрепленная в ч. 2 ст. 311 УК РФ, является специальной по отношению к злоупотреблению должностными полномочиями и дополнительной квалификации по ст. 285 УК РФ не требует.

Если разглашение сведений о мерах безопасности было произведено за вознаграждение, то виновный должен нести ответственность по совокупности анализируемого преступления и получения взятки (ст. 311 и ст. 290 УК РФ).

Таким образом, изучив состав разглашения сведений о мерах безопасности, применяемых в отношении судьи и участников уголовного процесса, мы пришли к выводу о том, что его существование в том виде, который известен действующему уголовному законодательству, нецелесообразно. Поскольку меры безопасности следует применять к свидетелям не только по уголовным, но и по гражданским и административным делам, название и диспозицию ч. 1 ст. 311 УК РФ необходимо изменить, изложив ее в следующей редакции:

«Статья 311. Разглашение сведений о мерах безопасности, применяемых в отношении судьи и участников судопроизводства

1. Разглашение сведений о мерах безопасности, применяемых в отношении судьи, присяжного заседателя или иного лица, участвующего в отправлении правосудия, судебного пристава, судебного исполнителя, потерпевшего, свидетеля, других участников судопроизводства, а равно в отношении их близких, если это деяние совершено лицом, которому эти сведения были доверены или стали известны в связи с его служебной деятельностью».

Это не только уравняет свидетелей в уголовном, гражданском и административном процессе в вопросе их защиты уголовно-правовыми средствами, но и потребует дальнейшей проработки действующих нормативных правовых актов, направленных на защиту свидетелей иными мерами. В первую очередь это касается Федерального закона «О государственной защите потерпевших, свидетелей и иных участников уголовного судопроизводства» от 20 августа 2004 г. ¹ 119-ФЗ, распространяющегося на свидетелей в уголовном процессе. Не менее важным также представляется внесение изменений в гражданско-процессуальное, арбитражно-процессуальное и административно-процессуальное законодательство РФ.

Список литературы:

1. Бриллиантов, А. В. Настольная книга судьи. Преступления против правосудия: с учетом обобщения судебной практики, постановлений и разъяснений Верховного Суда РФ / А.В. Бриллиантов, Н.Р. Косевич. – М.: Проспект, 2008. – 557 с.

2. Игнатов, А. Н. Курс российского уголовного права: в 2 т. Т. 1. Общая часть / А.Н. Игнатов, Ю.А. Красиков. – М.: Издательство НОРМА (Издательская группа НОРМА–ИНФРА•М), 2001. – 560 с.

3. Кибальник, А. Понятие и виды тайны в уголовном праве / А. Кибальник, И. Соломоненко // Российская юстиция. – 2001. – ¹ 2. – С. 53.

4. Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации / под общ. ред. В.М. Лебедева. – 6-е изд., перераб. и доп. – М.: Норма, 2009. – 960 с.

5. Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации / Ю.В. Грачева, Л.Д. Ермакова [и др.] ; отв. ред. А.И. Рарог. – 4-е изд., перераб. и доп. – М.: ТК Велби, Изд-во Проспект, 2007. – 672 с.

6. Крайнов, В. И. Некоторые проблемные вопросы государственной защиты потерпевшего и свидетеля // Российский следователь. – 2008. – ¹ 9. – С. 25–27.

7. Лобанова, Л. В. Преступления против правосудия: теоретические проблемы классификации и законодательной регламентации: монография. – Волгоград: изд-во ВолГУ, 1999. – 268 с.

8. Наумов, А. В. Российское уголовное право. Общая часть: курс лекций / А.В. Наумов. – М.: Издательство БЕК, 1996. – 560 с.

9. Никонов, И. Е. Содержание уголовно-правового понятия «близкие лица» // Российский следователь. – 2004. – ¹ 4. – С. 22–25.

10. Преступления против правосудия: толкование уголовного закона; комментарий статей УК РФ; материалы судебной практики, статистика / А.Н. Александров [и др.]; под ред. А.В. Галаховой. – М. : Норма, 2005 [Электронный ресурс]: Доступ из справ.-правовой системы «Консультант плюс» (дата обращения: 13.11.2011).

11. Рарог, А. И. Квалификация преступлений по субъективным признакам. – СПб.: Издательство «Юридический центр Пресс», 2002. – 304 с.

12. Саркисян, К. А. Уголовно-правовые меры обеспечения участия потерпевшего и свидетеля в уголовном судопроизводстве : автореф. дис… канд. юрид. наук . – Тюмень, 2007. – 20 с.

13. Сумачев, А. В. Безопасно ли содействие правосудию? (один из аспектов взаимоотношений милиции и населения) / А.В. Сумачев, К.А. Саркисян // Уголовная политика в сфере информационной безопасности Российской Федерации: материалы IV международной научно-практической конференции памяти Заслуженного деятеля науки РСФСР, д.ю.н., профессора М.И. Ковалева (10 февраля 2007 г.). – Екатеринбург: Уральская государственная юридическая академия, 2007. – С. 70–75.

14. Сумачев, А. В. Безопасно ли содействие правосудию? // Современная России: проблемы терроризма: материалы всероссийской научно-практической очно-заочной конференции (Нижневартовск, 25 февраля 2006 года). – Нижневартовск: изд-во Нижневарт. гуманит. ун-та, 2006. – С. 115-120.

15. Уголовное право: учебное пособие / под ред. Л.Д. Гаухмана, С.В. Максимова. – М.: ООО «Издательство "Элит”», 2007. – 392 с.

16. Уголовное право. Общая и Особенная части: учебник / под общ. ред. М.П. Журавлева, С.И. Никулина. – 2-е изд., перераб. и доп. – М.: Норма, 2008. – 816 с.

17. Уголовное право. Особенная часть: учебник / отв. ред. И.Я. Козаченко, Г.П. Новоселов. – 4-е изд., изм. и доп. – М.: Норма, 2008. – 1008 с.

18. Уголовное право России. Особенная часть / под ред. А.И. Рарога. – 3-е изд., с изм. и доп. – М.: Эксмо, 2009. – 704 с.

19. Уголовное право Российской Федерации. Особенная часть / под ред. Б.В. Здравомыслова. – М.: Юрист, 1999. – 552 с.

20. Уголовное право Российской Федерации. Особенная часть : учебник / под ред. Г.Н. Борзенкова, В.С. Комиссарова. – М.: Олимп; ООО «Издательство АСТ», 1997. – 752 с.

21. Уголовное право Российской Федерации : учебник для вузов / под общ. ред. И.А. Бобракова, А.А. Телегина. – Брянск: БФ МосУ МВД РФ, 2008. – 627 с.

22. Юридический словарь / под ред. А.Н. Азрилияна. – М.: Институт новой экономики, 2007. – 1152 с.


Просмотров: 1153 | Добавил: x5443x | Теги: разглашение сведений о мерах безопа, меры безопасности, свидетель, уголовная ответственность | Рейтинг: 0.0/0
...




Copyright MyCorp © 2017 Обратная связь